Azərbaycan Milli Ensiklopediyası
“Azərbaycan” xüsusi cildi (rus dilində) (1. ОБЩАЯ ИНФОРМАЦИЯ - 14.2. ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ДЕЯТЕЛИ АЗЕРБАЙДЖАНА (1918–2005 годы))
    11.4. ЛИТЕРАТУРА

                                                               ЛИТЕРАТУРА

    Фольклор. У истоков азербайджанской литературы стоит богатый и глубоко содержательный фольклор. История фольклора, понимаемого как устное поэтическое творчество народа, восходит к периоду появления на территории Азербайджана первых поселений людей. И сегодня в фольклоре и классической литературе проявляются следы художественно-мифологических мировоззрений. Азербайджанская мифология не носит такой системный и цельный характер, как древнеиндийская и древнегреческая мифологии. Но в азербайджанском фольклоре можно обнаружить следы мифологии. Больше всего проявляются элементы космогонических, сезонных, а также этногенетических мифов. В этих мифических элементах, являющихся продуктом художественного мышления на первых этапах формирования человека, отображается хаос в космосе, путаница в мироздании, появление вселенной из этой беспорядочности, а также отражаются аналогичные отношения в человеческом обществе. В мифическом мировоззрении космос в человеческом обществе, то есть большинством людей свод законов, охватывает основной порядок общества – процессы гармонии между семьей, бытом, человеком и природой. Отдельные элементы мифологического мировоззрения до сих пор сохранились в проклятиях, прославлениях, преданиях, театральных играх, трудовых песнях. Ведущим мотивом большинства азербайджанских мифов является древнетюркское мифологическое мышление. Его можно обнаружить как в мифах, посвященных созданию вселенной, то есть космогонических, так в мифах, посвященных появлению этноса, то есть этногенетических, а также в мифах, посвященных сезонным процессам, то есть календарных. Появление мифологии и сохранение указанных мифов в фольклоре неразрывно связано с представлениями первобытного человека о природе и природных процессах. Желание первобытного человека воздействовать на природные процессы посредством слов, действий и игр привело к созданию и исполнению ритмичных текстов и появлению потребности их исполнения. К их числу можно отнести такие календарные песни и сопровождающие их танцы, как “Кеса-Кеса”, “Году-году”, “Новруз”, “Хыдыр Наби” и другие.

    Одной из особенностей азербайджанского фольклора является его общность с фольклором других тюркских народов. Совпадение большинства текстов устного народного творчества этих народов свидетельствует о том, что все они создавались в едином этногеографическом пространстве. Среди дастанов, образующих общетюркский фольклор, особое место занимает серия “Огузнаме”. А в таких дастанах, как “Переселение”, “Эргенекон”, “Шу”, “Возвращение”, нашли свое всестороннее  художественноифологическое отражение важнейшие проблемы прото-тюрков. В кратком виде они были даны в произведении жившего и творившего в где то 9 в. тюркского ученого Махмуда Кашгари “Дивану лугат ат-тюрк” (“Диван тюркских языков”). Эти дастаны до сих пор сохранили в себе художественно-мифологическое мировоззрение периода великого переселения народов. В истории развития устной народной литературы можно выделить несколько этапов. Среди фольклорных образцов, которые сохранили следы художественного мышления родоплеменного строя, превалируют анимистические и тотемистические мировоззрения, связанные с заговорами, проклятиями, прославлениями и т.п. В последующие периоды появляются уже такие эпические фольклорные жанры, как эпос, дастан, сказки, легенды, предания.

    Азербайджанский фольклор отличается богатством жанров. На протяжении всей истории такие жанры эпического фольклора, как сказки и дастаны и выражающие народную мудрость поговорки и пословицы, всегда оказывали сильное влияние на фольклор и классическую литературу соседних народов. А жизнь и быт народа нашли свое художественно-эмоциональное отражение в таком лирическом жанре, как баяты. Своеобразная поэзия древнетюркских народов главным образом создавалась на основе слогового принципа. Несмотря на то, что число слогов варьируется в зависимости от стихотворных форм, длинные эпические произведения и дастаны создавались семисложником. Каждое полустишие одного из богатейших жанров азербайджанского фольклора, баяты, также состоит из 7 слогов.

    Фольклорные жанры подразделяются на такие две группы, как архаические и современные. Среди архаических фольклорных жанров основное место занимают заговоры, колдовство, клятвы, молитвы, приветствия, гадания и проклятия. На протяжении всего периода формирования фольклора эти жанры постоянно пополнялись новыми образцами.

    Выделяются трудовые песни и обрядовый фольклор, связанные с какими-либо процессами или событиями. В свою очередь обрядовый фольклор охватывает сезонные обряды, обряды, связанные с различными природными явлениями, бытовые обряды, а также свадебные и похоронные.

    Одним из богатейших жанров азербайджанского фольклора – баяты. Баяты позволяют в основном выразить лирико-философские чувства человека в краткой поэтической форме. Среди образцов этой поэтической формы можно выделить колыбельные песни, траурные причитания, песни чобана, пахарей, заклинания, назлама и т.д. Кроме этого, к данной поэтической форме относятся также такие образцы, как баяты-баглама, баяты-деишмя, баяты-загадки.

    Одними из широко распространенных фольклорных жанров лирического фольклора являются и народные песни – поэтические тексты различной формы, положенные на определенный музыкальный мотив. Такие народные песни, как “Ай лоло”, “Аман нене”, “Сона бюльбюлляр”, “Сусян сюнбюль” и другие, до сих пор остаются в репертуарах певцов. По способу исполнения среди народных песен выделяются соло, хоровые песни и песни-дуэты.

    С хронологической точки зрения особое внимание обращают на себя легенды как один из жанров эпического фольклора. Основным признаком, отличающим легенды от других эпических жанров, является наличие фантастического элемента и движения событий. В отличие от волшебных сказок, которые также обладают данным признаком, в легендах сюжет не носит завершенный характер и является лишь описанием какого-либо отдельного эпизода. В зависимости от описанного объекта и смысла легенды в азербайджанском фольклоре подразделяются на космогонические, зоонимические, топонимические, этнографические, религиозные, исторические, героические и другие. К самым древним образцам легенд относятся те, которые рассказывают о происхождении вселенной, мира и неба. Были широко распространены также мифы о птицах и животных. Есть легенды, которые рассказывают об удодах, голубях, змеях, медведях, волках и других птицах и животных. Топонимические легенды – это те легенды, которые рассказывают о различных географических объектах.

    Один из видов эпического жанра в фольклоре – предания – рассказывают нам о различных событиях прошлого или о поучительном опыте различных личностей, живших в прошлом. Сюжетная линия преданий относительно узка, а количество участников ограничено. Предания подразделяются на этимологические, толковые и повествующие об исторических личностях.

    Сказки, после легенд и преданий, являются наиболее распространенным видом эпического фольклора. Они подразделяются на три большие группы: 1) волшебные; 2) о животном мире; 3) бытовые. Основным жанровым признаком данного вида фольклора является завершенность сюжета, а также использование казуистики, то есть причинно- следственных связей. Волшебные сказки, составляющие по численности большинство, обладают такими элементами, как нереальность, фантастичность, а также наличием в ходе развития событий сильной условности. Сюжет сказок в основном строится на борьбе добра и зла, и в конечном итоге обязательно побеждает добро. Образы, участвующие в сказках, схематически можно разделить на 2 группы: помощники положительного и помощники отрицательного героев. Ввиду того, что положительный герой вызывает сочувствие рассказывающего сказку и слушающего, то для их победы используются различного рода способы и пути.

    Пословицы и поговорки Пословицы и поговорки, являющиеся обобщающим продуктом многовекового опыта народа, были широко распространены в тюркском мире, а иногда являлись даже своего рода моральным кодексом. Первые образцы этого жанра нашли свое место в таких классических письменных памятниках, как “Дивану лугат аттюрк”, “Китаби Деде Коркуд”. Одним из ценных памятников азербайджанского фольклора являются специальные сборники пословиц – “Огузнаме”, показывающие мудрость огузских племен.

    К кратким образцам эпического фольклора относятся также анекдоты. Последние характеризуются острой иронией, тонким юмором и мудростью. В азербайджанском фольклоре преимущество составляют анекдоты, связанные с именами Молла Насреддина и Бахлул Дананда. Поэтическая особенность анекдотов состоит в том, что они дают меткий и убедительный ответ и имеют неожиданный финал.

    Одним из фольклорных жанров, целью которого является воспитание нового поколения, а также развитие у детей способности быстро думать, являются загадки. Они строятся на перечислении различных признаков какого-то предмета или события и на основе узнавания данного предмета или события посредством ассоциаций. Основной целью создания загадок является развитие мировоззрения у детей, усиление навыков ассоциативно мыслить и в конечном итоге – воспитание многосторонне развитой личности.

    Драматические жанры азербайджанского фольклора представлены народными играми и сценическими представлениями. Типичным примером такого рода драм является драма “Кесакеса”. Широко распространенные после принятия ислама траурные мистерии по гибели святых, тоже относятся к народным драмам.

    Значительная группа образцов азербайджанского фольклора была создана специально для детей. Они представлены лирическими, эпическими и драматическими типами. К лирическим относятся колыбельные, причитания, ласки, детские песни; к эпическим – загадки, скороговорки, шутки, детские сказки; к драматическим – детские игры и представления.

    В истории развития азербайджанского фольклора особое место занимают средние века. В 16–18 вв., когда жанр дастана особенно широко развился, появились такие крупные мастера слова, как Гурбани, Туфарганлы Аббас, Сары Ашуг, Хястя Гасым. В этот период были созданы такие любовные дастаны, как: “Гурбани”, “Ашуг-Гариб-Шахсенем”, “Асли-Керем”, “Аббас-Гюльгяз”, “Шах Исмаил-Гюльзар”, “Тахир-Зохра”, “Алыхан-Пери”, “Арзу- Гамбар”, а также героический эпос “Кероглы”. В отличие от любовных дастанов, “Кероглу” состоит из различных частей и продолжает традицию “Китаби Деде-Коркуда”, поэтому его называют эпосом. И хотя в основе сюжета “Кероглу” лежит конкретное историческое событие 16–17 вв., произошедшее на территории Турции и Азербайджана, –восстание джелалидов, во времена дальнейшего формирования этого литературного памятника в него были добавлены дополнительные сюжеты, иногда и мифические мотивы. Сюжет “Кероглу”, оказавший большое влияние на туркменский, узбекский, таджикский, армянский и грузинский фольклоры, способствовал созданию аналогичных дастанов.

    Ввиду того, что образцы фольклора являются преимущественно анонимными, то есть без автора, ашыгская литература, авторы которой известны, занимает особое место в азербайджанском фольклоре. Самых крупных представителей ашыгского искусства часто именуют как “устад ашыг”. Среди первых устад ашыгов азербайджанского фольклора называется Гурбани. Определенные сведения о нем можно почерпнуть из истории Сефевидов и дастана “Гурбани”. Известный в источниках также под именем “Дирили Гурбани” он родился в селении Дири, которое ныне располагается на территории Джебраильского района. Затем, по определенным причинам ашыг был сослан в Южный Азербайджан и, попав в Тебриз во дворец Шаха Исмаила, добился его расположения и жил некоторое время во дворце.

    Баяты Состоят из четырех строк, каждая строка – из 7 слогов. Система рифмов в основном – в виде а-а-б-а. Исторически в тюркскоязычной поэзии отдавали предпочтение джинасу (омонимы), что подтверждается множеством примеров, где используется джинас. Одной из форм баяты является та, в которой рифмуются только первые две строки. Такого рода баяты часто под названием хойрата встречаются в Керкукском фольклоре. Обычно в баяты первая и вторая строчка играют роль подготовки для перехода к основной мысли.

    Устад ашыг Туфарганлы Аббас жил и творил в период правления Шаха Аббаса I (1587–1629), но был не в ладах с дворцом. То, что творческая фантазия народных мастеров сильнее дворцовых служащих, нашло отражение в дастане “Аббас-Гюльгяз”.

    Творивший в 17 в. Сары Ашыг был более известен как автор баяты. Из источников 17 в. нам становится известно, что он влюбился в девушку по имени Яхшы, но эта любовь закончилась трагически.

    Одним из талантливых мастеров 17 в. был Хястя Гасым. Этот устад ашыг очень известен своими шедеврами – мудрыми гошма, посвященными различным сферам жизни человека и общества.

    Традиции ашыгского искусства в конце 18 – начале 19 вв. продолжились в Южном Азербайджане. Здесь в этот период сформировался как устад ашыг Ашыг Валех – герой дастана “Валех-Зярнигяр”.

    Традиции трехсотлетнего ашыгского искусства Азербайджана послужили толчком к появлению в 19 в. такого крупного мастера, как Ашыг Алескер (1821–1926). В творчестве Ашыга Алескера лирические и нравственно-дидактические мотивы были органически объединены. Этот народный творец оказал сильное влияние как на дальнейшее ашыгское искусство, так и на развитие стихосложения.

    Азербайджанское устное народное творчество, в частности ашыгское, оказало сильное влияние и на литературу соседних народов. Так, например, ряд грузинских и армянских поэтов творили на тюркском языке. Армянский поэт 18 в. Саят Нова большинство своих стихов написал на тюркском (азербайджанском) языке.

    Изменения в общественно-политическом образе жизни, начало промышленно-технической эпохи позволили  спасти от исчезновения образцы мифологии и народного фольклора: они были собраны и записаны. Однако даже имеющиеся сегодня образцы народного фольклора все равно не передают всего богатства устного народного творчества.

    Первые образцы азербайджанского фольклора дошли до нас в письменном виде благодаря “Истории” Геродота (5 в. до н.э.). В ней были упомянуты такие мифы, как “Астиаг”, “Томирис” и другие, являющиеся результатом народного творчества, в которых объяснялись причины падения древнего азербайджанского государства – Мидии и ее захват Ираном. С современной точки зрения это не только исторический, но и литературный памятник, в котором Геродот весьма художественно использовал легенды, позволившие ему создать впечатляющие психологические сцены. С этой точки зрения наиболее интересной является легенда “Томирис”. Мидийская правительница Томирис, победившая иранского правителя, который вторгся в Мидию с целью захвата страны, опустила его отрубленную ею голову в бурдюк с кровью, сказав “пускай напьется…”.

    В легенде “Астиаг” мифологический оттенок еще сильнее. Основные события здесь строились на основе сновидений и предопределения судьбы. Беспомощность человека перед судьбой, начертанной ему высшими силами, показана на примере трагедии Астиага. Аналогичные мотивы были широко распространены в литературе многих стран древнего мира, в частности, в античной греческой литературе.

    Ашыгская литература Ашыгская литература является составной частью искусства ашыгов. Богатый по смысловому содержанию, разнообразный по формам, он тесно связан с мелодией саза. Основными жанрами ашыгской литературы являются баяты, герайлы, гошма, мухаммас, тяджнис, дастан и т.д. Она в основном создавалась и передавалась в устной форме. Оказала сильное влияние на письменную литературу, многие поэты писали свои произведения в духе ашыгского творчества.

    Самым большим и древним дошедшим до нас письменным памятником азербайджанского фольклора является эпос “Китаби Деде-Коркуд”. Хотя отдельные образы и мотивы данного эпоса оказали большое влияние на азербайджанский фольклор и классическую литературу, в целом в устном народном творчестве они не сохранились. Поэтому дастаны “Китаби Деде-Коркуд” исследуются также и как образцы письменной литературы.

    Древняя литература. Самым древним образцом азербайджанской письменной литературы является книга “Авеста”, появившаяся в 6 в. до н.э., авторство которой приписывается Зороастру. Тут, помимо монотеистических взглядов азербайджанского народа, нашли свое худо жественное отражение представления на тему борьбы добра и зла. Произведение было написано в форме обращений главы добрых сил Зороастра к богу АхуреМазде (Хормузде). В самой лучшей с художественной точки зрения части “Гаты”, были отражены философско-нравственные мысли Зороастра о человеке и обществе, природе и индивидууме. В первоначальном виде “Авеста” до нас не дошла. Это произведение было сожжено Александром Македонским в 4 в. до н.э., и после этого отдельные фрагменты, сохранившиеся в памяти у зороастрийских жрецов, были собраны в один сборник и переведены на пехлевийский язык. В “Авесте” представлены основные положения мифологических мировоззрений азербайджанского народа. В частности, в ней приведены мифологические мотивы о сотворении вселенной, появлении первого человека, “золотого периода” человечества, первого греха человека и гнева бога, ниспославший на людей беспокойства, болезни, беды, являющиеся элементами, широко распространенными у многих народов мира.

    Монография Х.Г.Короглы “Взаимосвязи эпоса народов Средней Азии, Ирана и Азербайджана”. Москва, “Наука”, 1983.

    Дастаны Деде Коркуда, уходящие корнями в мифологическое мировоззрение, были в 11 в. собраны в сборнике “Китаби Деде-Коркуд”, а те копии, которыми мы расI.N.Iaeiaoполагаем, являются переписанными в 16 в. рукописями. По мнению одного из первых ученых, кто приступил к изучению данного памятника, немецкого востоковеда Генриха Фридриха Дица, некоторые представленные в рукописях мифологические сюжеты, к примеру сюжет о Тяпягозе, дали пищу аналогичным сюжетам в литературе древней Греции. Если сравнивать образ Тяпягоза в “Китаби Деде-Коркуде” и образ Полифема в Гомеровской “Одиссее”, то первый намного древнее. До сегодняшнего дня известны 2 рукописи “Китаби Деде-Коркуда”. Одна из них была увезена из Стамбула немецким востоковедом Г.Ф. Дицем в Германию и там подарена Дрезденской библиотеке. Она состояла из одного предисловия и 12 песен (отдельные эпизоды в дастане именуются песнями), а другая, найденная в 50-х годах 20 в. в Ватикане, состоит из предисловия и 6 песен.

    По традиции авторство дастанов приписывается Деде Коркуду. Историки 14 в. Айбек ад-Давадари и Фазлуллах Рашидаддин писали, что Деде Коркуд жил во времена пророка Мухаммеда и был послан к нему тюрками в качестве посла. В предисловии к “Китаби” как раз и пишется, что он жил во времена пророка Мухаммеда. Основной сюжет дастанов был отражен в 12 песнях.

    В ряде песен дастанов Деде Коркуда можно заметить следы мифологического мировоззрения. К примеру, в песне “Дели Домрул” наличествуют остатки традиции об умирающем и заново рождающемся боге, что можно связать с религиями того периода, эти дастаны были записаны. Образ Азраила здесь, как и во многих песнях, был приспособлен к общему духу произведения. Именно благодаря мотиву смерти-воскрешения данная песнь перекликается с древними шумерскими, вавилонскими и египетскими мифами.

    Хотя в “Китаби Деде-Коркуде”, как и во многих средневековых дастанах, рассказы и стихи чередуются, используемые тут стихи имеют мало общего с поэтическими законами средневековья. Некоторые исследователи полагают, что “Китаби Деде-Коркуд”, как и некоторые древние тюркские дастаны, был полностью создан в стихах, но поскольку в памяти остались только основные мотивы, во время его переписки стихи были восстановлены в прозе (в дрезденском экземпляре стихи выделены красными чернилами).

    Основную суть песен Деде Коркуда составляют: необходимость защиты родины и народа, борьба не на жизнь, а на смерть представителей добрых сил древних огузов с темными силами –иноземными захватчиками, не потерявшие своей значимости и сегодня большое количество нравственно-дидактических взглядов. В 1950-х годах под идеологическим давлением советского тоталитарного режима “Деде Коркуд” как памятник народного творчества, разжигающий межнациональную рознь, был запрещен и реабилитирован только в 1960-е годы.

                 Титульная страница дрезденского экземпляра эпоса “Китаби-Деде Коркуд”.  

    Как и литература многих народов мира, литература Азербайджана изучается по как уже это двум принципам. Первый из них – это территориальный, второй – этничес кий. На основе территориального принципа литературно-культурные памятники этнических групп, которые проживали на территории Азербайджана на протяжении всей истории и участвовали в формировании этногенеза азербайджанского народа, относятся к памятникам азербайджанской литературы. А с точки зрения этнического принципа к ней относятся мифология и фольклор тюркских народов, в том числе азербайджанские. В создании письменных памятников периода с 4 в. до н.э. по 13 в. н.э. азербайджанский народ также принимал участие.

    Образцами азербайджанской письменной литературы, в общетюркском контексте, после “Авесты” являются пословицы на тюркском языке, приведенные в 328 г. до н.э. в китайских источниках, и надписи на камне, представляющие собой пример общетюркской литературы и относящиеся к 6–8 вв. Хотя эти образцы и несут характер эпитафий-анналов правителей, их художественное достоинство тоже велико, так как они формируют представление о развитии тюркского литературного языка и формировании системы образов того времени. Изучению поэтических особенностей данных образцов были посвящены специальные исследования, проведенные в Европе, а также в России, Турции и Азербайджане. Литературными памятниками азербайджанского народа, которые считаются и общетюркскими, являются также переводы и подлинники поэтических произведений, записанных в 8–11 вв. на Дальнем Востоке.  То же самое можно сказать и о записанных в 11 в. в Восточном Туркестане “Гутадгу билик” Баласагунлу Юсиф Хас Хаджиба, “Дивану лугат-ит-тюрк” Махмуда Кашгари, “Дивани-хикмет” Ахмеда Ясави, “Атабатуль-хягайыг” Ахмета Югняки. Среди них особое место и значение принадлежит “Гутадгу билик”, который именуется также “Тюркским Шахнаме”. В данном произведении, написанном как ответ на эпос “Шахнаме” иранского поэта Фирдоуси, мотивы героизма уступили свое место неотъемлемым чертам тюркского менталитета, таким как мудрость, миролюбие и дидактика. В произведении, написанном, как и “Шахнаме” Фирдовси, размером мутагариб, основанном согласно тюркским литературным традициям, на долготе слогов, были также использованы 11- сложные размеры четверостиший. Поэт посредством символических образом, показывает оптимальные пути управления государством и призывает правителей к справедливости, к заботе о народе, обеспечению безопасности страны. В произведении, написанном высоким поэтическим литературным языком, можно встретить также описание красивых природных пейзажей.

    “Сказание о разграблении дома Салур Газана”. Иллюстрация на “Китаби-Деде Коркуд”. Художник М. Абдуллаев.

    Произведение Махмуда Кашгари имеет большое значение, так как им было записано и таким образом сохранено большое количество образцов тюркской мифологии и фольклора. К примеру, в элегии, посвященной смерти тюркского правителя Алп Ар Тонги, жившего в 7–6 вв. до н.э., отображаются все особенности тюркского художественного мышления. В то же время тут есть лирические отрывки, отражающие искренние любовные чувства, а также поэтические описания природы. Так как легенды и предания о происхождении названий тюркских племен и родов представляют большой интерес, они также могут быть рассмотрены в качестве литературных источников.

    По своему выгодному географическому положению Азербайджан, находящийся в точке пересечения торгово-экономических связей многих стран, одновременно на протяжении многих столетий является местом объединения различных культур и литератур.

    Не случайным является тот факт, что страна, выделяющаяся своими фольклорными традициями, с конца 10–начала 11 вв., стала в сфере письменной литературы занимать ведущие места на Ближнем и Среднем Востоке, а благодаря своим оригинальным идейно-эстетическим особенностям начила влиять на другие литературы. Расцвет искусства в Азербайджане в 11-12 вв. был связан с деятельностью талантливых личностей, которые сформировались в период сложных социально-экономических и культурных условий. Поэтическая школа опиралась на традиции богатой многовековой азербайджанской устной литературы, исламской литературы Ближнего и Среднего Востока и даже античной литературы. Существовавшая в то время албанская письменность, возникшая на территории Азербайджана в 5 в., также является одним из источников классической письменной литературы. Написанный албанским поэтом Давдаком плач на смерть албанского правителя Джаваншира, по многим признакам очень похожа на плач по случаю смерти тюркского правителя Алп Ар Тонги.

    Из проживавших в центрах Арабского халифата Медине и Мекке в 7–8 вв. азербайджанских поэтов можно выделить таких, как Абу Мухаммед Башшар оглу, Муса Шахават и Исмаил Ясар. Их стихи отличались от арабской поэзии того периода своим критическим духом, оригинальными творческими особенностями. Традиция писать на азербайджанском языке среди азербайджанских писателей существо-вала до 11–12 вв. Такие деятели, как Хатиб Тебризи, Масуд Намдар оглу создали и обогатили литературу Азербайджана образцами именно на данном языке. Видный филолог своего времени Хатиб Тебризи имел заслуги и в сфере литературоведения. Его труд “Шархул-Хамасэ”(“Комментарии к “аль-Хамасэ”) уже около тысячи лет пользуется популярностью среди востоковедов и литературоведов.

    Деде Коркуд Создатель и художественный образ самого древнего дастана азербайджанских тюрков “Китаби Деде-Коркуд”. Предполагается, что он жил во времена пророка Мухаммеда, в 7 в. Деде Коркуд “был огузским мудрецом. Что он говорил, то и должно было быть. Сообщал различные новости об отсутствующих. Вдохновлял душу Хаг Таала. Он решал проблемы огузского племени. По любому делу нужно было рассказать все Коркуду, без этого не делалось дело. Что бы ни приказал, все принималось”. Деде Коркуд решал проблемы огузов, давал имена богатырям и придавал красоту пирам. Деде Коркуд является синтезом реальности с художественной фантазией.

    В произведениях азербайджанских поэтов, писавших в дали от родины на арабском языке в контексте исламской культуры, можно проследить тоску по своей отчизне. Азербайджанская поэтическая школа, бывшая своего рода событием и направлением среди литератур Ближнего Востока, стала проявлять отличительные признаки впервые именно в арабоязычной литературе. Это – красочное описание природы, критическое отношение к общественной жизни, справедливые взгляды на правовые проблемы женщин, глубокий демократизм, уважение к личности человека, решительность в позиции гуманизма и т.д.

    С 11 в. с творчеством, Гатрана Тебризи (1012-1088) связано начало использования в поэтической школе Азербайджана другого языка – языка дари и вступление ее в новую эпоху развития. Несмотря на то, что дошедший до нас “Диван” Гатрана состоит просто из касыд, посвященных правителям своего времени, использованные во введениях чудесные описания природы сыграли важную роль в последующем развитии Азербайджанской поэтической школы. Гатран Тебризи как поэт-лирик своими рубаи и газелями сыграл важную роль в развитии азербайджанской литературы и усовершенствовании ее поэтических особенностей.

    Вхождение Азербайджана в 1054 г. в состав созданного огузскими тюрками государства Сельджукидов не только дало толчок развитию науки, литературы и искусства, но и позволило завершить формирование тюркскоязычного азербайджанского народа. В произведениях крупнейшего поэта 11 в. в Азербайджана Гатрана Тебризи оставили глубокий след тюркско-азербайджанского духа, много слов и реалий, свойственных азербайджанскому языку. В лексиконе у Гатрана Табризи часто можно встретить такие тюркские слова, как “чувал”, “чинаг”, “бекмез”, “таг”, “юн”, “аяг” и т.д. Часто, когда поэт не мог найти в арабском и персидском языках соответствующей рифмы, он вынужден был обращаться к родному языку. Без преувеличения можно сказать, что поэзия Гатрана Тебризи – это язык поэта, который думал на азербайджанском (тюркском) языке, а писал на персидском, что было свойственно всей азербайджанской персоязычной литературе. Это признает также известный иранский поэт и ученый, живший в одно время с Гатраном Тебризи и знавший его лично, Насир Хосров, который утверждает в своем труде “Сяйахатнаме” (“Книга путешествий”), что Гатран сам плохо знает персидский.

    В 12 в. основательно формируется азербайджанская поэтическая школа, давшая в этот период таких корифеев, как Низами Гянджеви, Хагани Ширвани, которые повлияли на литературу не только Ближнего и Среднего Востока, но и всего мира. В отличие от персоязычной Хорасанской литературной школы, которая использовала в большинстве архаические слова, что затрудняло выражать сложные философские воззрения, представители азербайджанской персоязычной литературы в своих поэтических произведениях, используя арабские слова и выражения, еще более обогатили его и подняли на новую ступень развития. Тем самым стало намного удобнее выражать тонкие поэтические намерения и глубокие философские мысли. Под меценатством Азербайджанских Государств 12 в. Атабеков и Ширваншахов в дворцовой литературной среде сформировались такие поэты, как Абульула Гянджеви (1096–1159), Мехсети Гянджеви (1089–1183), Хагани Ширвани (1126–99), Фелеки Ширвани (1126–60), Муджиреддин Бейлагани (?–1190), Иззядин Ширвани (?-?), чьи произведения до сих пор сохранили свою художественно-эстетическую значимость. Они посвящали шахам панегирики, но не ограничивались ролью наблюдателя, а разоблачали гнет и несправедливость в обществе, за что в итоге терпели невзгоды. Большая часть поэтов этого времени пережила трагедии и так или иначе была наказана за свои стихи гуманистического направления. Возникшие в это время такие особые поэтические жанры, как шикаятнаме и хябсийя, свидетельствуют о переносимых ими мучениях и страданиях. Без сомнения, высокопоставленные дворцовые служители были основной причиной лишений и страданий поэтов. Угроза ареста Абульула, арест Хагани и Фелеки были характерным явлением для дворцов того времени, а по свидетельству тезкире, такой же страх в свое время испытала и Мехсети Гянджеви. Представители поэзии, которые появились во дворцах, чтобы убедить своих правителей в невиновности поэтов, создали особый жанр – гясямнаме, состоящий от начала до конца из клятв.

    При чтении “хябсиййя”(“Тюремные стихи”) Хагани открывается сущность средневековой феодальной среды, направленной против свободы человека, поэт словно обращаясь в будущее, призывает к тому, чтобы люди извлекали уроки из прошлого, не допускали пробуждения звериных инстинктов. Молодые поэты, которые не выдерживали ослепительного блеска дворцовой роскоши, с годами приходили к пониманию поверхностности и временности всего этого, а осознание того, что вечными ценностями являются гуманизм и любовь, сильно влияло на их творчество, оно резко качественно менялось, усиливалась общественно-философская значимость их произведений.

    Представителям азербайджанской поэтической школы 13 в. были свойственны профессионализм, умение максимально использовать поэтические возможности слова и закрепившаяся в качестве поэтической единицы многозначимость мысли. Помимо этого, была сильна и склонность к народному творчеству, фольклорным образам, словам и выражениям живого народного языка, афоризмам.

    Творчество Афзаладдина Хагани Ширвани – одного из крупнейших поэтов своего времени, отличалось глубиной образов и научностью. Будучи знатоком большинства наук исламского Востока, он преподносил их посредством сладкого, доставляющего удовольствие пленительного поэтического языка. Хагани одним тонким намеком мог выразить мысль, которая вмещала в себя целое произведение. В своих произведениях он иногда использовал эзопов язык и широко пользовался поэтическими символами. Поэме “Тохфетул-Ирахан” (“Дар двух Иранов”; 1156,) считающиеся первым в Азербайджанской литературе эпистолярным двустишием. Хагани посредством ряда символов и намеков сумел раскрыть и показать глубокие противоречия между собой и окружающей средой. Творчеству Хагани так же, как и творчеству Низами, свойственна склонность к диалектическому развитию. Эти поэты всегда смотрят на природу и общество с точки зрения развития и совершенствования. В этом аспекте особенно творчество Низами составляет в общей мировой литературе целую эпоху. Хагани Ширвани, не выдержав давящей среды дворца в Шемахе, совершил паломничество в Мекку и, после этого решив больше никогда не возвращаться во дворец, остался в Тебризе и там же скончался. Могила поэта находится там в “Мавзолее поэтов” на Сурхабском кладбище.

    В произведениях Хагани основное место занимают философские раздумья о вселенной, мире, человеке, обществе, жизни и смерти. Некоторые его взгляды по этому поводу до сих пор не утратили актуальности и сохраняют свое воспитательное значение. На произведение Хагани “Миратус-сяфа” (“Зеркало прозрачности”), именуемое еще как “касыдой шинийя” ввиду того что все рифмы в нем оканчиваются на букву “ш”, множество крупных поэтов Востока написали подражание. В философско-дидактическом произведении поэта “Руины Медаина”, помимо раздумий поэта о бренности жизни и вероломстве мира, образно пропагандируются мысли о том, что люди должны друг к другу относиться дружелюбно, справедливо, заботливо, с уважением друг к другу.

    В азербайджанской литературе Хагани известен также, как один из крупных лирических поэтов. В его газелях и рубаи были заложены основы самых лучших традиций азербайджанской школы поэзии. Одна из особенностей азербайджанской поэтической школы, которая проявлялась в творчестве Хагани, это глубокая любовь к тюркизму. Впоследствии данное свойство достигло своей вершины в творчестве Низами.

    Среди представителей азербайджанской школы поэзии 12 в. был поэт-философ, Шихабеддин Сухраверди (1154–92) родом из Южного Азербайджана. Создавший на основе философии эманации древнегреческого философа Платона философию “ишрагийе” и представивший ее в художественном виде Шихабеддин Сухраверди, известный в истории литературно-философской мысли под именем Шейх Ишраг, подготовил почву для появления своих последователей. Из-за пропаганды в своих произведениях победы человеческого разума, гуманизма, идей общественной справедливости поэт и философ, проживший всего 38 лет, вызывал недовольство реакционного духовенства и был по их фетве казнен. Его различные научно-литературные трактаты, в особенности труд под названием “Памятники света”, до сих пор пользуются большим влиянием на исламском Востоке.

    Поэтесса 12 в. Мехсети Гянджеви считается вторым на Востоке устадом (мастером) в жанре рубаи после Омара Хайяма. Но, в отличие от Хайяма, в полустишиях и бейтах, посвященных красоте, уму и способностям конкретного человека наблюдается отражение азербайджанско-тюркской литературно-культурной и общественной среды. Данный факт подтверждают рубаи, посвященные Султану Санджару во время пребывания Мехсети у него во дворце. Доказательством популярности жизни и биографии Мехсети Гянджеви является созданный о ней в народе дастан “Амир Ахмед и Мехсети”.

    “Хамсе”

    В классической литературе Ближнего и Среднего Востока сборник из 5 произведений. Первый образец “Хамсе” был создан Низами Гянджеви (1141-1209). Впоследствии индийский поэт Амир Хосров Дехлеви (1253-1325), узбекский поэт Алишер Навои (1441- 1501) и другие поэты создали “Хамсе” на основе близких к Низами сюжетов. Поэмы, входящие в “Хамсе”, могут быть написаны либо одним стихосложным размером, либо различным. Создание “Хамсе” в среднее века считалось своего рода экзаменом на профессионализм.

    В этот же период вдали от дворцов создается другое направление азербайджанской литературы, которое постепенно оказывает все большее влияние на литературно-культурную среду. Такие мастера слова, как Гивами Мутарризи (?-1190), Низами Гянджеви (1141-1209), составляли демократическое крыло литературы своего времени. Для них литература, поэзия были не средством существования, а средством выражения идейно-художественных мыслей под влиянием патриотических и гуманистических чувств, исходящих из глубины сердец, средством облегчения человеческой жизни и быта, средством пропаганды человеческого счастья. Низами Гянджеви своими бессмертными поэмами (“Сокровищница тайн”, “Хосров и Ширин”, “Лейли и Меджнун”, “Семь красавиц”, “Искендернаме”) привнес в мировую литературу новое дыхание, новый поэтический голос. Поэт посредством своего литературно-философского гения прекрасно понимает это и делает пророческие предсказания по поводу бессмертия своего творчества. Наследие Низами всегда служило источником вдохновения для поэтов – как на Востоке, так и на Западе было написано свыше 500 подражаний на его произведения.

    Азербайджанский поэт Низами, известный всему миру, как “гянджинский гений”, является всемирным, поскольку, судя по наследию, ему удалось мастерски синтезировать ценности Востока и Запада, античные литературно-культурные ценности. Творчество Низами по сути можно расценивать, как новый этап классического периода, так как именно посредством возвышенных гуманистических мыслей поэта происходит пробуждение от средневековой мистики, мы становимся свидетелями логического, рационального способа отношения к смыслу и значимости человека, предметов, событий и жизни общества. Человек родился для того, чтобы быть счастливым, и этот божественный промысел никакие злые силы изменить не сумеют. В этом и состоит основная идея творчества Низами. Та же идея чуть позже обнаруживается в творчестве представителей европейского Ренессанса.

    Каким бы крупным мыслителем или даже гением не был Низами, он был сыном своего времени. И к предположениям, согласно которым Низами якобы совершил открытия в области астрономии, физики, медицины, опередив свое время на сотни лет, следует относиться с осторожностью. Гений Низами – в серьезности его творчества, в вечных гуманистических идеях и мыслях, и оригинальных бессмертных образах, никогда не теряющих своей значимости.

    Бессмертие творчества Низами еще и в том, что он затронул проблемы психологии человека и показал пути их решения. Возможно, роль литературы в истории человечества и развитии культуры стоит искать именно в этом. Если бы азербайджанское устное народное творчество и письменная литература, во главе которой стоит такой гений, как Низами, не вели этико-дидактическую пропаганду на протяжении столетий, то во насилия и гнета, бесправия и несправедливости всемирном масштабе было бы больше, все современные достижения цивилизации остались бы только мечтой. Последовавшая вслед за достижением вершины творчества Низами глобальная катастрофа – монгольское нашествие не уничтожило в кострах наследие великого поэта, которое порою своим способом мышления намного опережает нынешнее время.

    Одной из причин, позволяющих считать творчество Низами бессмертным, является художественное решение общественных проблем. Поэт считает, что во главе общества должен находиться умный, просвещенный правитель, обеспечивающий гармоничные отношения между людьми в обществе. Ввиду того, что правитель – это личность, стоящая во главе общественной среды, здоровье данной среды во многом зависит от его личных качеств. Основная проблема, заложенная поэтом во всех произведениях, состоит в том, что властелин должен выполнять взятые перед богом обязательства и никогда не отклоняться от пути борьбы за счастье подчиненных ему людей. И только в этом случае будут обеспечены гармоничные отношения в обществе и реализована цель бога, поставленная им при создании человека.

    “Султан Санджар и старуха”. Миниатюра на рукопись “Хамсэ” 1539–43 гг. Художник Султан Мухаммед. Британский музей. Лондон.

    Как и многие поэты своего времени, Низами, начав свое творчество с лирических стихов – касыд, рубаи и газелей, в короткие сроки создал свой “Диван” и стал известным. До конца своей жизни он писал лирические стихи, и в них в лаконичной форме выражал то, что ему не удавалось выразить в крупных поэмах. Это различного рода насущные и философские проблемы. Во всех поэмах, начиная с первой – своей поэмы “Сокровищница тайн” (1174) и до последней “Искендернаме” (1203), поэт постоянно затрагивал актуальные вопросы своего времени, вечные вопросы человечества. Это составляет концепцию бессмертного творчества Низами. Впоследствии пять поэм Низами были объединены в “Хамсе” (“Пятерица”), и под таким названием они стали известны в литературах Ближнего и Среднего Востока. Многие последователи Низами пытались создать “Хамсе”, как у бессмертного поэта, но мало кому удалось сделать это.

    Первая поэма Низами “Сокровищница тайн”, в отличие от остальных поэм “Хамсе”, не обладает единой сюжетной линией. Но в ней профессионально использовано освещение различных проблем посредством отдельных рассказов и повествований. Для этого поэт обращался к различным источникам своего времени, в том числе и к народному фольклору, и ему удалось показать все это на высоком художественном уровне. Поэма состоит из традиционной вводной части и 20 рассказов. Своей первой поэмой Низами фактически заложил основу новой эпической традиции и новой литературной школы. Иранский поэт Санаи использовал такую форму до Низами, но будучи предшественником Низами по форме, его произведения несли чисто классовый характер, в них не были затронуты те проблемы человечества, которые освещал Низами.

    Поэма Низами “Хосров и Ширин” является первой в числе поэм с романтическим сюжетом. Хотя сюжет произведения и построен вокруг биографии представителя династии Сасанидов, ни у кого не вызывает сомнения тот факт, что он представлял события, личности и проблемы своей среды. Низами не создает историко-легендарное произведение, как это делал его предшественник иранский поэт Фирдовси, а определяет жанр свой поэмы, как “хявяснаме” и посвящает его воспеванию любви. Не случайным является тот факт, что из жизни Хосрова Пярвиза внимание акцентируется на тех моментах, которые связаны с азербайджанской царицей Ширин, которая иногда становится чуть ли не главной героиней произведения. Низами, в отличие от предшественников, создавал гимны временным рвению и страсти, он создал гимн любви, которая возвышает человека на божественный уровень, делает его духовно богаче и умнее.

    Низами, отображая, согласно основам романтического произведения, динамическое развитие характера героя, в конце поэмы показывает, какие поразительные изменения произошли в главном герое под влиянием любви, способствуя превращению его в идеального человека. Поэт связывает трагедию Хосрова с другим историческим событии ем, с письмом, написанным пророком Мухаммедом Хосрову с приглашением приобщиться к исламской религии, с отказом от шаха, уничтожившего данный документ. Данный сюжет был дополнением к эпилогу поэмы.                                                                                               

    Фархад – один из монументальных образов поэмы впоследствии вдохновил многих последователей Низами и стал одним из главных героев целого ряда поэм.

    Описание и воспевание божественной, чистой любви, увековечивающей имя человека, возвышающей его, нашло своё отображение в третьем произведении эпопеи “Хамсэ” – “Лейли и Меджнун” (1188). В этом произведении, написанном по просьбе ширваншаха Ахситана, Низами своим волшебным мастерством добился создания бессмертной легенды о любви. В литературах Среднего и Ближнего Востока он считается первым художником, посвятившим этой теме поэму. Главный герой поэмы “Лейли и Меджнун” – прозванный в отвергавшем идею человеческой свободы обществе “меджнуном” (безумцем). Гейс и Лейли, превратились в символ человеческого желания свободно любить и радоваться. Произведение с совершенно новой точки зрения подходит и к одному из основных вопросов общества – вопросу о свободе женщины. Поэт выступает против нездоровых предрассудков, препятствующих свободе и развитию личности и общества, выдвигает и обосновывает мысль о рациональной свободе человека. Трагическим окончанием поэмы Низами обвиняет общественную среду, окружающую человека, страшные обычаи, дикие инстинкты, господ ствующие в ней, противопоставляя им естественную девственную природу, мир диких зверей. Поэт показывает, что чистые и первозданные животные, на которых неспособна повлиять общественная среда, всё же лучше понимают величие и недосягаемость Меджнуна и поэтому окружают его. И во вступительной части этой поэмы Низами дал художественное отражение ряда недостатков и безобразий, происходящих в человеческом обществе.

    Последние поэмы Низами “Семь красавиц” (1197) и “Искендернамэ” являются логическим результатом научных изысканий, наблюдений, проведённых поэтом в библиотеках. Тематику обоих произведений поэт определял сам лично и на пути художественного переосмысления общественного идеала воспользовался одним из философско-поэтических средств. Несмотря на то, что оба произведения были посвящены исторической тематике, Низами использовал историю в качестве фона, а в остальных случаях отождествлял реальную историю со своим эстетическим идеалом. С этой точки зрения поэмы по своей значимости могут рассматриваться логическим продолжением друг друга. А выдвинутая поэтом-гуманистом Низами основная идея заключается в поисках человеческого счастья и путей его достижения. Ввиду того, что в средние века основные обязательства за это выпадали на долю правителей, а не общества, то и требования, выдвигаемые в философских и художественных произведениях, предъявлялись именно к ним. В частности, Низами образом Искендера (Александра Македонского) показал возможно-сти человеческой деятельности на пути к достижению благосостояния и гармоничного развития просветительского и справедливого общества. С этой точки зрения образы правителей, созданные Низами, претерпевают на протяжении столетий своё эволюци онное развитие, все более соответствуя требованиям и желаниям общества. Описанные в произведениях правители от Хосрова (“Хосров и Ширин”), Бахрам Гура (“Семь красавиц”), Искендера (“Искендернамэ”) вплоть до “Игбалнамэ” (во второй части “Искендернамэ”) являются не просто правителями, они возвеличиваются до уровня пророков, отстаивая справедливость во всём культурном мире, а не только на своей родине – в Греции.

     

    Монография Г.Ю.Алиева “Темы и сюжеты Низами в литературах народов Востока”. Москва, “Наука”, 1985.

    Величие творчества Низами, его эстетических идеалов, давшее в последующие столетия мощный толчок развитию азербайджанской литературы, а также принципы гуманизма и демократии, заложенные этим гением, способствовали распространению гуманистических тенденций не только в литературе Азербайджана, Ближнего и Среднего Востоке, но и в ряде литератур Запада.

    Средневековая литература. С 13 в. стало стремительно расти число поэтов и мастеров слова, пишущих на родном языке. С этого времени древнейший период азербайджанской литературы завершается и начинается период средневековья.

    Такие поэты-лирики, как Иззеддин Гасаноглу и Шейх Сефиеддин Ардабили, подобно поэтам соседних народов, вместо эпических и лирических полотен, навеянных суфийско-мистическими идеями, предпочитают создавать образцы светской поэзии, близкой к реальной жизни. Написанные Гасаноглу три газели на тюркском и одна– на персидском языках, и небольшой диван Шейха Сефи дают полное представление о литературе на родном языке данного периода – Азербайджанском. Ощущаемые в газелях Гасаноглу в определенной степени суфийско-мистические идеи и образы свидетельствуют не о росте данного направления, а о тенденции к уменьшению. Сохранившиеся поэтические образцы характеризуют поэта как сильного художника с богатым творческим опытом.

    Зульфугар Ширвани (1190–1304), известный как поэт-полиглот, по собственному признанию, создавал лирические стихи на шести языках. Однако до нас дошел лишь написанный на персидском языке “Диван” поэта. Основу стихов этого дивана, изданного в Англии, составляет любовная лирика. Верный традициям азербайджанской поэтической школы поэт отдавал предпочтение воспеванию светской любви, реальной красоты. Художественный уровень дошедших до нас отдельных полустиший и бейтов, вошедших в диван, который был написан Зульфугаром Ширвани на азербайджанском языке, позволяет нам говорить о том, что поэт создал на родном языке прекрасные произведения.

    В образцах эпической поэзии 13 в. – поэме анонимного автора “Дастани-Ахмед Харами” и “Гиссеи-Юсиф” Гул Алини, объектом художественного изображения стали высочайшие гуманистические ценности исламской религии. Авторы призывают читателей к соблюдению основ шариата – добру, справедливости, гуманности, честности, совести, вере, пытаются удержать людей от совершения неподобающих человеку отрицательных поступков. В поэме “Дастани-Ахмед Харами”, написанной размером хезадж в форме месневи, подвергается критике самая отвратительная черта человеческого характера – злоба и ненависть, от которых страдает прежде всего сам человек, испытывающий подобные чувства. Данному факту в литературе придается соответствующее художественное подтверждение. В отличие от средневековых европейских рыцарских романов, основной целью здесь является не приукрашивание событий, а стремление в более убедительной форме донести до читателя поставленную в сюжете поэмы нравственную идею.

    В произведении “Гиссеи-Юсиф”, основанном на суре Корана “Юсуф”, пропагандируются такие человеческие качества, как честность и искренность, раскрыва ется их благоприятное воздействие на человека. Основу же сюжета, как и в мидийской легенде об “Астиаге”, составляет мотив сновидений. Несмотря на то, что фабулу поэмы составляет событие из суры Корана, в нее вошло много новых историй и преданий из разных источников и толкований, что способствовало завершенности сюжета. Другое достоинство поэмы заключается в том, что она, в отличие от других эпических произведений этого времени, была написана не арузом и не в форме месневи, а двенадцатисложником. Такая форма еще более приближает поэму к тюркской национально-художественной мысли, к созданной два века назад в Восточном Туркестане поэме “Кутадгу-билик”. В процессе написания поэмы автор наряду с мотивами и преданиями из Корана широко использовал и фантастические мотивы азербайджанского фольклора.

    Поэт Южного Азербайджана Хюмам Тебризи (1238-1312) был выдающимся общественно-политическим деятелем и одним из талантливейших поэтов своего времени. Известны его поэма на фарси “Дехнаме” (“10 писем”), “Диван”. В своем творчестве он часто обращался к искусству своего предшественника Низами Гянджеви, положительно отзывался о нем. Как и у Низами Гянджеви, главным направлением творчества Хюмама Тебризи было воспевание основных составляющих тюркского национального менталитета, гуманизма и человеческой красоты.

    Среди большого числа прозаических и поэтических произведений яркого представителя суфийского направления азербайджанской литературы Шейха Махмуда Шабустари (1287–1320) особого внимания заслуживает поэма “Гюльшани-раз”. В произведении, написанном в форме философских вопросов и ответов, поэт-мыслитеть предпринимает попытку благодаря своим знаниям ответить на многие научно-общественные проблемы, волнующие прогрессивную здравомыслящую интеллигенцию, передовых научных деятелей.

    В 14 в. такие азербайджанские поэты, как Сули Фагих и Мустафа Зарир также создали произведения на родном языке на тему “Юсиф и Зулейха” по мотивам Корана. К числу прекрасных образцов эпической поэзии на родном языке следует отнести и поэму другого мастера того же столетия Юсифа Маддаха “Варга и Гюльша”. Все эти произведения оказали определенное влияние на дальнейшее развитие эпической поэзии. Оценивая общий путь развития литературы данного периода, следует рассматривать 13–18 вв. как единый литературный процесс. Несмотря на то, что в этот промежуток времени качество литературы на родном языке постепенно улучшается, а в количественном отношении даже превосходит персоязычную поэзию, тем не менее некоторые мастера слова продолжают творить на персидском языке. Писавшие на этом языке известные азербайджанские поэты и мыслители – Насреддин Туси (1201–1274), Овхади Марагаи (1274–1338), Ариф Ардебили (1311–?), пытались создавать свои сочинения, опираясь преимущественно на традиции Низами. Поэма Арифа Ардебили “Фархаднаме” была написана под влиянием дастана “Хосров и Ширин” Низами. У Насреддина Туси – автора такого фундаментального нравственно-дидактического произведения, как “Ахлаги-Насири”, наряду с научно-философским наследием есть и литературно-художественные произведения. Поэмы Овхади Марагаи “Джами-Джам” (“Кубок Джамшида”), “Дехнаме” (10 писем”) стоят в ряду лучших образцов азербайджанской эпической поэзии. Затронутые в этих произведениях многие философские и гуманитарные проблемы до сих пор не утратили своей актуальности различных обществах. Однако застой, отчаяние, возникшие после Низами в общественной жизни по определенным объективным причинам, оказали влияние на творческую психологию многих литераторов, в том числе и Арифа Ардебили. Отсутствие законченных, монументальных произведений и образов уровня Низами можно объяснить еще и отсталостью в общественно-культурной жизни.

    В поэме “Мехр и Муштери” Ассара Табризи (1325-1390), написанной на персидском языке, большая и бескорыстная дружба двух молодых людей рассматривается через призму чистых, возвышенных чувств поэм Низами “Хосров и Ширин”, “Лейли и Меджнун”. В очень сложном по своему замыслу произведении опять-таки отсутствует свойственная Низами поэтическая цельность, четкость и завершенность. Сам поэт во введении к поэме высоко оценивает искусство Низами и признает его непревзойденность.

    Самое крупное произведение Овхади Марагаи “Джами-Джам” скорее носит энциклопедический характер и дает художественное представление о широко распространенных в литературных кругах того времени многих гуманистических воззрениях. В этой поэме словно в зеркальном отражении кубка легендарного правителя Джамшида, сообщающего обо всем, что происходит в мире, предстает перед читателем множество особенностей жизни человека и общества, природных событий. Как и в предшествующие столетия, в этот период азербайджанская литература развивается главным образом в светском контексте, являясь органической составной частью общественной и политической жизни. Именно этот факт способствовал тому, что английский востоковед Эдуард Браун охарактеризовал творчество поэта и правителя 14 в. Гази Бурханеддина, как первый образец светской поэзии тюркской литературе. Придворный историк Астрабади в летописи “Базм ва разм” (“Пиршество и сражение”), посвященной жизни и деятельности Гази Бурханеддина, в поэтической форме описывает сложную и кровавую борьбу, которую вел этот великий человек для воплощения своих гуманистических идеалов. В “Диване” Гази Бурханеддина азербайджанский литературный язык, который начал свое формирование в творчестве Гасаноглу и Шейха Сафи, достигает высокого уровня, возникает множество новых поэтических образов и выражений. В творчестве Гази Бурханеддина впервые используется исконно тюркский поэтический жанр – “туйуг”. Позднее этот жанр переходит в творчество Насими, а при его посредничестве – и в “Диван” великого узбекского поэта Алишера Навои.

    Сформировавшиеся в литературе и общественно-политической мысли того периода гуманистические принципы достигают своей вершины в творчестве Сеида Имадеддина Насими. Обращает на себя внимание тот факт, что благодаря произведениям этого великого поэта был совершен большой скачок не только в азербайджанской литературе, но и в литературах народов Ближнего и Среднего Востока на пути к светскости, гуманизму и демократизму. После своего предшественника – Низами Гянджеви Имадеддин Насими снискал в азербайджанской литературе известность пламенного пропагандиста, глашатая идей гуманизма, человеколюбия. Народ, не успевший еще опомниться после многолетних страданий от набегов монголов и их грабежей, столкнулся с нашествием известного как самого жестокого завоевателя Востока периода средневековья Амира Теймура, что вызвало в умах людей волну протеста против насилия и тирании. Творчество Насими было образцом именно такого гуманистического протеста, противостояния гнету, насилию, образцом борьбы за человеческие права. И хотя используемый автором хуруфизм играет роль одного из внешних средств, произведения Насими отличаются своим глубоко гуманистическим содержанием, богатством чувств любви и уважения к человеку. В отличие от других хуруфитов, пишущих свои произведения на особом зашифрованном языке, в частности, вождя Фазлуллаха Наими, Насими преследовал цель на родном языке довести до простого человека свой протест против гнета и насилия, пробудить в нем ненависть к нечеловеческим действиям, поступкам, усилить волну протеста. Идея поэта об обожествлении совершенного человека подразумевала, прежде всего простых людей, осознающих свои права, очищенных от общественных безобразий и диких инстинктов, ощущающих себя личностью.

    Не только творчество Насими, но и ставшая легендой и преданиями жизнь поэта стала образцом для подражания для многих поколений, поучительным уроком храбрости, мужества, отваги, приверженности своим идеям, неустрашимости перед смертью. Чудовищная кара, к которой реакционное духовенство приговорило поэта за его свободолюбивые произведения – с живого содрали кожу, впоследствии послужила причиной создания мученического образа этого великого мастера.

    15 в. для азербайджанской литературы как в хронологическом, так и в творческом аспектах является переходным этапом от вершин Гази-Насими до Хатаи-Физули. Создание на территории страны в этот период независимых государств Каракоюнлу и Аккоюнлу способствовало и определенному оживлению литературной жизни, развитию поэтических тем и образов на родном языке. Литературную панораму данного столетия определяло творчество таких мастеров слова, как Халили, Хамиди, Кишвари, Хагиги, Сюрири, писавших в основном на родном языке, а также Шах Касум Анвар, Бадр Ширвани, писавших преимущественно на фарси. Среди названных поэтов особо следует отметить имя правителя Каракоюнлу Джаханшаха Хагиги (1435–67). Подобно своему предшественнику Гази Бурханаддину, он, улучив момент среди кровавых событий, сменив меч на перо, создал прекрасный диван. И судьба его также трагична, как у Гази Бурханеддина – был убит в жестоком бою родственными тюрками Аккоюнлу.

    Выдающийся музыкальный теоретик того времени, уроженец одного из самых крупных в Азербайджане культурных центров средневековья – города Мараги Хаджи Абдульгадир являлся также автором прекрасных стихов на родном языке.

    Видный поэт 15 в. Халили наряду с лирическими произведениями написал поэму “Фиргатнаме”. В силу общественно-политических перипетий поэты этого периода чаще всего жили и творили в более спокойной Турции, во дворцах османских султанов. Много мастеров слова, проживавших в Тебризе, после победы Султана Селима над Шахом Исмаилом в Чалдыранской битве (1514) было увезено в османский дворец  где они  снискали себе уважение и  почет.

    Азербайджанский поэт 15 в. Бадр Ширвани, писавший в основном на фарси, сам признавался, что им написаны и прекрасные стихи на азербайджанском языке. Известны и написанные Бадром на смешанном тюркском и фарси двуязычные стихи – мулеммы. В этих произведениях автор проявил себя хорошим знатоком азербайджанского языка и устного народного творчества.

    К числу выдающихся представителей азербайджанской литературы 15–16 вв. относится и Хамиди, родившийся в 1407 г. в столице Сефевидских правителей – Исфагане, а 50-х годах 15 в. эмигрировавший в Турцию, проживший и творивший 20 лет при дворце Султана Мехмеда Фатеха. Он – автор дивана лирических стихов и исторического произведения “Таварихи-али-Осман” (“История османской династии”), книги,посвященной гаданию “Джами-сухангуй” (“Говорящие пиалы”) и автобиографической “Хасбихалнаме” (“История моей жизни”).

    Одним из крупных представителей Азербайджанской литературы 15 в. является Нематуллах Кишвари. И хотя Кишвари писал свои лирические стихи в основном под влиянием Навои, ему удалось продемонстрировать оригинальный стиль, характерный для азербайджанской поэтической школы. Кишвари занимает уникальное положение в азербайджанской литературе, особенно в области поэтического языка, создания оригинальных поэтических образов. Находясь во дворце правителя Аккоюнлу, Султана Якуба, он познакомился с “царем” поэтов Хабиби.

    Если в поэзии Кишвари еще чувствовалось влияние литературной школы Навои, то у жившего и творившего в конце 15–начале 16 вв. Хабиби азербайджанская литература уже как национальное культурное событие проявляется во всех своих особенностях. Творчество таких поэтов этого периода, как Хабиби, Шахи, Сурури послужило плодородной основой для формирования поэзии Хатаи и Физули. Великий Физули сам вдохновился стихами Хабиби и, воспользовавшись его же художественно-изобразительными средствами, написал на его газель тахмис.

    Азербайджанский литературный язык, находившийся до 15 в. по ряду своих признаков в тесной связи с литературными языками других тюркских народов, приобретает отличительные особенности и, начиная с 16 в., продолжает развивать свои традиции уже как самостоятельный литературный язык. В этом смысле особенно выделяется развитие национальной поэзии Багдадского литературного общества 16 в. В “Гюльшани-Шуара” (“Цветник поэтов”) – тезкиристе 16 в. Ахди Багдади, в тезкире библиографа Шаха Аббаса Садых бека Садига “Маджмаулхавас” (“Собрание избранных”) упоминаются имена достигших своего расцвета некоторых поэтов Багдадского литературного общество того периода, большое влияние которых на форми рование гения Физули нельзя отрицать. Рухи, Шахи, Туфейли, Хазани, Зехни, Элми, Калаи, Сахаби, Бидари создали поэму “Лейли и Меджнун” до Физули. Среди мастеров слова, написавших поэму “Лейли и Меджнун”, следует упомянуть и творившего в первой половине 16 в. при дворце Сефевидов Шахгулу бека, Сусени бека, Пери Пейкара, Хагири Табризи, создавшего поэму “Лейли и Меджнун” в 1525 г., т.е. за 10 лет до Физули. Творчество этих писателей не сохранилось в полном объеме, до нас дошли лишь отдельные отрывки в тезкире.

    Шах Исмаил Хатаи (1487–1524) является основоположником династии правителей, сыгравших исключительную роль в общественно-политической истории Азербайджана. Продолжив и развив поэтические традиции своих предшественников Гази Бурханеддина и Мирзы Джаханшаха Хагиги, Хатаи – поэт-правитель, создав за короткий период времени могущественное Азербайджанское государство, расширив его, а также сыграв исключительную роль в развитии национальной литературы,  непосредственно подготовил почву для восхождения Физули. Большое литературное наследие Хатаи составляют как разнообразные лирические жанры, так и поэмы-месневи. Хатаи предпочитал писать свои произведения простым народным языком, созданные им в народной поэтической форме гошма, герайлы, варсаги, баяты, стали образцами классической поэзии. Написанная же поэтом поэма “Дехнаме” (“10 писем”) является первым произведением на данной формы на азербайджанском языке. В поэме отправленные Ашугом 10 писем Мешуге, описаны посредством лирико-эпической техкийе. Газели, содержащиеся в тексте, очень точно воспроизводят настроение героев.

     “Диван” Физули. 1569–72. Институт рукописей им. М. Физули. Баку.

    Дидактическая поэма Хатаи “Насихатнаме” (“Книга назиданий”) адресована молодому поколению. Политическая деятельность поэта, его жизнь и творчество привлекли большое внимание востоковедов не только Азербайджана, но и всего мира.

    Поэмы Федаи (16 в.) “Бахтиярнаме” и Месихи (16–17 вв.) “Верга и Гюльша” также являются образцами азербайджанской эпической поэзии этого периода.

    Великим представителем азербайджанской литературы 12–16 вв. после Низами является Мухаммед Физули (1494–1556). Его творчество часто сравнивают с Барокко в западной культуре, настолько здесь мелкие поэтические детали находились на своем месте, ничего лишнего, ничего чуждого, даже самые незаметные вооруженному глазу поэтические детали, взаимно дополняя друг друга, создают “монолитный” художественный организм. Волшебное мастерство поэта сравнимо с искусством Шекспира, Петрарки, Пушкина.

    Наблюдаемая в творчестве Низами глобализация находит свое отражение в бессмертных произведениях Физули, созданных им на трех ведущих языках единой исламской культуры – арабском, персидском и тюркском. “Диваны” написаны им на всех трех языках, философский трактат “Матлеул-етигад” – на арабском. По количеству преобладают “Диваны”, написанные на фарси, а по значимости – на тюркском. Созданные поэтом на родном языке касыды выполнены на уровне лучших жемчужин данного жанра средневековой литературы, а эго поэма на азербайджанском языке “Лейли и Меджнун” (1536) является одним из уникальных образцов этого жанра. Правда, и до Физули этой теме посвящали свои произведения великий Низами на фарси, Навои, Замири и Хагири – на тюркском языке. Однако ни в одной из этих поэм не наблюдается интерпретация любви, данная Физули, т.е. только ему удалось создать совершенно отличное от всех других произведение. И хотя в начале произведения говорится о том, что оно посвящено божественной любви, на протяжении всей поэмы поэтом создана целая галерея живых человеческих образов со всеми присущими им противоречиями.

    Газель Классическая восточная стихотворная форма. Состоит из 5-9, иногда и более бейтов. Первый бейт называется матла, последний – магта. В последнем бейте дается тахаллус (литературный псевдоним) автора. Чаще всего лирического содержания. Лучшие образцы газелей азербайджанской литературы созданы Низами, Насими, Физули, С.А.Ширвани, А.Вахидом.

    Исключительна роль Физули в дальнейшем развитии азербайджанского литературного языка и превращения его в поэтический язык самого высокого уровня. Оказавший большое влияние и на развитие языка прозы поэт в своем бессмертном произведении “Шикайетнаме” (“Книга жалоб”) преподнес и этой области литературы свой достойный дар. Основной текст самого крупного произведения поэта “Хадигатус-суада” (“Сад счастливых”), посвященного мучениям имамов, написан прозой, но, следуя требованиям контекста, Физули использовал и поэтические отрывки.

    Физули является одним из наиболее любимых и почитаемых мастеров слова не только Азербайджана, но и целого географически-этнического пространства, объединяющего огузских тюрков. Произведения Физули до сих пор популярны в Ираке, Турции, Татарстане, Узбекистане, Туркмении и других странах.

    16–17 вв. известны в азербайджанской литературе как период формирования средневековых дастанов, посвященных любви и героизму. В это время еще более совершенствуются народные поэтические формы – гошма, герайлы, варсаги, баяты.

    В 17–18 вв. азербайджанская литература под влиянием устного народного творчества, главным образом ашыгских произведений, еще более приблизилась к реальной жизни, народному языку, в азербайджанской поэзии формируется фундамент для перехода к реализму. И хотя в поэзии этого периода еще сильны традиции Физули в творчестве таких мастеров слова, как Саиб Табризи, Говси Табризи, Мухаммед Амани, наблюдаются попытки освободиться от их притягательности. Произведения сформировавшихся в Ширванской литературной среде 18 в. поэтов Ага Месих Ширвани, Шакира, Нишата и Мехджура посвящены преимущественно конкретным актуальным проблемам эпохи. В них находят свое художественное воплощение тяжелый быт простого народа, его чаяния. Такие поэты, как Молла Вели Видади (1707-1808), особенно Молла Панах Вагиф (1717–97), своими произведениями, написанными простым, живым языком, еще более приблизили поэзию к народу. В поэме Видади “Мюсибатнаме”(“Книга трагедии”) на высоком поэтическо-образном уровне описаны многие исторические события и личности эпохи. В этот период искусство поэзии становится массовым и еще более популярным. Ускоряется процесс приближения и приобщения масс к эстетическим ценностям. Исключительную роль в этом смысле сыграло, главным образом творчество Вагифа. Созданием простых, реалистических, прекрасных светских образов он совершил большой скачок от классическо-романтического типа искусства к реалистическому и определил направление дальнейшего развития литературы. Являясь также выдающимся политическим деятелем своего времени, Вагиф длительное время определял внешнюю политику Карабахского ханства. 18 в. в Азербайджанской литературе является рубежом между двумя литературными этапами – концом средних веков и началом нового периода.

    Литература 19 века. После важного события, произошедшего в 1-ой четверти 19 в., в исторической судьбе азербайджанского народа – вхождения Северного Азербайджана в состав Российской империи – как во всей культуре, так и в литературе усиливаются западные тенденции. Результатом такого воздействия становится выдвижение на передний план национальных и реалистическо-светских мотивов. Гасым бек Закир (1784–1857) – представитель критическо-реалистической сатиры, сформировавшийся непосредственно под влиянием творчества Моллы Панаха Вагифа в карабахской литературной среде, в течение длительного времени определяет направление поэтического развития. Между тем как в творчестве самого Закира, так и в произведениях его современников продолжают использоваться традиции Физули, но уже на новом уровне. Самыми известными представителями этого направления в Южном Азербайджане были Сеид Абульгасым Набати (1812–73), а в Северном Азербайджане – Сеид Азим Ширвани (1835–88) и Хуршуд бану Натаван (1830–97). Сеид Азим был известен в Азербайджане еще и как крупный просветитель, большую часть своих произведений он посвятил обучению и воспитанию молодого поколения. Написанные же им в духе Касим бека Закира сатиры характеризуются разоблачением целого ряда общественных пороков, отрицательных человеческих образов.

    В азербайджанской литературе 19 в., как и у большинства народов мира, наблюдается интенсивное развитие, непреодолимое стремление к гуманистическим идеалам, просветительству. Особенно это ощущается после присоединения северной части Азербайджана к России, и несмотря на реакционную, колониальную суть этого историческо-го процесса в целом, при сравнении с литературно-культурным развитием Южного Азербайджана здесь наблюдается определённый прогресс.

    В этот период М.Ф.Ахундзаде, опиравшийся в своем творчестве на опыт Аббаскули ага Бакиханова (1794–1847), Мирза Шафи Вазеха (1792–1852), Исмаил бека Куткашенского (1801–78), хорошо знавших и использовавших передовые гуманистические воззрения русских и западных востоковедов и поэтов, способствовал еще более тесному сближению азербайджанской литературы с Россией и Западом, тем самым приобщив ее к числу современных литератур мира.

    А.Бакиханову – крупному общественному деятелю, учёному и поэту удалось органически объединить в азербайджанской литературе западнические идеи с традиционным восточным искусством. Его художественные и научные произведения, посвящённые азербайджанской действительности, еще при жизни были изданы на русском и немецком языках, европейская печать положительно отзывалась о них. А немецкий востоковед Фридрих Боденштедт увез тетрадь стихов своего учителя Мирзы Шафи в Европу, перевёл их на немецкий язык и опубликовал. Приобретшие большую популярность и за короткий срок переведенные на большинство европейских языков “Песни” Ф.Боденштедт присвоил их авторству себе, отняв его у Мирзы Шафи. Рассказ И.Куткашенского “Рашид-бек и Саадат-ханум”, считавшийся одним из первых успешных образцов новой азербайджанской реалистической прозы, увидел свет в Варшаве на французском языке.

    Просветительско-реалистические взгляды Мирзы Фатали Ахундзаде, сыграв исключительную роль в дальнейшем развитии искусства слова, оказали большое влияние на появление в азербайджанской литературе жанров современной западной литературы : драмы, романа, рассказа, новеллы, повести, поэмы и др. Шесть драматических произведений, изданных им в 1850–55 гг., способствовали формированию литературной школы в литературах Ближнего и Среднего Востока. Характерные для азербайджанской литературы особенности – этическое начало, гуманизм, справедливость, мотивы искренности и правдивости, получившие свое дальнейшее развитие в творчестве Ахундзаде, завещаны будущим поколениям. М.Ф.Ахундзаде выступал не только как литератор, но и как учёный, философ, общественный деятель, а целью своего творчества он считал служение счастливому существованию своего народа. М.Ф.Ахундзаде, высоко оценивавший роль искусства и литературы в просвещении своего народа, в приобщении к современным литературно-культурным и научным ценностям, первым на Востоке создал произведения в драматическом жанре. Его шесть комедий, объединённых под общим названием “Тамсилат” [“Хекаяти-Молла Ибрахимхалил кимйагяр” (“Молла Ибрагим-Халил-алхимик”), “Хекаяти-Мусйо Жордан хакими-набатат ва Дервиш Мастали шах джакукуни машхур” (“Повесть о месьё Жордане – ученом-ботанике и дервише Мастали-шахе –знаменитом колдуне”), “Хекаяти-хырс гулдурбасан” (“Медведь – победитель разбойника”), “Саргюзашти-вазири-хани-Ленкоран” (“Приключения визиря Ленкоранского ханства”), “Саргюзаштли-марди-хасис” (“Гаджи Кара”), “Мурафия векилляринин хекаяти” (“Рассказы судебных адвокатов”)] были изданы в Тифлисе в 1859 г. М.Ф.Ахундзаде не выступал в качестве апологета русского царизма, по мере необходимости в скрытой форме остро критиковал языком Эзопа колониальную политику Российской империи. Его прозаические произведения “Письма Кемал-уд-довля” (1865), “Алданмыш кевакиб” (“Обманутые звезды”) (1857) раскрывали не только недостатки исторического прошлого и государственной структуры Ирана, но и пороки политического устройства , общественной среды на родине самого литератора.

    Молланасреддиновцы Объединившиеся вокруг учрежденного и редактируемого Дж.Мамедкулизаде журнала “Молла Насреддин” (1906–31), близкие по творческим принципам поэты, писатели, журналисты и художники – О.Ф.Неманзаде, М.А.Сабир, А.Ахвердиев, А.Назми, А.Гамкюсар, М.С.Ордубади, М.Моджуз, А.Азимзаде и другие – являлись активными и известными молланасреддиновцами. По методу творчества молланасреддиновцы были критическими реалистами. Их основной темой и мишенью критики были общественно-политические, идеологические проблемы эпохи, фанатизм, невежество, правовая незащищенность женщин, недостатки в быту и извращения в мышлении и пр. Молланасреддиновцы обогатили азербайджанскую литературу с точки зрения жанра, стиля и языка.  

    Литературно-эстетическое направление, определенное М.Ф. Ахундзаде в азербайджанской культуры второй половины 19 в., способствовало появлению таких просветителей-реалистов, как С.А.Ширвани (1835–88), Н.Везиров (1854–1926), А.Ахвердов (1870–1933), что содействовало культурно-литературному возрождению не только Азербайджана, но и соседних народов. В частности, издаваемая на родном языке учёным-естествоведом Г.Зардаби (1837–1907) газета “Экинчи” (1875–77) стала первой на мусульманском Востоке газетой, которая стимулировала бурное развитие литературно-культурной жизни. Нашедшие здесь свое отражение общественно-литературные исследования и дискуссии, содействовали еще большему укреплению и развитию гуманистических традиций азербайджанской литературы.

     

    Титульный лист первого издания произведения М. А. Сабира “Хопхопнамэ”. 1912.

    В 19 в. наряду с просветительско-реалистическими тенденциями в азербайджанской литературе также развивалась религиозно-дидактическая поэзия. Ее основными представителями были Раджи, Дилсуз, Дахиль и другие поэты-элегисты, творящие в Южном Азербайджане. Но под влиянием прогрессивного литературного процесса, происходящего в Северном Азербайджане, литераторы Южного Азербайджана также испытывали тенденции к созданию произведений светского характера. Произведения Мухаммед Багира Халхали (1829–1900) “Салабия” (“Книга о лисе”, 1893), Абдуррагима Талыбова “Китаб юклю эшшак” (“Осел, нагруженный книгами”, 1888), Зейналабдина Марагаи (1838–1910) “Ибрагим бейин сейахетнамэси” (“Путешествие Ибрагим бека”, 1892) являются совершенными образцами реалистическо-светской литературы.

    Фийузатовцы Объединившиеся вокруг издаваемого под редакцией А.Гусейнзаде на средства Г.З.Тагиева журнала “Фийузат” (1906–07) писатели и журналисты основным методом своего творчества считали романтический. Они сыграли большую роль в сохранении национально-культурного наследия, в развитии литературно-художественного мышления, общественного сознания, национального самовыражения, нравственно-этических ценностей. Самыми известными представителями были А.Гусейнзаде, М.Хади, Г.Джавид, А.Сиххат, А.Шаиг, Дж.Джаббарлы, А.Джавад и другие.

    Одно из направлений в литературе 19 в., более других тяготеющее к восточному виду творчества, формировалось на литературных меджлисах (“собраниях”). Литератур ный меджлис в Губе “Гюлистан” возглавлял Аббаскули ага Бакиханов Гудси, “Ан джу манишуара” в Ордубаде – Гаджи ага Фагир Ордубади, “Фовджул фусаха” (“Собрание из ящно говорящих”) в Лянкяране – Мирза Исмаил Гасир, “Бейтус Сафа” (“Дом Сафы”) в Шамахе – Сеид Азим Ширвани, “Маджма уш-шуара” (“Собрание поэтов”) в Баку – Мухаммед ага Джурми, в Гяндже, а затем в Тифлисе “Дивани-хикмет” – Мирза Шафи Вазех, поэтический меджлис “Меджлиси-унс”(“Собрание дру зей”), проводивщийся в Шуше, возглавляла Хуршуд бану Натаван, а “Меджлис-фарамушан” (“Меджлис забытых”) возглавлял Мир Мохсун Навваб. Между поэтическими меджлисами существовала тесная связь. В целом литература 19 столетия подготовила мощный фундамент для перехода к литературе 20 в., которую принято считать новой, более высокой ступенью азербайджанской художественной мысли.

    Литература 20 века. Первые десятилетия 20 в. в литературно-культурной жизни Азербайджана, как и у большинства народов Российской империи, представляют собой особый этап. В этот период на основе европейских и русских образцов такие видные представители реалистической и романтической литературы, как М.А.Сабир (1862–1911), Дж.Мамедкулизаде (1869–1932), А.Сиххат (1874–1918), М.Хади (1880-1920), А.Шаиг (1881–1959), Г.Джавид (1884–1944), своим творчеством подняли азербайджанскую литературу до уровня самых лучших образцов мировой литературно-культурной мысли. В 1906 г. под редакцией великого литератора и общественного деятеля Дж.Мамедкулизаде в Тифлисе начинает издаваться журнал “Молла Насреддин”. Журнал сыграл огромную роль в литературно-культурной и общественно-политической жизни на протяжении 25 лет. Почти одновременно, в 1906–07 гг., начал издаваться и другой журнал “Фийузат” под редакцией видного публициста, философа и общественного деятеля А.Гусейнзаде (1864–1940). Журнал вышел всего в 35 номерах. Оба журнала служили целям просвещения и развития нации.

    Среди литераторов этого периода особая заслуга в развитии литературно-общественной мысли в Азербайджане принадлежит Дж.Мамедкулизаде, М.А.Сабиру автору “Хопхопнаме”. Их реалистические сатирические произведения, направленные против мракобесия, фанатизма, предрассудков, невежества, до сих пор не утратили своего значения и актуальности.

     

    Группа азербайджанских писателей. Баку. 1929. В первом ряду, слева: Джалил Мамедкулизаде, Гусейн Джавид, Абдурагим бек Ахвердиев, Джабар Эфендизаде, Сулейман Сани Ахундов, Ибрагим Эминбейли, Гаджи Керим Санылы. Во втором ряду, слева: Халил Ибрагим, Джафар Джабарлы, Сеид Гусейн, Сулейман Рустам, Микаил Мушфиг, Абдулла Шаиг, Ахмед Джавад, Мамед Рагим.

     Просветительская драматургия, получившая свое развитие благодаря следо ванию традициям М.Ф.Ахундзаде, обогатилась комедиями и трагедией “Мусибети-Фахреддин” (“Горе Фахреддина”, 1894) Наджаф бека Везирова, комедиями и трагедиями “Дагылан тифаг” (“Разоренное гнездо”, 1896), “Бахтсиз джаван” (“Несчастный юноша”, 1900), “Ага Мухаммед шах Гаджар” (1907) Абдуррагим бека Ахвердиева, пьесами “Наданлыг” (“Невежество”, 1894), “Шамдан бек” (1895), “Надир-шах” (1899) Нариман Нариманова (1870–1925), “Олюляр” (“Мертвецы”, 1909), “Анамын китаби” (“Книга моей матери”, 1920) Дж.Мамедкулизаде, написанными еще в 19 в. А бессмертные произведения на романтическо-историческую тему в области драматургии –“Ана”, “Марал”, “Шейх Санан”, “Шейда”, “Учурум”(“Пропасть”), “Иблис”(“Сатана”) создал (1910–18) Гусейн Джавид.

    В области художественной публицистики следует отметить имена Н.Нариманова, М.Э.Расулзаде, А.Агаева, А.Топчибашева, М.Шахтахтинского, Омара Фаига, Гусейн Минасазова, Эйнали Султанова.

    Знаменательным событием в истории Азербайджана начала 20 в. стало образование первой в исламском и тюркском мире республики – Азербайджанской Де мок ратической Республики (1918–20). И хотя она просуществовала всего 23 месяца, этот период был отмечен появлением специфической литературной продукции. Наряду с общепризнанными мастерами слова – Дж.Мамедкулизаде, А.Шаигом, А.Ахвердиевым, У.Гаджибековым в это время стали появляться интересные произведения и молодых авторов, таких как Юсифа Везира Чеменземенли, Сеида Гусейна, Самеда Мансура, Дж.Джаббарлы, А.Джавада, Уммигюльсум. В этих произведениях горячо воспевались государственная независимость Азербайджана, победа турецкой армии, пришедшей в нашу страну с освободительной миссией, храбрость азербайджанских воинов, трехцветный национальный флаг. Ахмед Джавад (1892–1937), который отличился особой активностью в этой области, написал текст государственного гимна Азербайджанской Демократической Республики. Это произведение, музыку на которое написал великий У.Гаджибеков, и сегодня является государственным гимном независимой Азербайджанской Республики. 

    Литература советского периода. Большевистская Россия не могла оставаться равнодушной к появлению на исторической арене, на южных границах красной империи, по соседству с такими мусульманскими странами, как Иран и Турция, независимого азербайджанского государства. По этой причине первое демократическое правительство Азербайджана, не выдержав ударов, нанесенных ей оккупационной 11 Красной Армией, распалось. В стране установилась советская власть. Часть творческой интеллигенции Азербайджана этого времени верила в то, что процесс художественного развития будет продолжен. С первых месяцев существования Азербайджанских советов во главе с выдающимся литератором и общественным деятелем Н.Наримановым она, поверив в фальшивые, заоблачные и утопические обещания большевиков, приняла эту веру за истину. Дж.Мамедкулизаде и Г.Джавид в свое время увидели истинную реальность, находящуюся за кулисами “пролетарской диктатуры” и “коммунистического рая”, поняли ее реакционную антиазербайджанскую суть. В отличие от них, в настроении нового поколения литераторов – молодых “комсомольских” поэтов с их политико-идеологическими директивами – ощущалась гармония. “Старый мир до основания разрушить”, построить “новый мир” на развалинах стало не только официальной идеологией общества, но и учением для молодых писателей. Начальный этап творчества С.Рустама, С.Вургуна, М.Мушвига, М.Рагима, О.Сарывелли, Р.Рзы, чуть позднее М.Дильбази, Н.Рафибейли, А.Джалила, З.Халила и других формировался под влиянием именно этого учения. Темы, к которым они неоднократно обращались, были очень актуальными, намеренно делались публицистическими, на уровне грубой революционности, митинговой демократии. Дошло до того, что каждого, кто проявлял интерес к опыту мировых литератур, обвиняли в космополитизме, а в случае проявления интереса к национальным традициям – в национализме.

     М. Турсунзаде, С. Вургун, М. Шолохов. 1954.

    Национальный язык, национальный алфавит, национальная память подверглись длительному и насильственному преследованию. В истории развития азербайджанской литературы произошло архитоталитарное событие невиданных размеров – она всецело под чинилась политико-идеологическим директивам, “нормам” решений коммунистичес кой партии. Тех, кто пренебрегал этими запретами, преследовались и подвергались репрессии.

     Репрессии 1930-х годов начались с первых месяцев советской власти. Их первой жертвой стал расстрелянный армянскими дашнаками в Гянджинской тюрьме Фиридун бек Кочарли (1863–1920) – директор Казахской мусульманской семинарии, выдающийся ученый и литературный критик, автор многотомной истории азербайджанской литературы, видный просветитель. В эти годы среди тех, кто подвергался огульным преследованиям, также было много рабочих и крестьян. Однакобольше всех от большевистско-дашнакских преследований пострадала интеллигенция. И причина этого была понятна. Сталинисты хотели уничтожить образованных сыновей азербайджанского народа, сгноив их в ссылках, на каторге, пытались препятствовать процессу национальной самоидентификации, оторвать их от своих духовных корней, превратив в слепых исполнителей коммунистических преступлений. Ученые, хорошо знавшие и исследовавшие историю, философию, язык, алфавит, культуру, психологию, менталитет своего народа и пропагандировавшие их среди своих соотечественников, писатели, поэты, драматурги своими художественными произведениями, написанными на родном языке и в народном духе, препятствовавшие ослаблению национального мышления, вся творческая интеллигенция в целом более всего опасались чиновников, спускавших “сверху” жесткие и беспощадные “особые” указания, а потому и жестоко обращавшихся с ними.

    В те ужасные годы среди подвергшихся репрессиям ученых находились очень известные представители азербайджанской литературы и искусства, литературоведения и языкознания – драматург Г.Джавид, поэт М.Мушвиг, литературный критик С.Гусейн, поэт А.Джавад, литератор и ученый Ю.В.Чеменземенли, профессор филологии, ученый-полиглот Б.Чобанзаде – ректор Бакинского Государственного Университета, писатель Т.Ш.Симург, писатели и поэты Кантемир, Санылы, Музниб, литературовед Салман Мумтаз, основатель первой в Баку Восточной консерватории Хадиджа ханум Гаибова, ученый-теолог, кази Баку Мир Мухаммед Кязим Ага, ученый-фольклорист Ханафи Зейналлы, критики Али Назим, Мустафа Кулиев, Мамедкязым Алекперли, Атабаба Мусаханлы, Эмин Абид, актеры Аббас Мирза Шарифзаде, Ульви Раджаб и другие. За исключением Ю.В.Чеменземинли и Г.Джавида, умерших в ссылке, вся творческая интеллигенция была расстреляна. Был расстрелян первый переводчик Корана кази Баку, 83-летний Мир Мухаммед Кязим Ага, 29-летний М.Мушвиг. Микаил Мушвиг (1908-1937) в сложных и противоречивых условиях общественного строя обогатил национальную поэзию своими бессмертными произведениями. Опубликованные им за короткую жизнь произведения оставили неизгладимый след в литературе. Пылкие чувства и ощущения, романтическое настроение, противостоящие своему времени, напевный и игривый язык – это те особенности творчества Мушвига, которые обеспечили его мастерству художественную ценность и долголетие.

    В связи с глобальными событиями и общественными потрясениями в регионе в первые десятилетия 20 в. и, особенно после свержения АДР, а также в результате репрессий 30-х годов многие представители творческой интеллигенции, неоднократно подвергавшиеся политическим преследованиям, последнюю возможность остаться в живых и продолжить литературную деятель-ность видели в эмиграции. Все те, кому было запрещено возвращаться на родину из-за того, что во время войны против фашизма они оказались в немецких лагерях и нашедших в связи с этим убежище за границей, те, кто покинул родину из-за преследований со стороны шахского режима, а также их потомки проживают сегодня в различных уголках Азии, Африки, Европы, Америки и даже Австралии.

    Эмигрантскую интеллигенцию объединяет одна особенность – в тех странах, где она проживала, тщательно оберегались азербайджанская национальная литература, культурный менталитет. Эта часть интеллигенции достойно представляла и пропагандировала идеалы азербайджанизма, старалась постоянно держать в центре внимания правящих кругов и общественности этих стран положение литераторов советского Азербайджана. Азербайджанская эмиграция располагает весьма обширным литературным, научно-филологическим, публицистическим наследием.

     

    Группа азербайджанских писателей и литературоведов. Баку. 1959. В первом ряду, слева: Мамед Рагим, Нигяр Рафибейли, неизвестный, Мехти Гусейн, Гамид Араслы, Расул Рза, Ильяс Эфендиев. Во втором ряду: Ибрагим Кебирли, Сулейман Рагимов, Алекпер Зиятай, Бахтияр Вагабзаде, Абульгасан, Мамед Джафар Джафаров, Ислам Ибрагимов, Талят Эюбов, Джабир Новруз.

    Среди ее авторов – Алибек Гусейнзаде, Ахмедбек Агаоглу, Мухаммед Эмин Расулзаде, Мирза Бала Мухаммедзаде, Алимардан бек Топчубашов, Джейхун Гаджибейли, Самед Агаоглу, Ахмед Джафароглу, Абдулвахаб Юрдсэвэр, Алмаз Ильдырым, Банин (Уммюльбану), Наги Шейхзаманли, Мамед Садых Аран, Гусейн Джамал Янар, Теймур Атешли, Муса Зайам, Ибрагим Арслан, Али Азертекин и десятки других. После восстановления Азербайджаном своей государственной независимости в Баку отдельными изданиями были опубликованы роман Уммюльбану “Кавказские дни”, сборник стихов “Черный дастан” А.Ильдырыма, “Сиясэти-фурусет” А.Гусейнзаде, монография М.Э.Расулзаде “Азербайджанский поэт Низами”, рассказы Дж.Гаджибейли, публицистика М.Б.Мухаммедзаде.

    Продолжавшаяся в советском государстве зависимость литературы от жестких директив, нарушение свободы слова, подчинение литературы государственной политике – эти и другие негативные обстоятельства стали причиной того, что на протяжении многих лет в литературно-культурной жизни царили определенная подавленность, депрессия, застой. Одной из основных особенностей азербайджанской литературы советского периода было планомерное управление ею со стороны идеологических органов, директивное руководство литературной деятельностью. Среди них следует упомянуть самые основные – постановление ЦК РКП(б) “О политике партии в области художественной литературы” (1925), “О новом формировании литературно-художественных организаций” (1932), постановление ЦК ВКП(б)”О журналах “Звезда” и “Ленинград”, постановление ЦК КП Азербайджана “О состоянии азербайджанской советской литературы и мероприятиях по ее улучшению” (1948), резолюцию ЦК КП “О литературно-художественной критике” (1972) и целый ряд других политических директив. В этом смысле особо выделился состоявшийся в 1934 году Первый Всесоюзный съезд советских писателей, который определил метод социалистического реализма основным методом творчества, что вынудило творческую интеллигенцию созидать в рамках строго определенной модели. А после критики в адрес журналов “Звезда” и “Ленинград”, которые якобы представляли советский образ жизни и существующие общественные порядки в ложном свете, в азербайджанской литературе, как и в остальных литературах народов СССР, стали появляться художественные произведения, созданные по принципу “бесконфликтности”. Однако появление в данный период на литературной арене таких одаренных писателей, как Дж.Джаббарлы, М.Мушвиг, С.Вургун, О.Сарывелли, Р.Рза,С.Рустам, использова вших эзопов язык с целью противостояния идеологическому давлению, само по себе свидетельствовало об абсолютной зависимости литературы от общественно-политических условий. Это подтверждают некоторые поэтические произведения начавшего когда-то свою деятельность под влиянием идеологии объединения “Гызыл галемляр” (“Золотые перья”) комсомольского поэта Сулеймана Рустама. В их числе –написанный в духе истинного патриотизма цикл “Восточные стихи”, стихотворение “Мать и почтальон”, газели, воспевающие чистую, искреннюю любовь. Несмотря на то, что в официальных кругах тех лет жанр газели считался устаревшим, народной любовью пользовались именно утонченные, глубокомысленные газели известного поэта Алиага Вахида (1895–1965).

    К числу известных мастеров слова, повлиявших на развитие в азербайджанской литературе данного периода жанра романа, главным образом исторического, относится М.С.Ордубади (1872–1950). Его исторический роман “Меч и перо”, посвященный Азербайджанскому государству Атабеков и жившему в то время великому поэту Низами Гянджеви, а также роман “Тавриз туманный” об освободительном движении в Южном Азербайджане до сих пор не утратили свою историко-эстетическую значимость. В прозе того же периода особая заслуга принадлежит также Ю.В.Чеменземенли (1887–1943) – автору романов “Среди двух огней” (“В крови”), “Девичий родник”, Сулейману Рагимову (1900–1983) – автору эпопеи “Шамо” и романа “Сачлы”, Мир Джалалу – автору романа “Открытая книга” и лаконичных рассказов, Абульгасану Алекперзаде (1904–1986) – автору эпопеи “Крепость дружбы” и романа “Подъемы”, Мирзе  Ибрагимову (1911–1993) – автору романов “Наступит день” и “Парвана”.

    Гошма Самая древняя и самая распространенная поэтическая форма поэзии. В основном состоит из 5-6 строф, в каждой строфе 4 строки, в каждой строке – 11 слогов, система рифмовки а-в-а-в, с-с-с-в и т.д. Широко распространена как в ашыгской поэзии, так и в письменной литературе. Разнообразна по содержанию. В последнем бейте дается имя автора или его тахаллус.

    Драматургия советского периода тесно связана с именами Гусейна Джавида, Сулеймана Сани Ахундова, Дж.Джаббарлы, Мирзы Ибрагимова, Самеда Вургуна, Сабита Рахмана, Энвера Мамедханлы, Ильяса Эфендиева, Шихали Курбанова. Гусейн Джавид, обогативший Азербайджанскую литературу как жанром, так и содержанием, является выдающимся драматургом и поэтом. Благодаря его произведениям тематика Азербайджанской литературы значительно расширилась, а в драматургии появились человеческие конфликты, сознательные, чуткие, горячо страстные яркие характеры. Такими произведениями, как “Ана” (“Мать”), “Шейх Санан”, “Сатана” драматург заложил основы жанра стихотворной трагедии в азербайджанской литературе. В советский период творчество литератора значительно обогатилось. Им написаны пьесы “Пророк” (1922), “Топал Теймур” (1925), “Князь” (1929), “Сиявуш” (1933), “Хаййам” (1935)”, Месть сатаны” (1936), поэма “Азер” (1923-1932).

    Джафар Джаббарлы (1899–1934) произведениями “Октай Элоглу”, “Невеста огня”, “Севиль”, “Алмаз” обогатил национальную драматургию постановкой и решением новых проблем, созданием образов.  

    Самед Вургун является самым выдающимся поэтом-драматургом, сформировавшимся в советский период. Основная особенность его стихов и поэм – романтическое восприятие философски осмысленных завораживающей красоты азербайджанской природы, героической истории народа, гуманистических ценностей. Творчество Самеда Вургуна, главным образом его стихотворение “Азербайджан”, эпические поэмы “Айгюн”, “Мугань”, поэтические драмы “Вагиф”, “Человек” оказали сильное влияние на азербайджанскую поэзию прошлого столетия, на народность его языка, благозвучие и образность. Значение драмы “Вагиф” в процессе национального самопознания азербайджанского народа, несмотря на всяческое давление со стороны советского режима, сопоставимо со значением оперы “Кероглу” гениального Узеира Гаджибекова.

    На развитие азербайджанской поэтической мысли советского периода большое влияние оказали написанные свободным размером стихи и поэмы Расула Рзы (1910–81). Поэзия поэта-новатора Р.Рзы отличалась философским лиризмом, живостью мысли и эмоциональностью, оригинальными поэтическими образами. Его стихотворения из философского цикла “Краски” , лирические поэмы “Физули”, “Если бы не было розы” и другие являются лучшими образцами азербайджанской поэзии.

    В обогащении азербайджанской прозы живыми, красочными художественными образами и выразительными изобразительными средствами, а в драматургии – в развитии лирико-психологического стиля велика творческая заслуга Ильяса Эфендиева (1904–96). На спектаклях, поставленных по его пьесам (“Ты всегда со мной”, “Пропавшие дневники”, “Песня осталась в горах”, “В хрустальном дворце Хуршудбану Натаван”, за полувековой период выросло и приобрело опыт целое поколение актеров и режиссеров, превратившееся в “театр Ильяса Эфендиева”. В обогащении Азербайджанской прозы новыми темами и образами несомненна заслуга и Али Велиева, Гылмана Илькина, Гусейна Ибрагимова, Гусейна Аббасзаде, Байрама Байра мова, Джамиля Алибекова, Азизы Джафарзаде, Видади Бабанлы Алевии Бабаевой, Сулеймана Велиева, Азизы Ахмедовой, Афгана Аскерова, Гюльгусейн Гусейноглу, Алибалы Гаджизаде и других.

    Начиная с 1960-х годов, в связи с некоторым потеплением общественно-политической атмосферы, в результате чего идеологические оковы в СССР ослабли, такие молодые талантливые поэты и писатели, как Иса Гусейнов, Мамед Араз, Халил Рза Улутюрк, Джабир Новруз, Сабир Ахмедов, Али Керим, Юсиф Самедоглу, Иси Меликзаде, Анар, Акрам Айлисли, Фикрет Годжа, Вагиф Самедоглу, Эльчин, Сабир Рустамханлы, Алекпер Салахзаде, Фарман Керимзаде, стали создавать произведения, критикующие существовавший общественно-политический строй. Роман начавшего свою художественную деятельность намного раньше перечисленных выше литераторов Исмаила Шихлы (1919–94) “Кура неукротимая” был продукцией уже нового литературного мышления. Естественно, что все эти художники, подобно своим предшественникам, очень часто использовали символы, эзопов язык. Однако этот процесс уже приобрел бесповоротное направление и мог оцениваться как “начало конца”. Переход к литературе 60-х годов начался еще в 40–50-е годы с участием пришедших в литературу представителей нового поколения, и этот процесс продолжался и далее. Среди них многие произведения Р.Рзы и особенно ставший знаменитым цикл стихов под общим названием “Краски” и “Если бы не было розы”, а также про-изведения “Желтый теленок”, “Пьяный Искандер”, “Я земля” считаются первыми образцами этого периода. Роман “Подземные реки текут в море” видного прозаика, драматурга и известного критика Мехти Гусейна (1909-1965) также строится на убедительном изображении жизни художественных образов того же времени. Вместе с тем, самым значительным литературным событием 1960–90-х годов стал приход в творческий мир “60-десятников”. Именно после их прихода литература по своему духу и своей сути действительно превратилась в реальную духовную силу, способную вести борьбу против тоталитарного военного режима. С таких позиций она принимала активное участие в подготовке сегодняшней национальной независимости и демократического движения. “60-десятники” акцентировали свое внимание главным образом на человеке, его духовном мире. Не случайно, литература именовалась “человековедением” в самом высоком смысле этого слова. Именно “60-десятники” вновь включили тему “человека” в литературу того периода как новую тему, новую проблему. Тем самым они выдвинули на передний план те вопросы, которые до них или не привлекали внимания, или намеренно замалчивались. В центре их художественного интереса находился прежде всего духовно-психологический мир, глубина, “нутро” личности, индивидуума, самых простых, рядовых членов общества. В их повестях и рассказах время, духовность воспринимались не как “общественная система и строй”, а превращались в предмет художественного анализа и критерий нравственности и морального состояния человека. Мышление и представления героев их произведений совершенно не соответствовали такому принятому в литературе понятию и догме, как “советский человек”. Самыми популярными героями литературы “60-десятников” были необычные люди, правдоискатели, в некоторых случаях яростно воспринимающие чудачества, не нашедшие своего места в жизни, поэтому иногда бесцельно скитающиеся, но, несмотря на это, восторгающиеся настоящими людьми и искренними человеческими чувствами. В написанных на историческую тему романах и повестях они часто обращались к истории государственности, богатейшему прошлому народа, вынужденного в условиях нахождения в тисках социализма отдалиться от своих национальных корней, государственных традиций, находили место мечты о свободе и независимости.

    “Азербайджан” Литературно-художественный журнал. Орган Союза Писателей Азербайджана. Издается с 1923 г. под различными названиями. С 1953 г. выходит в свет под данным названием. В журнале публикуются новые произведения писателей, а также переводы всемирной литературы. На страницах журнала печатаются литературно-критические, публицистические и другие материалы. В различные годы редакторами журнала были Симург (Таги Шахбази), Р.Ахундов, М.Кулиев, Х.Назарли, М.Алекперли, М.Ибрагимов, Мамед Ариф, Мехди Гусейн, Абульгасан, Расул Рза, А.Велиев, Ахмед Джамиль, Г.Мусаев (Илькин), Дж.Мамедов, И.Шихлы, А.Айлисли, Джабир Новруз, Ю.Самедоглу. В настоящее время главным редактором является И.Касумзаде.

    В прозе Г.Аббасзаде (1922), поэзии и драматургии Наби Хазри (1924), Бахтияра Вагабзаде (1925), Наримана Гасанзаде (1931), в художественной публицистике Гидаята Оруджева (1944) преобладают поучительные страницы народной истории, и на этом фоне – изображение лирико-психологической жизни азербайджанского народа. Ценными образцами Азербайджанской литературы являются также всегда отличающаяся своей актуальностью поэзия Габиля (1926–2007) и его поэма “Насими”, произведения Адыля Бабаева, Ислама Сафарли, Гусейна Арифа, Касума Касумзаде, Зейнала Халила, Алиаги Кюрчайлы.

    Заявившее о себе в литературе движение за свободу слова и мышления, свободу политических мировоззрений, плюрализм, национальную независимость, движение во имя справедливости и нашедшее свое продолжение в литературе 1970–90-х годов., с приобретением политического суверенитета, государственной независимости Азербайджана, добилось осуществления своих целей.

    В конце 20 в., на постсоветском этапе продолжается традиция создания национальной литературы на русском языке. В числе мастеров слова, пишущих на русском языке, – Имран Касумов, Максуд Ибрагимбеков, Рустам Ибрагимбеков, Чингиз Абдуллаев, Чингиз Гусейнов, Владимир Кафаров, Натик Расулзаде, Алла Ахундова и другие.

    Среди тех, кто подготовил художественный фундамент для нового этапа Азербайджанской литературы и принимал активное участие в этом процессе выделились поэты – Фикрет Садых (1930), Али Керим (1931–69), Халил Рза (1932–94), Джабир Новруз (1933–2002), Мамед Араз (1933–2004), Фамиль Мехти (1934–2002), Тофик Байрам (1934–91), Гусейн Кюрдоглу (1934–2003), Ильяс Таптыг (1934), Фикрет Годжа (1935), Муса Ягуб (1937), Вагиф Самедоглу (1939), Ариф Абдуллазаде (1940-2002), Алекпер Салахзаде (1941), Иса Исмаилзаде (1941–97), Чингиз Алиоглу (1944), Сабир Рустамханлы (1946), Рамиз Ровшан (1946), Нусрет Кесеменли (1946-2001), Залимхан Ягуб (1950) и другие.

    В поэзии 1960-х годов одной из ведущих сил новой поэтической традиции стал Фикрет Годжа. В изданных им в эти годы сборниках “Чайка”, “Всем обязан”, “Бессонные ночи” и других чувствуется биение сердца поэта, страстно желающего разрушить идеологические рамки.

    Акрам Айлисли (1937) является одним из первых писателей, которому в 60-е годы удалось осуществить поиски нового образа национальной прозы. В его повести “Моя поющая тетя” (!), в произведениях “Леса побережья Куры”, “Сказка хрустальной пепельницы” дается реалистическое изображение жизни.

    Многие рассказы талантливого представителя новой Азербайджанской прозы Анара (1938), такие как “Белая гавань”, “Шестой этаж пятиэтажного дома”, “Номер отеля”, “Без вас” и другие значительные произведения занимают особое место в истории национальной литературы. Анар известен как видный драматург и киносценарист. Написанные на историческую тему сценарии “Деде Коркуд”, “Аккорды долгой жизни”, драмы “Летние дни города”, “Тахмина и Заур” являются высокохудожественными образцами, обогатившими Азербайджанскую литературу.

    Эльчин (1943), творчество которого отличается многогранностью, также принадлежит к этому литературному поколению. Благодаря своим произведениям – повестям “История одной встречи”, “Как курица осталась живой”, “Знаменосец”, рассказам “Первая любовь Балададаша”, “Туман над Шушой”, “Карабах шикестеси”, “Сары гелин”, романам “Махмуд и Марьям”, “Белый верблюд”, “Смертный приговор”, пьесам “Мой муж сумасшедший”, “Мой любимый безумец” Эльчин вошел в число самых видных представителей современной Азербайджанской литературы. Будучи одновременно продуктивным литературоведом и критиком, он является автором ценных книг и монографий – “Критика и проза”, “Критика и проблемы нашей литературы”, “Классики и современники”, “Поле притяжения”.

    Среди имевших успех произведений писателей, пришедших в литературу в 60-е годы, следует упомянуть романы “День казни” Ю.Самедоглу (1935–98) и “Переселение” Мовлуда Сулейманлы (1943).

    Литература Независимой Азербайджанской Республики. После обретения Азербайджаном государственной независимости и вступления в качестве полноправного члена в ряды сообщества мировых государств в центре внимания Азербайджанской литературы продолжают оставаться такие проблемы, требующие своего развития уже в новых условиях, условиях глобализации, как возврат оккупированных страной-агрессором – Арменией азербайджанских земель, создание условий развитого общества, воспитание молодого поколения в патриотическом духе, пропаганда дружбы и культурных связей с народами ближних и дальних стран, общечеловеческие идеи гуманизма и общественной справедливости. Писатели, чье художественное сознание освободилось от всяких идеологических запретов и в этом смысле не имело причин для противостояния, развитие литературы более всего связывали с его теоретико-эстетическим совершенствованием. С этой точки зрения в Азербайджанской литературе послевоенных лет наблюдаются  постмодернистские тенденции. Наряду с этим основная тенденция развития Азербайджанской литературы базируется на воспевании и торжестве идеи азербайджанизма. Большую роль в оживлении текущего литературного процесса конца 20–начала 21 веков, в привлечении к творчеству новых талантливых авторов сыграло специальное постановление правительства о финансировании из государственного бюджета таких литературных органов, как журналы “Азербайджан”, “Литературный Азербайджан”, “Улдуз”, “Гобустан” и газеты “Эдебиййат газети”.

    Восстановление государственного суверенитета Азербайджана позволило по новым критериям подойти к оценке классического наследия. По личной инициативе и под непосредственным руководством общенационального лидера Гейдара Алиева проведенные широкомасштабные церемонии празднования 500-летия М.Физули, 1300-летнего юбилея эпоса “Китаби-Деде Коркуд” с участием ряда глав государств мира на этих мероприятиях, превратились в яркое культурное торжество литературы, всей культуры независимого Азербайджана. 500-летие Физули широко отмечалось не только в Азербайджане, но и в Турции, Иране, Ираке, России, Узбекистане, Китае и других странах. Эти мероприятия дали мощный толчок развитию литературоведческой науки в Азербайджане. Вышли в свет научно-критический текст “Китаби-Деде Коркуд”, массовые издания, новые монографические исследования, посвященные этой монументальной огузнаме. Были опубликованы произведения Физули в шести томах, новая серия фундаментальных исследований о жизни и творчестве поэта. Большая заслуга в этом деле принадлежит ученым Национальной Академии Наук Азербайджана, в том числе Института литературы им.Низами.

    Надежной гарантией развития Азербайджанской литературы и литературоведения является распоряжение Президента Ильхама Алиева от 12 января 2004 года о массовом издании книг на азербайджанском языке латинской графикой, об издании Азербайджанской Национальной Энциклопедии и проведении в связи с этим широкомасштабных мероприятий.

    Современная литература Южного Азербайджана. В первой четверти 19 в., после разделения земель Азербайджана между Россией и Ираном, в литературном процессе прошедших схожий путь литературно-культурного развития Севера и Юга начинают наблюдаться отличительные особенности. В связи с тем, что на протяжении долгих десятилетий в Южном Азербайджане отсутствовало образование и письменность на азербайджанском языке, естественно, что и развитие литературы, в отличие от Северного Азербайджана, заметно отставало. Только в периоды народно-освободительного движения в приобретшем на короткий срок свободу Южном Азербайджане культурно-литературная жизнь начинает быстро развиваться, затем развитие вновь приостанавливается на продолжительный срок. Один из таких кратковременных этапов пробуждения проходил под руководством Шейха Мухаммеда Хиябани в 1918–20-е годы, другой – в 1945–46 годах под руководством Сеид Джафара Пишавари. В отмеченные годы издаются книги, учебники на родном языке, в национальной прессе широко печатаются литературные материалы, написанные преимущественно в патриотическом духе. Начавшая свое творчество в середине 1940-х годов прошлого века талантливая молодежь после победы исламской революции (1979) получила возможность публиковать свои произведения на страницах издаваемого на азербайджанском языке журнала “Варлыг”. Среди мастеров слова Южного Азербайджана следует упомянуть имена таких писателей и поэтов, как Хаммал, Керими, Нитги, Бирия, Шейда, Сонмез, Саханд, Сахир, Охтай, Салаван, Фарзана. Журналу “Варлыг”, который основал видный ученый и общественный деятель Азербайджана Джавад Хеййат, принадлежит исключительная роль в развитии современной литературы Южного Азербайджана.

    Среди многочисленных представителей литературы Южного Азербайджана особое место занимает Мухаммедгусейн Шахрияр (1905–88). Получивший среднее и высшее образование на фарси и приступивший с молодых лет к художественному творчеству под влиянием произведений Низами Гянджеви, Хафиза Шираза, С.А.Ширвани Шахрияр известен как один из крупнейших представителей современной Иранской и Азербайджанской поэзии. Шахрияр уделяет много места насущным проблемам мира, отдавая предпочтение в своем творчестве социальной лирике. Самым крупным его произведением на азербайджанском языке является поэма “Гейдарбабая салам”, состоящая из двух частей. На это произведение поступили десятки откликов как из Южного, Северного Азербайджана, так и из Турции. В настоящее время происходит постоянное развитие литературного процесса в Южном Азербайджане. Такие мастера слова, как Балаш Азероглу, Али Туде, Медина Гюльгюн, Хокума Бюллури, Сохраб Таир, продолжившие свое творчество в Северном Азербайджане, обогатили азербайджанскую литературу обеих частей своими ценными образцами.

    Литературно-теоретическая эстетическая мысль Азербайджана располагает древней историей, богатыми традициями и наследием (смотри статью “Литературоведение”).

    Современная Азербайджанская литература не была идеально однородной и не обладала единой идейно-эстетической основой. В условиях господствующего в литературно-общественной среде Азербайджана плюрализма и свободы взглядов можно встретить представителей самых различных литературных течений и группировок. Однако , желанием и целью большинства из них является развитие Азербайджанской государственности, благоденствие всего прогрессивного человечества совместно с азербайджанским народом. Постановления состоявшегося в 2004 г. 11 съезда Союза Писателей Азербайджана лишний раз подтвердили это духовное единодушие.

    Лит.: Щ а ъ ы й е в Ъ . ХХ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1955; А р а с л ы Щ. ХВЫЫ- ХВЫЫЫ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1956; Б е р т е л с Й . Е . Бюйцк Азярбайан шаири Низами. Б., 1958; Азярбайъан ядябиййаты тарихи. 3 ъилддя. Б., 1960–1961; Гулузадя М. Фцзулинин лирикасы. Б., 1965; Д а д а ш з а д я М.А. Ясярляри. 3 ъилддя. Б., 1967–1970; М и р Ъ я л а л , Щ ц с е й н о в Ф . ХХ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1973; А з а д я Р. Азярбайъан епик шеиринин инкишаф йоллары (ХЫЫ–ХВЫ ясрляр). Б., 1975; Г а с ы м з а д я Ф. ХЫХ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1975; К ю ч я р л и Ф. Азярбайъан ядябиййаты. 2 ъилддя. Б., 1981; М я м м я д Ъ я ф я р. Низаминин фикир дцнйасы. Б., 1982; Н я б и й е в Б. Роман вя мцасир гящряман. Б., 1987; Щ я б и б б я й л и И. Ъялил Мяммядгулузадя: мцщити вя мцасирляри. Б., 1996; С я ф я р л и Я ., Й у с и ф л и Х. Гядим вя орта ясрляр Азярbайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1998; Е л ч и н. Ядябиййатымызын йарадыъылыг проблемляри. Б., 1999; К я р и м л и Т . Низами вя тарих. Б., 2002; Г а р а й е в Й. ХЫХ–ХХ ясрляр Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 2003; Г а с ы м л ы М. Озан ашыг сяняти. Б., 2003; Азярбайъан ядябиййаты тарихи. 6 ъилддя. Б., 2004. Ъ. 1. ; М и р Ъ я л а л. Азярбайъанда ядяби мяктябляр. Б., 2004.

                                                                                                     Бекир Набиев, Теймур Керимли

Sərlövhə: Azərbaycan Milli Ensiklopediyası, I CİLD
Nəşriyyat: "Azərbaycan Milli Ensiklopediyası" Elmi Mərkəzi
Nəşr yeri: Bakı
Nəşr ili: 2009
ISBN: 978-9952-441-02-4
Səhifələrin sayı: 608
Sərlövhə: Azərbaycan Milli Ensiklopediyası, II CİLD
Nəşriyyat: "Azərbaycan Milli Ensiklopediyası" Elmi Mərkəzi
Nəşr yeri: Bakı
Nəşr ili: 2010
ISBN: 978-9952-441-05-5
Səhifələrin sayı: 604
Sərlövhə: Azərbaycan Milli Ensiklopediyası, III CİLD
Nəşriyyat: "Azərbaycan Milli Ensiklopediyası" Elmi Mərkəzi
Nəşr yeri: Bakı
Nəşr ili: 2011
ISBN: 978-9952-441-07-9
Səhifələrin sayı: 604
Sərlövhə: Azərbaycan Milli Ensiklopediyası, “Azərbaycan” xüsusi cildi (rus dilində)
Nəşriyyat: "Azərbaycan Milli Ensiklopediyası" Elmi Mərkəzi
Nəşr yeri: Bakı
Nəşr ili: 2012
ISBN: 978-9952-441-01-7
Səhifələrin sayı: 881
Sərlövhə: Azərbaycan Milli Ensiklopediyası, IV CİLD
Nəşriyyat: "Azərbaycan Milli Ensiklopediyası" Elmi Mərkəzi
Nəşr yeri: Bakı
Nəşr ili: 2013
ISBN: 978-9952-441-03-1
Səhifələrin sayı: 608
Sərlövhə: Azərbaycan Milli Ensiklopediyası, V CİLD
Nəşriyyat: "Azərbaycan Milli Ensiklopediyası" Elmi Mərkəzi
Nəşr yeri: Bakı
Nəşr ili: 2014
ISBN: 978-9952-441-10-9
Səhifələrin sayı: 592
Sərlövhə: Azərbaycan Milli Ensiklopediyası, VI CİLD
Nəşriyyat: "Azərbaycan Milli Ensiklopediyası" Elmi Mərkəzi
Nəşr yeri: Bakı
Nəşr ili 2015
ISBN: 978-9952-441-11-6
Səhifələrin sayı: 608
1. ОБЩАЯ ИНФОРМАЦИЯ – 14.2. ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ДЕЯТЕЛИ АЗЕРБАЙДЖАНА (1918–2005 годы)
    11.4. ЛИТЕРАТУРА

                                                               ЛИТЕРАТУРА

    Фольклор. У истоков азербайджанской литературы стоит богатый и глубоко содержательный фольклор. История фольклора, понимаемого как устное поэтическое творчество народа, восходит к периоду появления на территории Азербайджана первых поселений людей. И сегодня в фольклоре и классической литературе проявляются следы художественно-мифологических мировоззрений. Азербайджанская мифология не носит такой системный и цельный характер, как древнеиндийская и древнегреческая мифологии. Но в азербайджанском фольклоре можно обнаружить следы мифологии. Больше всего проявляются элементы космогонических, сезонных, а также этногенетических мифов. В этих мифических элементах, являющихся продуктом художественного мышления на первых этапах формирования человека, отображается хаос в космосе, путаница в мироздании, появление вселенной из этой беспорядочности, а также отражаются аналогичные отношения в человеческом обществе. В мифическом мировоззрении космос в человеческом обществе, то есть большинством людей свод законов, охватывает основной порядок общества – процессы гармонии между семьей, бытом, человеком и природой. Отдельные элементы мифологического мировоззрения до сих пор сохранились в проклятиях, прославлениях, преданиях, театральных играх, трудовых песнях. Ведущим мотивом большинства азербайджанских мифов является древнетюркское мифологическое мышление. Его можно обнаружить как в мифах, посвященных созданию вселенной, то есть космогонических, так в мифах, посвященных появлению этноса, то есть этногенетических, а также в мифах, посвященных сезонным процессам, то есть календарных. Появление мифологии и сохранение указанных мифов в фольклоре неразрывно связано с представлениями первобытного человека о природе и природных процессах. Желание первобытного человека воздействовать на природные процессы посредством слов, действий и игр привело к созданию и исполнению ритмичных текстов и появлению потребности их исполнения. К их числу можно отнести такие календарные песни и сопровождающие их танцы, как “Кеса-Кеса”, “Году-году”, “Новруз”, “Хыдыр Наби” и другие.

    Одной из особенностей азербайджанского фольклора является его общность с фольклором других тюркских народов. Совпадение большинства текстов устного народного творчества этих народов свидетельствует о том, что все они создавались в едином этногеографическом пространстве. Среди дастанов, образующих общетюркский фольклор, особое место занимает серия “Огузнаме”. А в таких дастанах, как “Переселение”, “Эргенекон”, “Шу”, “Возвращение”, нашли свое всестороннее  художественноифологическое отражение важнейшие проблемы прото-тюрков. В кратком виде они были даны в произведении жившего и творившего в где то 9 в. тюркского ученого Махмуда Кашгари “Дивану лугат ат-тюрк” (“Диван тюркских языков”). Эти дастаны до сих пор сохранили в себе художественно-мифологическое мировоззрение периода великого переселения народов. В истории развития устной народной литературы можно выделить несколько этапов. Среди фольклорных образцов, которые сохранили следы художественного мышления родоплеменного строя, превалируют анимистические и тотемистические мировоззрения, связанные с заговорами, проклятиями, прославлениями и т.п. В последующие периоды появляются уже такие эпические фольклорные жанры, как эпос, дастан, сказки, легенды, предания.

    Азербайджанский фольклор отличается богатством жанров. На протяжении всей истории такие жанры эпического фольклора, как сказки и дастаны и выражающие народную мудрость поговорки и пословицы, всегда оказывали сильное влияние на фольклор и классическую литературу соседних народов. А жизнь и быт народа нашли свое художественно-эмоциональное отражение в таком лирическом жанре, как баяты. Своеобразная поэзия древнетюркских народов главным образом создавалась на основе слогового принципа. Несмотря на то, что число слогов варьируется в зависимости от стихотворных форм, длинные эпические произведения и дастаны создавались семисложником. Каждое полустишие одного из богатейших жанров азербайджанского фольклора, баяты, также состоит из 7 слогов.

    Фольклорные жанры подразделяются на такие две группы, как архаические и современные. Среди архаических фольклорных жанров основное место занимают заговоры, колдовство, клятвы, молитвы, приветствия, гадания и проклятия. На протяжении всего периода формирования фольклора эти жанры постоянно пополнялись новыми образцами.

    Выделяются трудовые песни и обрядовый фольклор, связанные с какими-либо процессами или событиями. В свою очередь обрядовый фольклор охватывает сезонные обряды, обряды, связанные с различными природными явлениями, бытовые обряды, а также свадебные и похоронные.

    Одним из богатейших жанров азербайджанского фольклора – баяты. Баяты позволяют в основном выразить лирико-философские чувства человека в краткой поэтической форме. Среди образцов этой поэтической формы можно выделить колыбельные песни, траурные причитания, песни чобана, пахарей, заклинания, назлама и т.д. Кроме этого, к данной поэтической форме относятся также такие образцы, как баяты-баглама, баяты-деишмя, баяты-загадки.

    Одними из широко распространенных фольклорных жанров лирического фольклора являются и народные песни – поэтические тексты различной формы, положенные на определенный музыкальный мотив. Такие народные песни, как “Ай лоло”, “Аман нене”, “Сона бюльбюлляр”, “Сусян сюнбюль” и другие, до сих пор остаются в репертуарах певцов. По способу исполнения среди народных песен выделяются соло, хоровые песни и песни-дуэты.

    С хронологической точки зрения особое внимание обращают на себя легенды как один из жанров эпического фольклора. Основным признаком, отличающим легенды от других эпических жанров, является наличие фантастического элемента и движения событий. В отличие от волшебных сказок, которые также обладают данным признаком, в легендах сюжет не носит завершенный характер и является лишь описанием какого-либо отдельного эпизода. В зависимости от описанного объекта и смысла легенды в азербайджанском фольклоре подразделяются на космогонические, зоонимические, топонимические, этнографические, религиозные, исторические, героические и другие. К самым древним образцам легенд относятся те, которые рассказывают о происхождении вселенной, мира и неба. Были широко распространены также мифы о птицах и животных. Есть легенды, которые рассказывают об удодах, голубях, змеях, медведях, волках и других птицах и животных. Топонимические легенды – это те легенды, которые рассказывают о различных географических объектах.

    Один из видов эпического жанра в фольклоре – предания – рассказывают нам о различных событиях прошлого или о поучительном опыте различных личностей, живших в прошлом. Сюжетная линия преданий относительно узка, а количество участников ограничено. Предания подразделяются на этимологические, толковые и повествующие об исторических личностях.

    Сказки, после легенд и преданий, являются наиболее распространенным видом эпического фольклора. Они подразделяются на три большие группы: 1) волшебные; 2) о животном мире; 3) бытовые. Основным жанровым признаком данного вида фольклора является завершенность сюжета, а также использование казуистики, то есть причинно- следственных связей. Волшебные сказки, составляющие по численности большинство, обладают такими элементами, как нереальность, фантастичность, а также наличием в ходе развития событий сильной условности. Сюжет сказок в основном строится на борьбе добра и зла, и в конечном итоге обязательно побеждает добро. Образы, участвующие в сказках, схематически можно разделить на 2 группы: помощники положительного и помощники отрицательного героев. Ввиду того, что положительный герой вызывает сочувствие рассказывающего сказку и слушающего, то для их победы используются различного рода способы и пути.

    Пословицы и поговорки Пословицы и поговорки, являющиеся обобщающим продуктом многовекового опыта народа, были широко распространены в тюркском мире, а иногда являлись даже своего рода моральным кодексом. Первые образцы этого жанра нашли свое место в таких классических письменных памятниках, как “Дивану лугат аттюрк”, “Китаби Деде Коркуд”. Одним из ценных памятников азербайджанского фольклора являются специальные сборники пословиц – “Огузнаме”, показывающие мудрость огузских племен.

    К кратким образцам эпического фольклора относятся также анекдоты. Последние характеризуются острой иронией, тонким юмором и мудростью. В азербайджанском фольклоре преимущество составляют анекдоты, связанные с именами Молла Насреддина и Бахлул Дананда. Поэтическая особенность анекдотов состоит в том, что они дают меткий и убедительный ответ и имеют неожиданный финал.

    Одним из фольклорных жанров, целью которого является воспитание нового поколения, а также развитие у детей способности быстро думать, являются загадки. Они строятся на перечислении различных признаков какого-то предмета или события и на основе узнавания данного предмета или события посредством ассоциаций. Основной целью создания загадок является развитие мировоззрения у детей, усиление навыков ассоциативно мыслить и в конечном итоге – воспитание многосторонне развитой личности.

    Драматические жанры азербайджанского фольклора представлены народными играми и сценическими представлениями. Типичным примером такого рода драм является драма “Кесакеса”. Широко распространенные после принятия ислама траурные мистерии по гибели святых, тоже относятся к народным драмам.

    Значительная группа образцов азербайджанского фольклора была создана специально для детей. Они представлены лирическими, эпическими и драматическими типами. К лирическим относятся колыбельные, причитания, ласки, детские песни; к эпическим – загадки, скороговорки, шутки, детские сказки; к драматическим – детские игры и представления.

    В истории развития азербайджанского фольклора особое место занимают средние века. В 16–18 вв., когда жанр дастана особенно широко развился, появились такие крупные мастера слова, как Гурбани, Туфарганлы Аббас, Сары Ашуг, Хястя Гасым. В этот период были созданы такие любовные дастаны, как: “Гурбани”, “Ашуг-Гариб-Шахсенем”, “Асли-Керем”, “Аббас-Гюльгяз”, “Шах Исмаил-Гюльзар”, “Тахир-Зохра”, “Алыхан-Пери”, “Арзу- Гамбар”, а также героический эпос “Кероглы”. В отличие от любовных дастанов, “Кероглу” состоит из различных частей и продолжает традицию “Китаби Деде-Коркуда”, поэтому его называют эпосом. И хотя в основе сюжета “Кероглу” лежит конкретное историческое событие 16–17 вв., произошедшее на территории Турции и Азербайджана, –восстание джелалидов, во времена дальнейшего формирования этого литературного памятника в него были добавлены дополнительные сюжеты, иногда и мифические мотивы. Сюжет “Кероглу”, оказавший большое влияние на туркменский, узбекский, таджикский, армянский и грузинский фольклоры, способствовал созданию аналогичных дастанов.

    Ввиду того, что образцы фольклора являются преимущественно анонимными, то есть без автора, ашыгская литература, авторы которой известны, занимает особое место в азербайджанском фольклоре. Самых крупных представителей ашыгского искусства часто именуют как “устад ашыг”. Среди первых устад ашыгов азербайджанского фольклора называется Гурбани. Определенные сведения о нем можно почерпнуть из истории Сефевидов и дастана “Гурбани”. Известный в источниках также под именем “Дирили Гурбани” он родился в селении Дири, которое ныне располагается на территории Джебраильского района. Затем, по определенным причинам ашыг был сослан в Южный Азербайджан и, попав в Тебриз во дворец Шаха Исмаила, добился его расположения и жил некоторое время во дворце.

    Баяты Состоят из четырех строк, каждая строка – из 7 слогов. Система рифмов в основном – в виде а-а-б-а. Исторически в тюркскоязычной поэзии отдавали предпочтение джинасу (омонимы), что подтверждается множеством примеров, где используется джинас. Одной из форм баяты является та, в которой рифмуются только первые две строки. Такого рода баяты часто под названием хойрата встречаются в Керкукском фольклоре. Обычно в баяты первая и вторая строчка играют роль подготовки для перехода к основной мысли.

    Устад ашыг Туфарганлы Аббас жил и творил в период правления Шаха Аббаса I (1587–1629), но был не в ладах с дворцом. То, что творческая фантазия народных мастеров сильнее дворцовых служащих, нашло отражение в дастане “Аббас-Гюльгяз”.

    Творивший в 17 в. Сары Ашыг был более известен как автор баяты. Из источников 17 в. нам становится известно, что он влюбился в девушку по имени Яхшы, но эта любовь закончилась трагически.

    Одним из талантливых мастеров 17 в. был Хястя Гасым. Этот устад ашыг очень известен своими шедеврами – мудрыми гошма, посвященными различным сферам жизни человека и общества.

    Традиции ашыгского искусства в конце 18 – начале 19 вв. продолжились в Южном Азербайджане. Здесь в этот период сформировался как устад ашыг Ашыг Валех – герой дастана “Валех-Зярнигяр”.

    Традиции трехсотлетнего ашыгского искусства Азербайджана послужили толчком к появлению в 19 в. такого крупного мастера, как Ашыг Алескер (1821–1926). В творчестве Ашыга Алескера лирические и нравственно-дидактические мотивы были органически объединены. Этот народный творец оказал сильное влияние как на дальнейшее ашыгское искусство, так и на развитие стихосложения.

    Азербайджанское устное народное творчество, в частности ашыгское, оказало сильное влияние и на литературу соседних народов. Так, например, ряд грузинских и армянских поэтов творили на тюркском языке. Армянский поэт 18 в. Саят Нова большинство своих стихов написал на тюркском (азербайджанском) языке.

    Изменения в общественно-политическом образе жизни, начало промышленно-технической эпохи позволили  спасти от исчезновения образцы мифологии и народного фольклора: они были собраны и записаны. Однако даже имеющиеся сегодня образцы народного фольклора все равно не передают всего богатства устного народного творчества.

    Первые образцы азербайджанского фольклора дошли до нас в письменном виде благодаря “Истории” Геродота (5 в. до н.э.). В ней были упомянуты такие мифы, как “Астиаг”, “Томирис” и другие, являющиеся результатом народного творчества, в которых объяснялись причины падения древнего азербайджанского государства – Мидии и ее захват Ираном. С современной точки зрения это не только исторический, но и литературный памятник, в котором Геродот весьма художественно использовал легенды, позволившие ему создать впечатляющие психологические сцены. С этой точки зрения наиболее интересной является легенда “Томирис”. Мидийская правительница Томирис, победившая иранского правителя, который вторгся в Мидию с целью захвата страны, опустила его отрубленную ею голову в бурдюк с кровью, сказав “пускай напьется…”.

    В легенде “Астиаг” мифологический оттенок еще сильнее. Основные события здесь строились на основе сновидений и предопределения судьбы. Беспомощность человека перед судьбой, начертанной ему высшими силами, показана на примере трагедии Астиага. Аналогичные мотивы были широко распространены в литературе многих стран древнего мира, в частности, в античной греческой литературе.

    Ашыгская литература Ашыгская литература является составной частью искусства ашыгов. Богатый по смысловому содержанию, разнообразный по формам, он тесно связан с мелодией саза. Основными жанрами ашыгской литературы являются баяты, герайлы, гошма, мухаммас, тяджнис, дастан и т.д. Она в основном создавалась и передавалась в устной форме. Оказала сильное влияние на письменную литературу, многие поэты писали свои произведения в духе ашыгского творчества.

    Самым большим и древним дошедшим до нас письменным памятником азербайджанского фольклора является эпос “Китаби Деде-Коркуд”. Хотя отдельные образы и мотивы данного эпоса оказали большое влияние на азербайджанский фольклор и классическую литературу, в целом в устном народном творчестве они не сохранились. Поэтому дастаны “Китаби Деде-Коркуд” исследуются также и как образцы письменной литературы.

    Древняя литература. Самым древним образцом азербайджанской письменной литературы является книга “Авеста”, появившаяся в 6 в. до н.э., авторство которой приписывается Зороастру. Тут, помимо монотеистических взглядов азербайджанского народа, нашли свое худо жественное отражение представления на тему борьбы добра и зла. Произведение было написано в форме обращений главы добрых сил Зороастра к богу АхуреМазде (Хормузде). В самой лучшей с художественной точки зрения части “Гаты”, были отражены философско-нравственные мысли Зороастра о человеке и обществе, природе и индивидууме. В первоначальном виде “Авеста” до нас не дошла. Это произведение было сожжено Александром Македонским в 4 в. до н.э., и после этого отдельные фрагменты, сохранившиеся в памяти у зороастрийских жрецов, были собраны в один сборник и переведены на пехлевийский язык. В “Авесте” представлены основные положения мифологических мировоззрений азербайджанского народа. В частности, в ней приведены мифологические мотивы о сотворении вселенной, появлении первого человека, “золотого периода” человечества, первого греха человека и гнева бога, ниспославший на людей беспокойства, болезни, беды, являющиеся элементами, широко распространенными у многих народов мира.

    Монография Х.Г.Короглы “Взаимосвязи эпоса народов Средней Азии, Ирана и Азербайджана”. Москва, “Наука”, 1983.

    Дастаны Деде Коркуда, уходящие корнями в мифологическое мировоззрение, были в 11 в. собраны в сборнике “Китаби Деде-Коркуд”, а те копии, которыми мы расI.N.Iaeiaoполагаем, являются переписанными в 16 в. рукописями. По мнению одного из первых ученых, кто приступил к изучению данного памятника, немецкого востоковеда Генриха Фридриха Дица, некоторые представленные в рукописях мифологические сюжеты, к примеру сюжет о Тяпягозе, дали пищу аналогичным сюжетам в литературе древней Греции. Если сравнивать образ Тяпягоза в “Китаби Деде-Коркуде” и образ Полифема в Гомеровской “Одиссее”, то первый намного древнее. До сегодняшнего дня известны 2 рукописи “Китаби Деде-Коркуда”. Одна из них была увезена из Стамбула немецким востоковедом Г.Ф. Дицем в Германию и там подарена Дрезденской библиотеке. Она состояла из одного предисловия и 12 песен (отдельные эпизоды в дастане именуются песнями), а другая, найденная в 50-х годах 20 в. в Ватикане, состоит из предисловия и 6 песен.

    По традиции авторство дастанов приписывается Деде Коркуду. Историки 14 в. Айбек ад-Давадари и Фазлуллах Рашидаддин писали, что Деде Коркуд жил во времена пророка Мухаммеда и был послан к нему тюрками в качестве посла. В предисловии к “Китаби” как раз и пишется, что он жил во времена пророка Мухаммеда. Основной сюжет дастанов был отражен в 12 песнях.

    В ряде песен дастанов Деде Коркуда можно заметить следы мифологического мировоззрения. К примеру, в песне “Дели Домрул” наличествуют остатки традиции об умирающем и заново рождающемся боге, что можно связать с религиями того периода, эти дастаны были записаны. Образ Азраила здесь, как и во многих песнях, был приспособлен к общему духу произведения. Именно благодаря мотиву смерти-воскрешения данная песнь перекликается с древними шумерскими, вавилонскими и египетскими мифами.

    Хотя в “Китаби Деде-Коркуде”, как и во многих средневековых дастанах, рассказы и стихи чередуются, используемые тут стихи имеют мало общего с поэтическими законами средневековья. Некоторые исследователи полагают, что “Китаби Деде-Коркуд”, как и некоторые древние тюркские дастаны, был полностью создан в стихах, но поскольку в памяти остались только основные мотивы, во время его переписки стихи были восстановлены в прозе (в дрезденском экземпляре стихи выделены красными чернилами).

    Основную суть песен Деде Коркуда составляют: необходимость защиты родины и народа, борьба не на жизнь, а на смерть представителей добрых сил древних огузов с темными силами –иноземными захватчиками, не потерявшие своей значимости и сегодня большое количество нравственно-дидактических взглядов. В 1950-х годах под идеологическим давлением советского тоталитарного режима “Деде Коркуд” как памятник народного творчества, разжигающий межнациональную рознь, был запрещен и реабилитирован только в 1960-е годы.

                 Титульная страница дрезденского экземпляра эпоса “Китаби-Деде Коркуд”.  

    Как и литература многих народов мира, литература Азербайджана изучается по как уже это двум принципам. Первый из них – это территориальный, второй – этничес кий. На основе территориального принципа литературно-культурные памятники этнических групп, которые проживали на территории Азербайджана на протяжении всей истории и участвовали в формировании этногенеза азербайджанского народа, относятся к памятникам азербайджанской литературы. А с точки зрения этнического принципа к ней относятся мифология и фольклор тюркских народов, в том числе азербайджанские. В создании письменных памятников периода с 4 в. до н.э. по 13 в. н.э. азербайджанский народ также принимал участие.

    Образцами азербайджанской письменной литературы, в общетюркском контексте, после “Авесты” являются пословицы на тюркском языке, приведенные в 328 г. до н.э. в китайских источниках, и надписи на камне, представляющие собой пример общетюркской литературы и относящиеся к 6–8 вв. Хотя эти образцы и несут характер эпитафий-анналов правителей, их художественное достоинство тоже велико, так как они формируют представление о развитии тюркского литературного языка и формировании системы образов того времени. Изучению поэтических особенностей данных образцов были посвящены специальные исследования, проведенные в Европе, а также в России, Турции и Азербайджане. Литературными памятниками азербайджанского народа, которые считаются и общетюркскими, являются также переводы и подлинники поэтических произведений, записанных в 8–11 вв. на Дальнем Востоке.  То же самое можно сказать и о записанных в 11 в. в Восточном Туркестане “Гутадгу билик” Баласагунлу Юсиф Хас Хаджиба, “Дивану лугат-ит-тюрк” Махмуда Кашгари, “Дивани-хикмет” Ахмеда Ясави, “Атабатуль-хягайыг” Ахмета Югняки. Среди них особое место и значение принадлежит “Гутадгу билик”, который именуется также “Тюркским Шахнаме”. В данном произведении, написанном как ответ на эпос “Шахнаме” иранского поэта Фирдоуси, мотивы героизма уступили свое место неотъемлемым чертам тюркского менталитета, таким как мудрость, миролюбие и дидактика. В произведении, написанном, как и “Шахнаме” Фирдовси, размером мутагариб, основанном согласно тюркским литературным традициям, на долготе слогов, были также использованы 11- сложные размеры четверостиший. Поэт посредством символических образом, показывает оптимальные пути управления государством и призывает правителей к справедливости, к заботе о народе, обеспечению безопасности страны. В произведении, написанном высоким поэтическим литературным языком, можно встретить также описание красивых природных пейзажей.

    “Сказание о разграблении дома Салур Газана”. Иллюстрация на “Китаби-Деде Коркуд”. Художник М. Абдуллаев.

    Произведение Махмуда Кашгари имеет большое значение, так как им было записано и таким образом сохранено большое количество образцов тюркской мифологии и фольклора. К примеру, в элегии, посвященной смерти тюркского правителя Алп Ар Тонги, жившего в 7–6 вв. до н.э., отображаются все особенности тюркского художественного мышления. В то же время тут есть лирические отрывки, отражающие искренние любовные чувства, а также поэтические описания природы. Так как легенды и предания о происхождении названий тюркских племен и родов представляют большой интерес, они также могут быть рассмотрены в качестве литературных источников.

    По своему выгодному географическому положению Азербайджан, находящийся в точке пересечения торгово-экономических связей многих стран, одновременно на протяжении многих столетий является местом объединения различных культур и литератур.

    Не случайным является тот факт, что страна, выделяющаяся своими фольклорными традициями, с конца 10–начала 11 вв., стала в сфере письменной литературы занимать ведущие места на Ближнем и Среднем Востоке, а благодаря своим оригинальным идейно-эстетическим особенностям начила влиять на другие литературы. Расцвет искусства в Азербайджане в 11-12 вв. был связан с деятельностью талантливых личностей, которые сформировались в период сложных социально-экономических и культурных условий. Поэтическая школа опиралась на традиции богатой многовековой азербайджанской устной литературы, исламской литературы Ближнего и Среднего Востока и даже античной литературы. Существовавшая в то время албанская письменность, возникшая на территории Азербайджана в 5 в., также является одним из источников классической письменной литературы. Написанный албанским поэтом Давдаком плач на смерть албанского правителя Джаваншира, по многим признакам очень похожа на плач по случаю смерти тюркского правителя Алп Ар Тонги.

    Из проживавших в центрах Арабского халифата Медине и Мекке в 7–8 вв. азербайджанских поэтов можно выделить таких, как Абу Мухаммед Башшар оглу, Муса Шахават и Исмаил Ясар. Их стихи отличались от арабской поэзии того периода своим критическим духом, оригинальными творческими особенностями. Традиция писать на азербайджанском языке среди азербайджанских писателей существо-вала до 11–12 вв. Такие деятели, как Хатиб Тебризи, Масуд Намдар оглу создали и обогатили литературу Азербайджана образцами именно на данном языке. Видный филолог своего времени Хатиб Тебризи имел заслуги и в сфере литературоведения. Его труд “Шархул-Хамасэ”(“Комментарии к “аль-Хамасэ”) уже около тысячи лет пользуется популярностью среди востоковедов и литературоведов.

    Деде Коркуд Создатель и художественный образ самого древнего дастана азербайджанских тюрков “Китаби Деде-Коркуд”. Предполагается, что он жил во времена пророка Мухаммеда, в 7 в. Деде Коркуд “был огузским мудрецом. Что он говорил, то и должно было быть. Сообщал различные новости об отсутствующих. Вдохновлял душу Хаг Таала. Он решал проблемы огузского племени. По любому делу нужно было рассказать все Коркуду, без этого не делалось дело. Что бы ни приказал, все принималось”. Деде Коркуд решал проблемы огузов, давал имена богатырям и придавал красоту пирам. Деде Коркуд является синтезом реальности с художественной фантазией.

    В произведениях азербайджанских поэтов, писавших в дали от родины на арабском языке в контексте исламской культуры, можно проследить тоску по своей отчизне. Азербайджанская поэтическая школа, бывшая своего рода событием и направлением среди литератур Ближнего Востока, стала проявлять отличительные признаки впервые именно в арабоязычной литературе. Это – красочное описание природы, критическое отношение к общественной жизни, справедливые взгляды на правовые проблемы женщин, глубокий демократизм, уважение к личности человека, решительность в позиции гуманизма и т.д.

    С 11 в. с творчеством, Гатрана Тебризи (1012-1088) связано начало использования в поэтической школе Азербайджана другого языка – языка дари и вступление ее в новую эпоху развития. Несмотря на то, что дошедший до нас “Диван” Гатрана состоит просто из касыд, посвященных правителям своего времени, использованные во введениях чудесные описания природы сыграли важную роль в последующем развитии Азербайджанской поэтической школы. Гатран Тебризи как поэт-лирик своими рубаи и газелями сыграл важную роль в развитии азербайджанской литературы и усовершенствовании ее поэтических особенностей.

    Вхождение Азербайджана в 1054 г. в состав созданного огузскими тюрками государства Сельджукидов не только дало толчок развитию науки, литературы и искусства, но и позволило завершить формирование тюркскоязычного азербайджанского народа. В произведениях крупнейшего поэта 11 в. в Азербайджана Гатрана Тебризи оставили глубокий след тюркско-азербайджанского духа, много слов и реалий, свойственных азербайджанскому языку. В лексиконе у Гатрана Табризи часто можно встретить такие тюркские слова, как “чувал”, “чинаг”, “бекмез”, “таг”, “юн”, “аяг” и т.д. Часто, когда поэт не мог найти в арабском и персидском языках соответствующей рифмы, он вынужден был обращаться к родному языку. Без преувеличения можно сказать, что поэзия Гатрана Тебризи – это язык поэта, который думал на азербайджанском (тюркском) языке, а писал на персидском, что было свойственно всей азербайджанской персоязычной литературе. Это признает также известный иранский поэт и ученый, живший в одно время с Гатраном Тебризи и знавший его лично, Насир Хосров, который утверждает в своем труде “Сяйахатнаме” (“Книга путешествий”), что Гатран сам плохо знает персидский.

    В 12 в. основательно формируется азербайджанская поэтическая школа, давшая в этот период таких корифеев, как Низами Гянджеви, Хагани Ширвани, которые повлияли на литературу не только Ближнего и Среднего Востока, но и всего мира. В отличие от персоязычной Хорасанской литературной школы, которая использовала в большинстве архаические слова, что затрудняло выражать сложные философские воззрения, представители азербайджанской персоязычной литературы в своих поэтических произведениях, используя арабские слова и выражения, еще более обогатили его и подняли на новую ступень развития. Тем самым стало намного удобнее выражать тонкие поэтические намерения и глубокие философские мысли. Под меценатством Азербайджанских Государств 12 в. Атабеков и Ширваншахов в дворцовой литературной среде сформировались такие поэты, как Абульула Гянджеви (1096–1159), Мехсети Гянджеви (1089–1183), Хагани Ширвани (1126–99), Фелеки Ширвани (1126–60), Муджиреддин Бейлагани (?–1190), Иззядин Ширвани (?-?), чьи произведения до сих пор сохранили свою художественно-эстетическую значимость. Они посвящали шахам панегирики, но не ограничивались ролью наблюдателя, а разоблачали гнет и несправедливость в обществе, за что в итоге терпели невзгоды. Большая часть поэтов этого времени пережила трагедии и так или иначе была наказана за свои стихи гуманистического направления. Возникшие в это время такие особые поэтические жанры, как шикаятнаме и хябсийя, свидетельствуют о переносимых ими мучениях и страданиях. Без сомнения, высокопоставленные дворцовые служители были основной причиной лишений и страданий поэтов. Угроза ареста Абульула, арест Хагани и Фелеки были характерным явлением для дворцов того времени, а по свидетельству тезкире, такой же страх в свое время испытала и Мехсети Гянджеви. Представители поэзии, которые появились во дворцах, чтобы убедить своих правителей в невиновности поэтов, создали особый жанр – гясямнаме, состоящий от начала до конца из клятв.

    При чтении “хябсиййя”(“Тюремные стихи”) Хагани открывается сущность средневековой феодальной среды, направленной против свободы человека, поэт словно обращаясь в будущее, призывает к тому, чтобы люди извлекали уроки из прошлого, не допускали пробуждения звериных инстинктов. Молодые поэты, которые не выдерживали ослепительного блеска дворцовой роскоши, с годами приходили к пониманию поверхностности и временности всего этого, а осознание того, что вечными ценностями являются гуманизм и любовь, сильно влияло на их творчество, оно резко качественно менялось, усиливалась общественно-философская значимость их произведений.

    Представителям азербайджанской поэтической школы 13 в. были свойственны профессионализм, умение максимально использовать поэтические возможности слова и закрепившаяся в качестве поэтической единицы многозначимость мысли. Помимо этого, была сильна и склонность к народному творчеству, фольклорным образам, словам и выражениям живого народного языка, афоризмам.

    Творчество Афзаладдина Хагани Ширвани – одного из крупнейших поэтов своего времени, отличалось глубиной образов и научностью. Будучи знатоком большинства наук исламского Востока, он преподносил их посредством сладкого, доставляющего удовольствие пленительного поэтического языка. Хагани одним тонким намеком мог выразить мысль, которая вмещала в себя целое произведение. В своих произведениях он иногда использовал эзопов язык и широко пользовался поэтическими символами. Поэме “Тохфетул-Ирахан” (“Дар двух Иранов”; 1156,) считающиеся первым в Азербайджанской литературе эпистолярным двустишием. Хагани посредством ряда символов и намеков сумел раскрыть и показать глубокие противоречия между собой и окружающей средой. Творчеству Хагани так же, как и творчеству Низами, свойственна склонность к диалектическому развитию. Эти поэты всегда смотрят на природу и общество с точки зрения развития и совершенствования. В этом аспекте особенно творчество Низами составляет в общей мировой литературе целую эпоху. Хагани Ширвани, не выдержав давящей среды дворца в Шемахе, совершил паломничество в Мекку и, после этого решив больше никогда не возвращаться во дворец, остался в Тебризе и там же скончался. Могила поэта находится там в “Мавзолее поэтов” на Сурхабском кладбище.

    В произведениях Хагани основное место занимают философские раздумья о вселенной, мире, человеке, обществе, жизни и смерти. Некоторые его взгляды по этому поводу до сих пор не утратили актуальности и сохраняют свое воспитательное значение. На произведение Хагани “Миратус-сяфа” (“Зеркало прозрачности”), именуемое еще как “касыдой шинийя” ввиду того что все рифмы в нем оканчиваются на букву “ш”, множество крупных поэтов Востока написали подражание. В философско-дидактическом произведении поэта “Руины Медаина”, помимо раздумий поэта о бренности жизни и вероломстве мира, образно пропагандируются мысли о том, что люди должны друг к другу относиться дружелюбно, справедливо, заботливо, с уважением друг к другу.

    В азербайджанской литературе Хагани известен также, как один из крупных лирических поэтов. В его газелях и рубаи были заложены основы самых лучших традиций азербайджанской школы поэзии. Одна из особенностей азербайджанской поэтической школы, которая проявлялась в творчестве Хагани, это глубокая любовь к тюркизму. Впоследствии данное свойство достигло своей вершины в творчестве Низами.

    Среди представителей азербайджанской школы поэзии 12 в. был поэт-философ, Шихабеддин Сухраверди (1154–92) родом из Южного Азербайджана. Создавший на основе философии эманации древнегреческого философа Платона философию “ишрагийе” и представивший ее в художественном виде Шихабеддин Сухраверди, известный в истории литературно-философской мысли под именем Шейх Ишраг, подготовил почву для появления своих последователей. Из-за пропаганды в своих произведениях победы человеческого разума, гуманизма, идей общественной справедливости поэт и философ, проживший всего 38 лет, вызывал недовольство реакционного духовенства и был по их фетве казнен. Его различные научно-литературные трактаты, в особенности труд под названием “Памятники света”, до сих пор пользуются большим влиянием на исламском Востоке.

    Поэтесса 12 в. Мехсети Гянджеви считается вторым на Востоке устадом (мастером) в жанре рубаи после Омара Хайяма. Но, в отличие от Хайяма, в полустишиях и бейтах, посвященных красоте, уму и способностям конкретного человека наблюдается отражение азербайджанско-тюркской литературно-культурной и общественной среды. Данный факт подтверждают рубаи, посвященные Султану Санджару во время пребывания Мехсети у него во дворце. Доказательством популярности жизни и биографии Мехсети Гянджеви является созданный о ней в народе дастан “Амир Ахмед и Мехсети”.

    “Хамсе”

    В классической литературе Ближнего и Среднего Востока сборник из 5 произведений. Первый образец “Хамсе” был создан Низами Гянджеви (1141-1209). Впоследствии индийский поэт Амир Хосров Дехлеви (1253-1325), узбекский поэт Алишер Навои (1441- 1501) и другие поэты создали “Хамсе” на основе близких к Низами сюжетов. Поэмы, входящие в “Хамсе”, могут быть написаны либо одним стихосложным размером, либо различным. Создание “Хамсе” в среднее века считалось своего рода экзаменом на профессионализм.

    В этот же период вдали от дворцов создается другое направление азербайджанской литературы, которое постепенно оказывает все большее влияние на литературно-культурную среду. Такие мастера слова, как Гивами Мутарризи (?-1190), Низами Гянджеви (1141-1209), составляли демократическое крыло литературы своего времени. Для них литература, поэзия были не средством существования, а средством выражения идейно-художественных мыслей под влиянием патриотических и гуманистических чувств, исходящих из глубины сердец, средством облегчения человеческой жизни и быта, средством пропаганды человеческого счастья. Низами Гянджеви своими бессмертными поэмами (“Сокровищница тайн”, “Хосров и Ширин”, “Лейли и Меджнун”, “Семь красавиц”, “Искендернаме”) привнес в мировую литературу новое дыхание, новый поэтический голос. Поэт посредством своего литературно-философского гения прекрасно понимает это и делает пророческие предсказания по поводу бессмертия своего творчества. Наследие Низами всегда служило источником вдохновения для поэтов – как на Востоке, так и на Западе было написано свыше 500 подражаний на его произведения.

    Азербайджанский поэт Низами, известный всему миру, как “гянджинский гений”, является всемирным, поскольку, судя по наследию, ему удалось мастерски синтезировать ценности Востока и Запада, античные литературно-культурные ценности. Творчество Низами по сути можно расценивать, как новый этап классического периода, так как именно посредством возвышенных гуманистических мыслей поэта происходит пробуждение от средневековой мистики, мы становимся свидетелями логического, рационального способа отношения к смыслу и значимости человека, предметов, событий и жизни общества. Человек родился для того, чтобы быть счастливым, и этот божественный промысел никакие злые силы изменить не сумеют. В этом и состоит основная идея творчества Низами. Та же идея чуть позже обнаруживается в творчестве представителей европейского Ренессанса.

    Каким бы крупным мыслителем или даже гением не был Низами, он был сыном своего времени. И к предположениям, согласно которым Низами якобы совершил открытия в области астрономии, физики, медицины, опередив свое время на сотни лет, следует относиться с осторожностью. Гений Низами – в серьезности его творчества, в вечных гуманистических идеях и мыслях, и оригинальных бессмертных образах, никогда не теряющих своей значимости.

    Бессмертие творчества Низами еще и в том, что он затронул проблемы психологии человека и показал пути их решения. Возможно, роль литературы в истории человечества и развитии культуры стоит искать именно в этом. Если бы азербайджанское устное народное творчество и письменная литература, во главе которой стоит такой гений, как Низами, не вели этико-дидактическую пропаганду на протяжении столетий, то во насилия и гнета, бесправия и несправедливости всемирном масштабе было бы больше, все современные достижения цивилизации остались бы только мечтой. Последовавшая вслед за достижением вершины творчества Низами глобальная катастрофа – монгольское нашествие не уничтожило в кострах наследие великого поэта, которое порою своим способом мышления намного опережает нынешнее время.

    Одной из причин, позволяющих считать творчество Низами бессмертным, является художественное решение общественных проблем. Поэт считает, что во главе общества должен находиться умный, просвещенный правитель, обеспечивающий гармоничные отношения между людьми в обществе. Ввиду того, что правитель – это личность, стоящая во главе общественной среды, здоровье данной среды во многом зависит от его личных качеств. Основная проблема, заложенная поэтом во всех произведениях, состоит в том, что властелин должен выполнять взятые перед богом обязательства и никогда не отклоняться от пути борьбы за счастье подчиненных ему людей. И только в этом случае будут обеспечены гармоничные отношения в обществе и реализована цель бога, поставленная им при создании человека.

    “Султан Санджар и старуха”. Миниатюра на рукопись “Хамсэ” 1539–43 гг. Художник Султан Мухаммед. Британский музей. Лондон.

    Как и многие поэты своего времени, Низами, начав свое творчество с лирических стихов – касыд, рубаи и газелей, в короткие сроки создал свой “Диван” и стал известным. До конца своей жизни он писал лирические стихи, и в них в лаконичной форме выражал то, что ему не удавалось выразить в крупных поэмах. Это различного рода насущные и философские проблемы. Во всех поэмах, начиная с первой – своей поэмы “Сокровищница тайн” (1174) и до последней “Искендернаме” (1203), поэт постоянно затрагивал актуальные вопросы своего времени, вечные вопросы человечества. Это составляет концепцию бессмертного творчества Низами. Впоследствии пять поэм Низами были объединены в “Хамсе” (“Пятерица”), и под таким названием они стали известны в литературах Ближнего и Среднего Востока. Многие последователи Низами пытались создать “Хамсе”, как у бессмертного поэта, но мало кому удалось сделать это.

    Первая поэма Низами “Сокровищница тайн”, в отличие от остальных поэм “Хамсе”, не обладает единой сюжетной линией. Но в ней профессионально использовано освещение различных проблем посредством отдельных рассказов и повествований. Для этого поэт обращался к различным источникам своего времени, в том числе и к народному фольклору, и ему удалось показать все это на высоком художественном уровне. Поэма состоит из традиционной вводной части и 20 рассказов. Своей первой поэмой Низами фактически заложил основу новой эпической традиции и новой литературной школы. Иранский поэт Санаи использовал такую форму до Низами, но будучи предшественником Низами по форме, его произведения несли чисто классовый характер, в них не были затронуты те проблемы человечества, которые освещал Низами.

    Поэма Низами “Хосров и Ширин” является первой в числе поэм с романтическим сюжетом. Хотя сюжет произведения и построен вокруг биографии представителя династии Сасанидов, ни у кого не вызывает сомнения тот факт, что он представлял события, личности и проблемы своей среды. Низами не создает историко-легендарное произведение, как это делал его предшественник иранский поэт Фирдовси, а определяет жанр свой поэмы, как “хявяснаме” и посвящает его воспеванию любви. Не случайным является тот факт, что из жизни Хосрова Пярвиза внимание акцентируется на тех моментах, которые связаны с азербайджанской царицей Ширин, которая иногда становится чуть ли не главной героиней произведения. Низами, в отличие от предшественников, создавал гимны временным рвению и страсти, он создал гимн любви, которая возвышает человека на божественный уровень, делает его духовно богаче и умнее.

    Низами, отображая, согласно основам романтического произведения, динамическое развитие характера героя, в конце поэмы показывает, какие поразительные изменения произошли в главном герое под влиянием любви, способствуя превращению его в идеального человека. Поэт связывает трагедию Хосрова с другим историческим событии ем, с письмом, написанным пророком Мухаммедом Хосрову с приглашением приобщиться к исламской религии, с отказом от шаха, уничтожившего данный документ. Данный сюжет был дополнением к эпилогу поэмы.                                                                                               

    Фархад – один из монументальных образов поэмы впоследствии вдохновил многих последователей Низами и стал одним из главных героев целого ряда поэм.

    Описание и воспевание божественной, чистой любви, увековечивающей имя человека, возвышающей его, нашло своё отображение в третьем произведении эпопеи “Хамсэ” – “Лейли и Меджнун” (1188). В этом произведении, написанном по просьбе ширваншаха Ахситана, Низами своим волшебным мастерством добился создания бессмертной легенды о любви. В литературах Среднего и Ближнего Востока он считается первым художником, посвятившим этой теме поэму. Главный герой поэмы “Лейли и Меджнун” – прозванный в отвергавшем идею человеческой свободы обществе “меджнуном” (безумцем). Гейс и Лейли, превратились в символ человеческого желания свободно любить и радоваться. Произведение с совершенно новой точки зрения подходит и к одному из основных вопросов общества – вопросу о свободе женщины. Поэт выступает против нездоровых предрассудков, препятствующих свободе и развитию личности и общества, выдвигает и обосновывает мысль о рациональной свободе человека. Трагическим окончанием поэмы Низами обвиняет общественную среду, окружающую человека, страшные обычаи, дикие инстинкты, господ ствующие в ней, противопоставляя им естественную девственную природу, мир диких зверей. Поэт показывает, что чистые и первозданные животные, на которых неспособна повлиять общественная среда, всё же лучше понимают величие и недосягаемость Меджнуна и поэтому окружают его. И во вступительной части этой поэмы Низами дал художественное отражение ряда недостатков и безобразий, происходящих в человеческом обществе.

    Последние поэмы Низами “Семь красавиц” (1197) и “Искендернамэ” являются логическим результатом научных изысканий, наблюдений, проведённых поэтом в библиотеках. Тематику обоих произведений поэт определял сам лично и на пути художественного переосмысления общественного идеала воспользовался одним из философско-поэтических средств. Несмотря на то, что оба произведения были посвящены исторической тематике, Низами использовал историю в качестве фона, а в остальных случаях отождествлял реальную историю со своим эстетическим идеалом. С этой точки зрения поэмы по своей значимости могут рассматриваться логическим продолжением друг друга. А выдвинутая поэтом-гуманистом Низами основная идея заключается в поисках человеческого счастья и путей его достижения. Ввиду того, что в средние века основные обязательства за это выпадали на долю правителей, а не общества, то и требования, выдвигаемые в философских и художественных произведениях, предъявлялись именно к ним. В частности, Низами образом Искендера (Александра Македонского) показал возможно-сти человеческой деятельности на пути к достижению благосостояния и гармоничного развития просветительского и справедливого общества. С этой точки зрения образы правителей, созданные Низами, претерпевают на протяжении столетий своё эволюци онное развитие, все более соответствуя требованиям и желаниям общества. Описанные в произведениях правители от Хосрова (“Хосров и Ширин”), Бахрам Гура (“Семь красавиц”), Искендера (“Искендернамэ”) вплоть до “Игбалнамэ” (во второй части “Искендернамэ”) являются не просто правителями, они возвеличиваются до уровня пророков, отстаивая справедливость во всём культурном мире, а не только на своей родине – в Греции.

     

    Монография Г.Ю.Алиева “Темы и сюжеты Низами в литературах народов Востока”. Москва, “Наука”, 1985.

    Величие творчества Низами, его эстетических идеалов, давшее в последующие столетия мощный толчок развитию азербайджанской литературы, а также принципы гуманизма и демократии, заложенные этим гением, способствовали распространению гуманистических тенденций не только в литературе Азербайджана, Ближнего и Среднего Востоке, но и в ряде литератур Запада.

    Средневековая литература. С 13 в. стало стремительно расти число поэтов и мастеров слова, пишущих на родном языке. С этого времени древнейший период азербайджанской литературы завершается и начинается период средневековья.

    Такие поэты-лирики, как Иззеддин Гасаноглу и Шейх Сефиеддин Ардабили, подобно поэтам соседних народов, вместо эпических и лирических полотен, навеянных суфийско-мистическими идеями, предпочитают создавать образцы светской поэзии, близкой к реальной жизни. Написанные Гасаноглу три газели на тюркском и одна– на персидском языках, и небольшой диван Шейха Сефи дают полное представление о литературе на родном языке данного периода – Азербайджанском. Ощущаемые в газелях Гасаноглу в определенной степени суфийско-мистические идеи и образы свидетельствуют не о росте данного направления, а о тенденции к уменьшению. Сохранившиеся поэтические образцы характеризуют поэта как сильного художника с богатым творческим опытом.

    Зульфугар Ширвани (1190–1304), известный как поэт-полиглот, по собственному признанию, создавал лирические стихи на шести языках. Однако до нас дошел лишь написанный на персидском языке “Диван” поэта. Основу стихов этого дивана, изданного в Англии, составляет любовная лирика. Верный традициям азербайджанской поэтической школы поэт отдавал предпочтение воспеванию светской любви, реальной красоты. Художественный уровень дошедших до нас отдельных полустиший и бейтов, вошедших в диван, который был написан Зульфугаром Ширвани на азербайджанском языке, позволяет нам говорить о том, что поэт создал на родном языке прекрасные произведения.

    В образцах эпической поэзии 13 в. – поэме анонимного автора “Дастани-Ахмед Харами” и “Гиссеи-Юсиф” Гул Алини, объектом художественного изображения стали высочайшие гуманистические ценности исламской религии. Авторы призывают читателей к соблюдению основ шариата – добру, справедливости, гуманности, честности, совести, вере, пытаются удержать людей от совершения неподобающих человеку отрицательных поступков. В поэме “Дастани-Ахмед Харами”, написанной размером хезадж в форме месневи, подвергается критике самая отвратительная черта человеческого характера – злоба и ненависть, от которых страдает прежде всего сам человек, испытывающий подобные чувства. Данному факту в литературе придается соответствующее художественное подтверждение. В отличие от средневековых европейских рыцарских романов, основной целью здесь является не приукрашивание событий, а стремление в более убедительной форме донести до читателя поставленную в сюжете поэмы нравственную идею.

    В произведении “Гиссеи-Юсиф”, основанном на суре Корана “Юсуф”, пропагандируются такие человеческие качества, как честность и искренность, раскрыва ется их благоприятное воздействие на человека. Основу же сюжета, как и в мидийской легенде об “Астиаге”, составляет мотив сновидений. Несмотря на то, что фабулу поэмы составляет событие из суры Корана, в нее вошло много новых историй и преданий из разных источников и толкований, что способствовало завершенности сюжета. Другое достоинство поэмы заключается в том, что она, в отличие от других эпических произведений этого времени, была написана не арузом и не в форме месневи, а двенадцатисложником. Такая форма еще более приближает поэму к тюркской национально-художественной мысли, к созданной два века назад в Восточном Туркестане поэме “Кутадгу-билик”. В процессе написания поэмы автор наряду с мотивами и преданиями из Корана широко использовал и фантастические мотивы азербайджанского фольклора.

    Поэт Южного Азербайджана Хюмам Тебризи (1238-1312) был выдающимся общественно-политическим деятелем и одним из талантливейших поэтов своего времени. Известны его поэма на фарси “Дехнаме” (“10 писем”), “Диван”. В своем творчестве он часто обращался к искусству своего предшественника Низами Гянджеви, положительно отзывался о нем. Как и у Низами Гянджеви, главным направлением творчества Хюмама Тебризи было воспевание основных составляющих тюркского национального менталитета, гуманизма и человеческой красоты.

    Среди большого числа прозаических и поэтических произведений яркого представителя суфийского направления азербайджанской литературы Шейха Махмуда Шабустари (1287–1320) особого внимания заслуживает поэма “Гюльшани-раз”. В произведении, написанном в форме философских вопросов и ответов, поэт-мыслитеть предпринимает попытку благодаря своим знаниям ответить на многие научно-общественные проблемы, волнующие прогрессивную здравомыслящую интеллигенцию, передовых научных деятелей.

    В 14 в. такие азербайджанские поэты, как Сули Фагих и Мустафа Зарир также создали произведения на родном языке на тему “Юсиф и Зулейха” по мотивам Корана. К числу прекрасных образцов эпической поэзии на родном языке следует отнести и поэму другого мастера того же столетия Юсифа Маддаха “Варга и Гюльша”. Все эти произведения оказали определенное влияние на дальнейшее развитие эпической поэзии. Оценивая общий путь развития литературы данного периода, следует рассматривать 13–18 вв. как единый литературный процесс. Несмотря на то, что в этот промежуток времени качество литературы на родном языке постепенно улучшается, а в количественном отношении даже превосходит персоязычную поэзию, тем не менее некоторые мастера слова продолжают творить на персидском языке. Писавшие на этом языке известные азербайджанские поэты и мыслители – Насреддин Туси (1201–1274), Овхади Марагаи (1274–1338), Ариф Ардебили (1311–?), пытались создавать свои сочинения, опираясь преимущественно на традиции Низами. Поэма Арифа Ардебили “Фархаднаме” была написана под влиянием дастана “Хосров и Ширин” Низами. У Насреддина Туси – автора такого фундаментального нравственно-дидактического произведения, как “Ахлаги-Насири”, наряду с научно-философским наследием есть и литературно-художественные произведения. Поэмы Овхади Марагаи “Джами-Джам” (“Кубок Джамшида”), “Дехнаме” (10 писем”) стоят в ряду лучших образцов азербайджанской эпической поэзии. Затронутые в этих произведениях многие философские и гуманитарные проблемы до сих пор не утратили своей актуальности различных обществах. Однако застой, отчаяние, возникшие после Низами в общественной жизни по определенным объективным причинам, оказали влияние на творческую психологию многих литераторов, в том числе и Арифа Ардебили. Отсутствие законченных, монументальных произведений и образов уровня Низами можно объяснить еще и отсталостью в общественно-культурной жизни.

    В поэме “Мехр и Муштери” Ассара Табризи (1325-1390), написанной на персидском языке, большая и бескорыстная дружба двух молодых людей рассматривается через призму чистых, возвышенных чувств поэм Низами “Хосров и Ширин”, “Лейли и Меджнун”. В очень сложном по своему замыслу произведении опять-таки отсутствует свойственная Низами поэтическая цельность, четкость и завершенность. Сам поэт во введении к поэме высоко оценивает искусство Низами и признает его непревзойденность.

    Самое крупное произведение Овхади Марагаи “Джами-Джам” скорее носит энциклопедический характер и дает художественное представление о широко распространенных в литературных кругах того времени многих гуманистических воззрениях. В этой поэме словно в зеркальном отражении кубка легендарного правителя Джамшида, сообщающего обо всем, что происходит в мире, предстает перед читателем множество особенностей жизни человека и общества, природных событий. Как и в предшествующие столетия, в этот период азербайджанская литература развивается главным образом в светском контексте, являясь органической составной частью общественной и политической жизни. Именно этот факт способствовал тому, что английский востоковед Эдуард Браун охарактеризовал творчество поэта и правителя 14 в. Гази Бурханеддина, как первый образец светской поэзии тюркской литературе. Придворный историк Астрабади в летописи “Базм ва разм” (“Пиршество и сражение”), посвященной жизни и деятельности Гази Бурханеддина, в поэтической форме описывает сложную и кровавую борьбу, которую вел этот великий человек для воплощения своих гуманистических идеалов. В “Диване” Гази Бурханеддина азербайджанский литературный язык, который начал свое формирование в творчестве Гасаноглу и Шейха Сафи, достигает высокого уровня, возникает множество новых поэтических образов и выражений. В творчестве Гази Бурханеддина впервые используется исконно тюркский поэтический жанр – “туйуг”. Позднее этот жанр переходит в творчество Насими, а при его посредничестве – и в “Диван” великого узбекского поэта Алишера Навои.

    Сформировавшиеся в литературе и общественно-политической мысли того периода гуманистические принципы достигают своей вершины в творчестве Сеида Имадеддина Насими. Обращает на себя внимание тот факт, что благодаря произведениям этого великого поэта был совершен большой скачок не только в азербайджанской литературе, но и в литературах народов Ближнего и Среднего Востока на пути к светскости, гуманизму и демократизму. После своего предшественника – Низами Гянджеви Имадеддин Насими снискал в азербайджанской литературе известность пламенного пропагандиста, глашатая идей гуманизма, человеколюбия. Народ, не успевший еще опомниться после многолетних страданий от набегов монголов и их грабежей, столкнулся с нашествием известного как самого жестокого завоевателя Востока периода средневековья Амира Теймура, что вызвало в умах людей волну протеста против насилия и тирании. Творчество Насими было образцом именно такого гуманистического протеста, противостояния гнету, насилию, образцом борьбы за человеческие права. И хотя используемый автором хуруфизм играет роль одного из внешних средств, произведения Насими отличаются своим глубоко гуманистическим содержанием, богатством чувств любви и уважения к человеку. В отличие от других хуруфитов, пишущих свои произведения на особом зашифрованном языке, в частности, вождя Фазлуллаха Наими, Насими преследовал цель на родном языке довести до простого человека свой протест против гнета и насилия, пробудить в нем ненависть к нечеловеческим действиям, поступкам, усилить волну протеста. Идея поэта об обожествлении совершенного человека подразумевала, прежде всего простых людей, осознающих свои права, очищенных от общественных безобразий и диких инстинктов, ощущающих себя личностью.

    Не только творчество Насими, но и ставшая легендой и преданиями жизнь поэта стала образцом для подражания для многих поколений, поучительным уроком храбрости, мужества, отваги, приверженности своим идеям, неустрашимости перед смертью. Чудовищная кара, к которой реакционное духовенство приговорило поэта за его свободолюбивые произведения – с живого содрали кожу, впоследствии послужила причиной создания мученического образа этого великого мастера.

    15 в. для азербайджанской литературы как в хронологическом, так и в творческом аспектах является переходным этапом от вершин Гази-Насими до Хатаи-Физули. Создание на территории страны в этот период независимых государств Каракоюнлу и Аккоюнлу способствовало и определенному оживлению литературной жизни, развитию поэтических тем и образов на родном языке. Литературную панораму данного столетия определяло творчество таких мастеров слова, как Халили, Хамиди, Кишвари, Хагиги, Сюрири, писавших в основном на родном языке, а также Шах Касум Анвар, Бадр Ширвани, писавших преимущественно на фарси. Среди названных поэтов особо следует отметить имя правителя Каракоюнлу Джаханшаха Хагиги (1435–67). Подобно своему предшественнику Гази Бурханаддину, он, улучив момент среди кровавых событий, сменив меч на перо, создал прекрасный диван. И судьба его также трагична, как у Гази Бурханеддина – был убит в жестоком бою родственными тюрками Аккоюнлу.

    Выдающийся музыкальный теоретик того времени, уроженец одного из самых крупных в Азербайджане культурных центров средневековья – города Мараги Хаджи Абдульгадир являлся также автором прекрасных стихов на родном языке.

    Видный поэт 15 в. Халили наряду с лирическими произведениями написал поэму “Фиргатнаме”. В силу общественно-политических перипетий поэты этого периода чаще всего жили и творили в более спокойной Турции, во дворцах османских султанов. Много мастеров слова, проживавших в Тебризе, после победы Султана Селима над Шахом Исмаилом в Чалдыранской битве (1514) было увезено в османский дворец  где они  снискали себе уважение и  почет.

    Азербайджанский поэт 15 в. Бадр Ширвани, писавший в основном на фарси, сам признавался, что им написаны и прекрасные стихи на азербайджанском языке. Известны и написанные Бадром на смешанном тюркском и фарси двуязычные стихи – мулеммы. В этих произведениях автор проявил себя хорошим знатоком азербайджанского языка и устного народного творчества.

    К числу выдающихся представителей азербайджанской литературы 15–16 вв. относится и Хамиди, родившийся в 1407 г. в столице Сефевидских правителей – Исфагане, а 50-х годах 15 в. эмигрировавший в Турцию, проживший и творивший 20 лет при дворце Султана Мехмеда Фатеха. Он – автор дивана лирических стихов и исторического произведения “Таварихи-али-Осман” (“История османской династии”), книги,посвященной гаданию “Джами-сухангуй” (“Говорящие пиалы”) и автобиографической “Хасбихалнаме” (“История моей жизни”).

    Одним из крупных представителей Азербайджанской литературы 15 в. является Нематуллах Кишвари. И хотя Кишвари писал свои лирические стихи в основном под влиянием Навои, ему удалось продемонстрировать оригинальный стиль, характерный для азербайджанской поэтической школы. Кишвари занимает уникальное положение в азербайджанской литературе, особенно в области поэтического языка, создания оригинальных поэтических образов. Находясь во дворце правителя Аккоюнлу, Султана Якуба, он познакомился с “царем” поэтов Хабиби.

    Если в поэзии Кишвари еще чувствовалось влияние литературной школы Навои, то у жившего и творившего в конце 15–начале 16 вв. Хабиби азербайджанская литература уже как национальное культурное событие проявляется во всех своих особенностях. Творчество таких поэтов этого периода, как Хабиби, Шахи, Сурури послужило плодородной основой для формирования поэзии Хатаи и Физули. Великий Физули сам вдохновился стихами Хабиби и, воспользовавшись его же художественно-изобразительными средствами, написал на его газель тахмис.

    Азербайджанский литературный язык, находившийся до 15 в. по ряду своих признаков в тесной связи с литературными языками других тюркских народов, приобретает отличительные особенности и, начиная с 16 в., продолжает развивать свои традиции уже как самостоятельный литературный язык. В этом смысле особенно выделяется развитие национальной поэзии Багдадского литературного общества 16 в. В “Гюльшани-Шуара” (“Цветник поэтов”) – тезкиристе 16 в. Ахди Багдади, в тезкире библиографа Шаха Аббаса Садых бека Садига “Маджмаулхавас” (“Собрание избранных”) упоминаются имена достигших своего расцвета некоторых поэтов Багдадского литературного общество того периода, большое влияние которых на форми рование гения Физули нельзя отрицать. Рухи, Шахи, Туфейли, Хазани, Зехни, Элми, Калаи, Сахаби, Бидари создали поэму “Лейли и Меджнун” до Физули. Среди мастеров слова, написавших поэму “Лейли и Меджнун”, следует упомянуть и творившего в первой половине 16 в. при дворце Сефевидов Шахгулу бека, Сусени бека, Пери Пейкара, Хагири Табризи, создавшего поэму “Лейли и Меджнун” в 1525 г., т.е. за 10 лет до Физули. Творчество этих писателей не сохранилось в полном объеме, до нас дошли лишь отдельные отрывки в тезкире.

    Шах Исмаил Хатаи (1487–1524) является основоположником династии правителей, сыгравших исключительную роль в общественно-политической истории Азербайджана. Продолжив и развив поэтические традиции своих предшественников Гази Бурханеддина и Мирзы Джаханшаха Хагиги, Хатаи – поэт-правитель, создав за короткий период времени могущественное Азербайджанское государство, расширив его, а также сыграв исключительную роль в развитии национальной литературы,  непосредственно подготовил почву для восхождения Физули. Большое литературное наследие Хатаи составляют как разнообразные лирические жанры, так и поэмы-месневи. Хатаи предпочитал писать свои произведения простым народным языком, созданные им в народной поэтической форме гошма, герайлы, варсаги, баяты, стали образцами классической поэзии. Написанная же поэтом поэма “Дехнаме” (“10 писем”) является первым произведением на данной формы на азербайджанском языке. В поэме отправленные Ашугом 10 писем Мешуге, описаны посредством лирико-эпической техкийе. Газели, содержащиеся в тексте, очень точно воспроизводят настроение героев.

     “Диван” Физули. 1569–72. Институт рукописей им. М. Физули. Баку.

    Дидактическая поэма Хатаи “Насихатнаме” (“Книга назиданий”) адресована молодому поколению. Политическая деятельность поэта, его жизнь и творчество привлекли большое внимание востоковедов не только Азербайджана, но и всего мира.

    Поэмы Федаи (16 в.) “Бахтиярнаме” и Месихи (16–17 вв.) “Верга и Гюльша” также являются образцами азербайджанской эпической поэзии этого периода.

    Великим представителем азербайджанской литературы 12–16 вв. после Низами является Мухаммед Физули (1494–1556). Его творчество часто сравнивают с Барокко в западной культуре, настолько здесь мелкие поэтические детали находились на своем месте, ничего лишнего, ничего чуждого, даже самые незаметные вооруженному глазу поэтические детали, взаимно дополняя друг друга, создают “монолитный” художественный организм. Волшебное мастерство поэта сравнимо с искусством Шекспира, Петрарки, Пушкина.

    Наблюдаемая в творчестве Низами глобализация находит свое отражение в бессмертных произведениях Физули, созданных им на трех ведущих языках единой исламской культуры – арабском, персидском и тюркском. “Диваны” написаны им на всех трех языках, философский трактат “Матлеул-етигад” – на арабском. По количеству преобладают “Диваны”, написанные на фарси, а по значимости – на тюркском. Созданные поэтом на родном языке касыды выполнены на уровне лучших жемчужин данного жанра средневековой литературы, а эго поэма на азербайджанском языке “Лейли и Меджнун” (1536) является одним из уникальных образцов этого жанра. Правда, и до Физули этой теме посвящали свои произведения великий Низами на фарси, Навои, Замири и Хагири – на тюркском языке. Однако ни в одной из этих поэм не наблюдается интерпретация любви, данная Физули, т.е. только ему удалось создать совершенно отличное от всех других произведение. И хотя в начале произведения говорится о том, что оно посвящено божественной любви, на протяжении всей поэмы поэтом создана целая галерея живых человеческих образов со всеми присущими им противоречиями.

    Газель Классическая восточная стихотворная форма. Состоит из 5-9, иногда и более бейтов. Первый бейт называется матла, последний – магта. В последнем бейте дается тахаллус (литературный псевдоним) автора. Чаще всего лирического содержания. Лучшие образцы газелей азербайджанской литературы созданы Низами, Насими, Физули, С.А.Ширвани, А.Вахидом.

    Исключительна роль Физули в дальнейшем развитии азербайджанского литературного языка и превращения его в поэтический язык самого высокого уровня. Оказавший большое влияние и на развитие языка прозы поэт в своем бессмертном произведении “Шикайетнаме” (“Книга жалоб”) преподнес и этой области литературы свой достойный дар. Основной текст самого крупного произведения поэта “Хадигатус-суада” (“Сад счастливых”), посвященного мучениям имамов, написан прозой, но, следуя требованиям контекста, Физули использовал и поэтические отрывки.

    Физули является одним из наиболее любимых и почитаемых мастеров слова не только Азербайджана, но и целого географически-этнического пространства, объединяющего огузских тюрков. Произведения Физули до сих пор популярны в Ираке, Турции, Татарстане, Узбекистане, Туркмении и других странах.

    16–17 вв. известны в азербайджанской литературе как период формирования средневековых дастанов, посвященных любви и героизму. В это время еще более совершенствуются народные поэтические формы – гошма, герайлы, варсаги, баяты.

    В 17–18 вв. азербайджанская литература под влиянием устного народного творчества, главным образом ашыгских произведений, еще более приблизилась к реальной жизни, народному языку, в азербайджанской поэзии формируется фундамент для перехода к реализму. И хотя в поэзии этого периода еще сильны традиции Физули в творчестве таких мастеров слова, как Саиб Табризи, Говси Табризи, Мухаммед Амани, наблюдаются попытки освободиться от их притягательности. Произведения сформировавшихся в Ширванской литературной среде 18 в. поэтов Ага Месих Ширвани, Шакира, Нишата и Мехджура посвящены преимущественно конкретным актуальным проблемам эпохи. В них находят свое художественное воплощение тяжелый быт простого народа, его чаяния. Такие поэты, как Молла Вели Видади (1707-1808), особенно Молла Панах Вагиф (1717–97), своими произведениями, написанными простым, живым языком, еще более приблизили поэзию к народу. В поэме Видади “Мюсибатнаме”(“Книга трагедии”) на высоком поэтическо-образном уровне описаны многие исторические события и личности эпохи. В этот период искусство поэзии становится массовым и еще более популярным. Ускоряется процесс приближения и приобщения масс к эстетическим ценностям. Исключительную роль в этом смысле сыграло, главным образом творчество Вагифа. Созданием простых, реалистических, прекрасных светских образов он совершил большой скачок от классическо-романтического типа искусства к реалистическому и определил направление дальнейшего развития литературы. Являясь также выдающимся политическим деятелем своего времени, Вагиф длительное время определял внешнюю политику Карабахского ханства. 18 в. в Азербайджанской литературе является рубежом между двумя литературными этапами – концом средних веков и началом нового периода.

    Литература 19 века. После важного события, произошедшего в 1-ой четверти 19 в., в исторической судьбе азербайджанского народа – вхождения Северного Азербайджана в состав Российской империи – как во всей культуре, так и в литературе усиливаются западные тенденции. Результатом такого воздействия становится выдвижение на передний план национальных и реалистическо-светских мотивов. Гасым бек Закир (1784–1857) – представитель критическо-реалистической сатиры, сформировавшийся непосредственно под влиянием творчества Моллы Панаха Вагифа в карабахской литературной среде, в течение длительного времени определяет направление поэтического развития. Между тем как в творчестве самого Закира, так и в произведениях его современников продолжают использоваться традиции Физули, но уже на новом уровне. Самыми известными представителями этого направления в Южном Азербайджане были Сеид Абульгасым Набати (1812–73), а в Северном Азербайджане – Сеид Азим Ширвани (1835–88) и Хуршуд бану Натаван (1830–97). Сеид Азим был известен в Азербайджане еще и как крупный просветитель, большую часть своих произведений он посвятил обучению и воспитанию молодого поколения. Написанные же им в духе Касим бека Закира сатиры характеризуются разоблачением целого ряда общественных пороков, отрицательных человеческих образов.

    В азербайджанской литературе 19 в., как и у большинства народов мира, наблюдается интенсивное развитие, непреодолимое стремление к гуманистическим идеалам, просветительству. Особенно это ощущается после присоединения северной части Азербайджана к России, и несмотря на реакционную, колониальную суть этого историческо-го процесса в целом, при сравнении с литературно-культурным развитием Южного Азербайджана здесь наблюдается определённый прогресс.

    В этот период М.Ф.Ахундзаде, опиравшийся в своем творчестве на опыт Аббаскули ага Бакиханова (1794–1847), Мирза Шафи Вазеха (1792–1852), Исмаил бека Куткашенского (1801–78), хорошо знавших и использовавших передовые гуманистические воззрения русских и западных востоковедов и поэтов, способствовал еще более тесному сближению азербайджанской литературы с Россией и Западом, тем самым приобщив ее к числу современных литератур мира.

    А.Бакиханову – крупному общественному деятелю, учёному и поэту удалось органически объединить в азербайджанской литературе западнические идеи с традиционным восточным искусством. Его художественные и научные произведения, посвящённые азербайджанской действительности, еще при жизни были изданы на русском и немецком языках, европейская печать положительно отзывалась о них. А немецкий востоковед Фридрих Боденштедт увез тетрадь стихов своего учителя Мирзы Шафи в Европу, перевёл их на немецкий язык и опубликовал. Приобретшие большую популярность и за короткий срок переведенные на большинство европейских языков “Песни” Ф.Боденштедт присвоил их авторству себе, отняв его у Мирзы Шафи. Рассказ И.Куткашенского “Рашид-бек и Саадат-ханум”, считавшийся одним из первых успешных образцов новой азербайджанской реалистической прозы, увидел свет в Варшаве на французском языке.

    Просветительско-реалистические взгляды Мирзы Фатали Ахундзаде, сыграв исключительную роль в дальнейшем развитии искусства слова, оказали большое влияние на появление в азербайджанской литературе жанров современной западной литературы : драмы, романа, рассказа, новеллы, повести, поэмы и др. Шесть драматических произведений, изданных им в 1850–55 гг., способствовали формированию литературной школы в литературах Ближнего и Среднего Востока. Характерные для азербайджанской литературы особенности – этическое начало, гуманизм, справедливость, мотивы искренности и правдивости, получившие свое дальнейшее развитие в творчестве Ахундзаде, завещаны будущим поколениям. М.Ф.Ахундзаде выступал не только как литератор, но и как учёный, философ, общественный деятель, а целью своего творчества он считал служение счастливому существованию своего народа. М.Ф.Ахундзаде, высоко оценивавший роль искусства и литературы в просвещении своего народа, в приобщении к современным литературно-культурным и научным ценностям, первым на Востоке создал произведения в драматическом жанре. Его шесть комедий, объединённых под общим названием “Тамсилат” [“Хекаяти-Молла Ибрахимхалил кимйагяр” (“Молла Ибрагим-Халил-алхимик”), “Хекаяти-Мусйо Жордан хакими-набатат ва Дервиш Мастали шах джакукуни машхур” (“Повесть о месьё Жордане – ученом-ботанике и дервише Мастали-шахе –знаменитом колдуне”), “Хекаяти-хырс гулдурбасан” (“Медведь – победитель разбойника”), “Саргюзашти-вазири-хани-Ленкоран” (“Приключения визиря Ленкоранского ханства”), “Саргюзаштли-марди-хасис” (“Гаджи Кара”), “Мурафия векилляринин хекаяти” (“Рассказы судебных адвокатов”)] были изданы в Тифлисе в 1859 г. М.Ф.Ахундзаде не выступал в качестве апологета русского царизма, по мере необходимости в скрытой форме остро критиковал языком Эзопа колониальную политику Российской империи. Его прозаические произведения “Письма Кемал-уд-довля” (1865), “Алданмыш кевакиб” (“Обманутые звезды”) (1857) раскрывали не только недостатки исторического прошлого и государственной структуры Ирана, но и пороки политического устройства , общественной среды на родине самого литератора.

    Молланасреддиновцы Объединившиеся вокруг учрежденного и редактируемого Дж.Мамедкулизаде журнала “Молла Насреддин” (1906–31), близкие по творческим принципам поэты, писатели, журналисты и художники – О.Ф.Неманзаде, М.А.Сабир, А.Ахвердиев, А.Назми, А.Гамкюсар, М.С.Ордубади, М.Моджуз, А.Азимзаде и другие – являлись активными и известными молланасреддиновцами. По методу творчества молланасреддиновцы были критическими реалистами. Их основной темой и мишенью критики были общественно-политические, идеологические проблемы эпохи, фанатизм, невежество, правовая незащищенность женщин, недостатки в быту и извращения в мышлении и пр. Молланасреддиновцы обогатили азербайджанскую литературу с точки зрения жанра, стиля и языка.  

    Литературно-эстетическое направление, определенное М.Ф. Ахундзаде в азербайджанской культуры второй половины 19 в., способствовало появлению таких просветителей-реалистов, как С.А.Ширвани (1835–88), Н.Везиров (1854–1926), А.Ахвердов (1870–1933), что содействовало культурно-литературному возрождению не только Азербайджана, но и соседних народов. В частности, издаваемая на родном языке учёным-естествоведом Г.Зардаби (1837–1907) газета “Экинчи” (1875–77) стала первой на мусульманском Востоке газетой, которая стимулировала бурное развитие литературно-культурной жизни. Нашедшие здесь свое отражение общественно-литературные исследования и дискуссии, содействовали еще большему укреплению и развитию гуманистических традиций азербайджанской литературы.

     

    Титульный лист первого издания произведения М. А. Сабира “Хопхопнамэ”. 1912.

    В 19 в. наряду с просветительско-реалистическими тенденциями в азербайджанской литературе также развивалась религиозно-дидактическая поэзия. Ее основными представителями были Раджи, Дилсуз, Дахиль и другие поэты-элегисты, творящие в Южном Азербайджане. Но под влиянием прогрессивного литературного процесса, происходящего в Северном Азербайджане, литераторы Южного Азербайджана также испытывали тенденции к созданию произведений светского характера. Произведения Мухаммед Багира Халхали (1829–1900) “Салабия” (“Книга о лисе”, 1893), Абдуррагима Талыбова “Китаб юклю эшшак” (“Осел, нагруженный книгами”, 1888), Зейналабдина Марагаи (1838–1910) “Ибрагим бейин сейахетнамэси” (“Путешествие Ибрагим бека”, 1892) являются совершенными образцами реалистическо-светской литературы.

    Фийузатовцы Объединившиеся вокруг издаваемого под редакцией А.Гусейнзаде на средства Г.З.Тагиева журнала “Фийузат” (1906–07) писатели и журналисты основным методом своего творчества считали романтический. Они сыграли большую роль в сохранении национально-культурного наследия, в развитии литературно-художественного мышления, общественного сознания, национального самовыражения, нравственно-этических ценностей. Самыми известными представителями были А.Гусейнзаде, М.Хади, Г.Джавид, А.Сиххат, А.Шаиг, Дж.Джаббарлы, А.Джавад и другие.

    Одно из направлений в литературе 19 в., более других тяготеющее к восточному виду творчества, формировалось на литературных меджлисах (“собраниях”). Литератур ный меджлис в Губе “Гюлистан” возглавлял Аббаскули ага Бакиханов Гудси, “Ан джу манишуара” в Ордубаде – Гаджи ага Фагир Ордубади, “Фовджул фусаха” (“Собрание из ящно говорящих”) в Лянкяране – Мирза Исмаил Гасир, “Бейтус Сафа” (“Дом Сафы”) в Шамахе – Сеид Азим Ширвани, “Маджма уш-шуара” (“Собрание поэтов”) в Баку – Мухаммед ага Джурми, в Гяндже, а затем в Тифлисе “Дивани-хикмет” – Мирза Шафи Вазех, поэтический меджлис “Меджлиси-унс”(“Собрание дру зей”), проводивщийся в Шуше, возглавляла Хуршуд бану Натаван, а “Меджлис-фарамушан” (“Меджлис забытых”) возглавлял Мир Мохсун Навваб. Между поэтическими меджлисами существовала тесная связь. В целом литература 19 столетия подготовила мощный фундамент для перехода к литературе 20 в., которую принято считать новой, более высокой ступенью азербайджанской художественной мысли.

    Литература 20 века. Первые десятилетия 20 в. в литературно-культурной жизни Азербайджана, как и у большинства народов Российской империи, представляют собой особый этап. В этот период на основе европейских и русских образцов такие видные представители реалистической и романтической литературы, как М.А.Сабир (1862–1911), Дж.Мамедкулизаде (1869–1932), А.Сиххат (1874–1918), М.Хади (1880-1920), А.Шаиг (1881–1959), Г.Джавид (1884–1944), своим творчеством подняли азербайджанскую литературу до уровня самых лучших образцов мировой литературно-культурной мысли. В 1906 г. под редакцией великого литератора и общественного деятеля Дж.Мамедкулизаде в Тифлисе начинает издаваться журнал “Молла Насреддин”. Журнал сыграл огромную роль в литературно-культурной и общественно-политической жизни на протяжении 25 лет. Почти одновременно, в 1906–07 гг., начал издаваться и другой журнал “Фийузат” под редакцией видного публициста, философа и общественного деятеля А.Гусейнзаде (1864–1940). Журнал вышел всего в 35 номерах. Оба журнала служили целям просвещения и развития нации.

    Среди литераторов этого периода особая заслуга в развитии литературно-общественной мысли в Азербайджане принадлежит Дж.Мамедкулизаде, М.А.Сабиру автору “Хопхопнаме”. Их реалистические сатирические произведения, направленные против мракобесия, фанатизма, предрассудков, невежества, до сих пор не утратили своего значения и актуальности.

     

    Группа азербайджанских писателей. Баку. 1929. В первом ряду, слева: Джалил Мамедкулизаде, Гусейн Джавид, Абдурагим бек Ахвердиев, Джабар Эфендизаде, Сулейман Сани Ахундов, Ибрагим Эминбейли, Гаджи Керим Санылы. Во втором ряду, слева: Халил Ибрагим, Джафар Джабарлы, Сеид Гусейн, Сулейман Рустам, Микаил Мушфиг, Абдулла Шаиг, Ахмед Джавад, Мамед Рагим.

     Просветительская драматургия, получившая свое развитие благодаря следо ванию традициям М.Ф.Ахундзаде, обогатилась комедиями и трагедией “Мусибети-Фахреддин” (“Горе Фахреддина”, 1894) Наджаф бека Везирова, комедиями и трагедиями “Дагылан тифаг” (“Разоренное гнездо”, 1896), “Бахтсиз джаван” (“Несчастный юноша”, 1900), “Ага Мухаммед шах Гаджар” (1907) Абдуррагим бека Ахвердиева, пьесами “Наданлыг” (“Невежество”, 1894), “Шамдан бек” (1895), “Надир-шах” (1899) Нариман Нариманова (1870–1925), “Олюляр” (“Мертвецы”, 1909), “Анамын китаби” (“Книга моей матери”, 1920) Дж.Мамедкулизаде, написанными еще в 19 в. А бессмертные произведения на романтическо-историческую тему в области драматургии –“Ана”, “Марал”, “Шейх Санан”, “Шейда”, “Учурум”(“Пропасть”), “Иблис”(“Сатана”) создал (1910–18) Гусейн Джавид.

    В области художественной публицистики следует отметить имена Н.Нариманова, М.Э.Расулзаде, А.Агаева, А.Топчибашева, М.Шахтахтинского, Омара Фаига, Гусейн Минасазова, Эйнали Султанова.

    Знаменательным событием в истории Азербайджана начала 20 в. стало образование первой в исламском и тюркском мире республики – Азербайджанской Де мок ратической Республики (1918–20). И хотя она просуществовала всего 23 месяца, этот период был отмечен появлением специфической литературной продукции. Наряду с общепризнанными мастерами слова – Дж.Мамедкулизаде, А.Шаигом, А.Ахвердиевым, У.Гаджибековым в это время стали появляться интересные произведения и молодых авторов, таких как Юсифа Везира Чеменземенли, Сеида Гусейна, Самеда Мансура, Дж.Джаббарлы, А.Джавада, Уммигюльсум. В этих произведениях горячо воспевались государственная независимость Азербайджана, победа турецкой армии, пришедшей в нашу страну с освободительной миссией, храбрость азербайджанских воинов, трехцветный национальный флаг. Ахмед Джавад (1892–1937), который отличился особой активностью в этой области, написал текст государственного гимна Азербайджанской Демократической Республики. Это произведение, музыку на которое написал великий У.Гаджибеков, и сегодня является государственным гимном независимой Азербайджанской Республики. 

    Литература советского периода. Большевистская Россия не могла оставаться равнодушной к появлению на исторической арене, на южных границах красной империи, по соседству с такими мусульманскими странами, как Иран и Турция, независимого азербайджанского государства. По этой причине первое демократическое правительство Азербайджана, не выдержав ударов, нанесенных ей оккупационной 11 Красной Армией, распалось. В стране установилась советская власть. Часть творческой интеллигенции Азербайджана этого времени верила в то, что процесс художественного развития будет продолжен. С первых месяцев существования Азербайджанских советов во главе с выдающимся литератором и общественным деятелем Н.Наримановым она, поверив в фальшивые, заоблачные и утопические обещания большевиков, приняла эту веру за истину. Дж.Мамедкулизаде и Г.Джавид в свое время увидели истинную реальность, находящуюся за кулисами “пролетарской диктатуры” и “коммунистического рая”, поняли ее реакционную антиазербайджанскую суть. В отличие от них, в настроении нового поколения литераторов – молодых “комсомольских” поэтов с их политико-идеологическими директивами – ощущалась гармония. “Старый мир до основания разрушить”, построить “новый мир” на развалинах стало не только официальной идеологией общества, но и учением для молодых писателей. Начальный этап творчества С.Рустама, С.Вургуна, М.Мушвига, М.Рагима, О.Сарывелли, Р.Рзы, чуть позднее М.Дильбази, Н.Рафибейли, А.Джалила, З.Халила и других формировался под влиянием именно этого учения. Темы, к которым они неоднократно обращались, были очень актуальными, намеренно делались публицистическими, на уровне грубой революционности, митинговой демократии. Дошло до того, что каждого, кто проявлял интерес к опыту мировых литератур, обвиняли в космополитизме, а в случае проявления интереса к национальным традициям – в национализме.

     М. Турсунзаде, С. Вургун, М. Шолохов. 1954.

    Национальный язык, национальный алфавит, национальная память подверглись длительному и насильственному преследованию. В истории развития азербайджанской литературы произошло архитоталитарное событие невиданных размеров – она всецело под чинилась политико-идеологическим директивам, “нормам” решений коммунистичес кой партии. Тех, кто пренебрегал этими запретами, преследовались и подвергались репрессии.

     Репрессии 1930-х годов начались с первых месяцев советской власти. Их первой жертвой стал расстрелянный армянскими дашнаками в Гянджинской тюрьме Фиридун бек Кочарли (1863–1920) – директор Казахской мусульманской семинарии, выдающийся ученый и литературный критик, автор многотомной истории азербайджанской литературы, видный просветитель. В эти годы среди тех, кто подвергался огульным преследованиям, также было много рабочих и крестьян. Однакобольше всех от большевистско-дашнакских преследований пострадала интеллигенция. И причина этого была понятна. Сталинисты хотели уничтожить образованных сыновей азербайджанского народа, сгноив их в ссылках, на каторге, пытались препятствовать процессу национальной самоидентификации, оторвать их от своих духовных корней, превратив в слепых исполнителей коммунистических преступлений. Ученые, хорошо знавшие и исследовавшие историю, философию, язык, алфавит, культуру, психологию, менталитет своего народа и пропагандировавшие их среди своих соотечественников, писатели, поэты, драматурги своими художественными произведениями, написанными на родном языке и в народном духе, препятствовавшие ослаблению национального мышления, вся творческая интеллигенция в целом более всего опасались чиновников, спускавших “сверху” жесткие и беспощадные “особые” указания, а потому и жестоко обращавшихся с ними.

    В те ужасные годы среди подвергшихся репрессиям ученых находились очень известные представители азербайджанской литературы и искусства, литературоведения и языкознания – драматург Г.Джавид, поэт М.Мушвиг, литературный критик С.Гусейн, поэт А.Джавад, литератор и ученый Ю.В.Чеменземенли, профессор филологии, ученый-полиглот Б.Чобанзаде – ректор Бакинского Государственного Университета, писатель Т.Ш.Симург, писатели и поэты Кантемир, Санылы, Музниб, литературовед Салман Мумтаз, основатель первой в Баку Восточной консерватории Хадиджа ханум Гаибова, ученый-теолог, кази Баку Мир Мухаммед Кязим Ага, ученый-фольклорист Ханафи Зейналлы, критики Али Назим, Мустафа Кулиев, Мамедкязым Алекперли, Атабаба Мусаханлы, Эмин Абид, актеры Аббас Мирза Шарифзаде, Ульви Раджаб и другие. За исключением Ю.В.Чеменземинли и Г.Джавида, умерших в ссылке, вся творческая интеллигенция была расстреляна. Был расстрелян первый переводчик Корана кази Баку, 83-летний Мир Мухаммед Кязим Ага, 29-летний М.Мушвиг. Микаил Мушвиг (1908-1937) в сложных и противоречивых условиях общественного строя обогатил национальную поэзию своими бессмертными произведениями. Опубликованные им за короткую жизнь произведения оставили неизгладимый след в литературе. Пылкие чувства и ощущения, романтическое настроение, противостоящие своему времени, напевный и игривый язык – это те особенности творчества Мушвига, которые обеспечили его мастерству художественную ценность и долголетие.

    В связи с глобальными событиями и общественными потрясениями в регионе в первые десятилетия 20 в. и, особенно после свержения АДР, а также в результате репрессий 30-х годов многие представители творческой интеллигенции, неоднократно подвергавшиеся политическим преследованиям, последнюю возможность остаться в живых и продолжить литературную деятель-ность видели в эмиграции. Все те, кому было запрещено возвращаться на родину из-за того, что во время войны против фашизма они оказались в немецких лагерях и нашедших в связи с этим убежище за границей, те, кто покинул родину из-за преследований со стороны шахского режима, а также их потомки проживают сегодня в различных уголках Азии, Африки, Европы, Америки и даже Австралии.

    Эмигрантскую интеллигенцию объединяет одна особенность – в тех странах, где она проживала, тщательно оберегались азербайджанская национальная литература, культурный менталитет. Эта часть интеллигенции достойно представляла и пропагандировала идеалы азербайджанизма, старалась постоянно держать в центре внимания правящих кругов и общественности этих стран положение литераторов советского Азербайджана. Азербайджанская эмиграция располагает весьма обширным литературным, научно-филологическим, публицистическим наследием.

     

    Группа азербайджанских писателей и литературоведов. Баку. 1959. В первом ряду, слева: Мамед Рагим, Нигяр Рафибейли, неизвестный, Мехти Гусейн, Гамид Араслы, Расул Рза, Ильяс Эфендиев. Во втором ряду: Ибрагим Кебирли, Сулейман Рагимов, Алекпер Зиятай, Бахтияр Вагабзаде, Абульгасан, Мамед Джафар Джафаров, Ислам Ибрагимов, Талят Эюбов, Джабир Новруз.

    Среди ее авторов – Алибек Гусейнзаде, Ахмедбек Агаоглу, Мухаммед Эмин Расулзаде, Мирза Бала Мухаммедзаде, Алимардан бек Топчубашов, Джейхун Гаджибейли, Самед Агаоглу, Ахмед Джафароглу, Абдулвахаб Юрдсэвэр, Алмаз Ильдырым, Банин (Уммюльбану), Наги Шейхзаманли, Мамед Садых Аран, Гусейн Джамал Янар, Теймур Атешли, Муса Зайам, Ибрагим Арслан, Али Азертекин и десятки других. После восстановления Азербайджаном своей государственной независимости в Баку отдельными изданиями были опубликованы роман Уммюльбану “Кавказские дни”, сборник стихов “Черный дастан” А.Ильдырыма, “Сиясэти-фурусет” А.Гусейнзаде, монография М.Э.Расулзаде “Азербайджанский поэт Низами”, рассказы Дж.Гаджибейли, публицистика М.Б.Мухаммедзаде.

    Продолжавшаяся в советском государстве зависимость литературы от жестких директив, нарушение свободы слова, подчинение литературы государственной политике – эти и другие негативные обстоятельства стали причиной того, что на протяжении многих лет в литературно-культурной жизни царили определенная подавленность, депрессия, застой. Одной из основных особенностей азербайджанской литературы советского периода было планомерное управление ею со стороны идеологических органов, директивное руководство литературной деятельностью. Среди них следует упомянуть самые основные – постановление ЦК РКП(б) “О политике партии в области художественной литературы” (1925), “О новом формировании литературно-художественных организаций” (1932), постановление ЦК ВКП(б)”О журналах “Звезда” и “Ленинград”, постановление ЦК КП Азербайджана “О состоянии азербайджанской советской литературы и мероприятиях по ее улучшению” (1948), резолюцию ЦК КП “О литературно-художественной критике” (1972) и целый ряд других политических директив. В этом смысле особо выделился состоявшийся в 1934 году Первый Всесоюзный съезд советских писателей, который определил метод социалистического реализма основным методом творчества, что вынудило творческую интеллигенцию созидать в рамках строго определенной модели. А после критики в адрес журналов “Звезда” и “Ленинград”, которые якобы представляли советский образ жизни и существующие общественные порядки в ложном свете, в азербайджанской литературе, как и в остальных литературах народов СССР, стали появляться художественные произведения, созданные по принципу “бесконфликтности”. Однако появление в данный период на литературной арене таких одаренных писателей, как Дж.Джаббарлы, М.Мушвиг, С.Вургун, О.Сарывелли, Р.Рза,С.Рустам, использова вших эзопов язык с целью противостояния идеологическому давлению, само по себе свидетельствовало об абсолютной зависимости литературы от общественно-политических условий. Это подтверждают некоторые поэтические произведения начавшего когда-то свою деятельность под влиянием идеологии объединения “Гызыл галемляр” (“Золотые перья”) комсомольского поэта Сулеймана Рустама. В их числе –написанный в духе истинного патриотизма цикл “Восточные стихи”, стихотворение “Мать и почтальон”, газели, воспевающие чистую, искреннюю любовь. Несмотря на то, что в официальных кругах тех лет жанр газели считался устаревшим, народной любовью пользовались именно утонченные, глубокомысленные газели известного поэта Алиага Вахида (1895–1965).

    К числу известных мастеров слова, повлиявших на развитие в азербайджанской литературе данного периода жанра романа, главным образом исторического, относится М.С.Ордубади (1872–1950). Его исторический роман “Меч и перо”, посвященный Азербайджанскому государству Атабеков и жившему в то время великому поэту Низами Гянджеви, а также роман “Тавриз туманный” об освободительном движении в Южном Азербайджане до сих пор не утратили свою историко-эстетическую значимость. В прозе того же периода особая заслуга принадлежит также Ю.В.Чеменземенли (1887–1943) – автору романов “Среди двух огней” (“В крови”), “Девичий родник”, Сулейману Рагимову (1900–1983) – автору эпопеи “Шамо” и романа “Сачлы”, Мир Джалалу – автору романа “Открытая книга” и лаконичных рассказов, Абульгасану Алекперзаде (1904–1986) – автору эпопеи “Крепость дружбы” и романа “Подъемы”, Мирзе  Ибрагимову (1911–1993) – автору романов “Наступит день” и “Парвана”.

    Гошма Самая древняя и самая распространенная поэтическая форма поэзии. В основном состоит из 5-6 строф, в каждой строфе 4 строки, в каждой строке – 11 слогов, система рифмовки а-в-а-в, с-с-с-в и т.д. Широко распространена как в ашыгской поэзии, так и в письменной литературе. Разнообразна по содержанию. В последнем бейте дается имя автора или его тахаллус.

    Драматургия советского периода тесно связана с именами Гусейна Джавида, Сулеймана Сани Ахундова, Дж.Джаббарлы, Мирзы Ибрагимова, Самеда Вургуна, Сабита Рахмана, Энвера Мамедханлы, Ильяса Эфендиева, Шихали Курбанова. Гусейн Джавид, обогативший Азербайджанскую литературу как жанром, так и содержанием, является выдающимся драматургом и поэтом. Благодаря его произведениям тематика Азербайджанской литературы значительно расширилась, а в драматургии появились человеческие конфликты, сознательные, чуткие, горячо страстные яркие характеры. Такими произведениями, как “Ана” (“Мать”), “Шейх Санан”, “Сатана” драматург заложил основы жанра стихотворной трагедии в азербайджанской литературе. В советский период творчество литератора значительно обогатилось. Им написаны пьесы “Пророк” (1922), “Топал Теймур” (1925), “Князь” (1929), “Сиявуш” (1933), “Хаййам” (1935)”, Месть сатаны” (1936), поэма “Азер” (1923-1932).

    Джафар Джаббарлы (1899–1934) произведениями “Октай Элоглу”, “Невеста огня”, “Севиль”, “Алмаз” обогатил национальную драматургию постановкой и решением новых проблем, созданием образов.  

    Самед Вургун является самым выдающимся поэтом-драматургом, сформировавшимся в советский период. Основная особенность его стихов и поэм – романтическое восприятие философски осмысленных завораживающей красоты азербайджанской природы, героической истории народа, гуманистических ценностей. Творчество Самеда Вургуна, главным образом его стихотворение “Азербайджан”, эпические поэмы “Айгюн”, “Мугань”, поэтические драмы “Вагиф”, “Человек” оказали сильное влияние на азербайджанскую поэзию прошлого столетия, на народность его языка, благозвучие и образность. Значение драмы “Вагиф” в процессе национального самопознания азербайджанского народа, несмотря на всяческое давление со стороны советского режима, сопоставимо со значением оперы “Кероглу” гениального Узеира Гаджибекова.

    На развитие азербайджанской поэтической мысли советского периода большое влияние оказали написанные свободным размером стихи и поэмы Расула Рзы (1910–81). Поэзия поэта-новатора Р.Рзы отличалась философским лиризмом, живостью мысли и эмоциональностью, оригинальными поэтическими образами. Его стихотворения из философского цикла “Краски” , лирические поэмы “Физули”, “Если бы не было розы” и другие являются лучшими образцами азербайджанской поэзии.

    В обогащении азербайджанской прозы живыми, красочными художественными образами и выразительными изобразительными средствами, а в драматургии – в развитии лирико-психологического стиля велика творческая заслуга Ильяса Эфендиева (1904–96). На спектаклях, поставленных по его пьесам (“Ты всегда со мной”, “Пропавшие дневники”, “Песня осталась в горах”, “В хрустальном дворце Хуршудбану Натаван”, за полувековой период выросло и приобрело опыт целое поколение актеров и режиссеров, превратившееся в “театр Ильяса Эфендиева”. В обогащении Азербайджанской прозы новыми темами и образами несомненна заслуга и Али Велиева, Гылмана Илькина, Гусейна Ибрагимова, Гусейна Аббасзаде, Байрама Байра мова, Джамиля Алибекова, Азизы Джафарзаде, Видади Бабанлы Алевии Бабаевой, Сулеймана Велиева, Азизы Ахмедовой, Афгана Аскерова, Гюльгусейн Гусейноглу, Алибалы Гаджизаде и других.

    Начиная с 1960-х годов, в связи с некоторым потеплением общественно-политической атмосферы, в результате чего идеологические оковы в СССР ослабли, такие молодые талантливые поэты и писатели, как Иса Гусейнов, Мамед Араз, Халил Рза Улутюрк, Джабир Новруз, Сабир Ахмедов, Али Керим, Юсиф Самедоглу, Иси Меликзаде, Анар, Акрам Айлисли, Фикрет Годжа, Вагиф Самедоглу, Эльчин, Сабир Рустамханлы, Алекпер Салахзаде, Фарман Керимзаде, стали создавать произведения, критикующие существовавший общественно-политический строй. Роман начавшего свою художественную деятельность намного раньше перечисленных выше литераторов Исмаила Шихлы (1919–94) “Кура неукротимая” был продукцией уже нового литературного мышления. Естественно, что все эти художники, подобно своим предшественникам, очень часто использовали символы, эзопов язык. Однако этот процесс уже приобрел бесповоротное направление и мог оцениваться как “начало конца”. Переход к литературе 60-х годов начался еще в 40–50-е годы с участием пришедших в литературу представителей нового поколения, и этот процесс продолжался и далее. Среди них многие произведения Р.Рзы и особенно ставший знаменитым цикл стихов под общим названием “Краски” и “Если бы не было розы”, а также про-изведения “Желтый теленок”, “Пьяный Искандер”, “Я земля” считаются первыми образцами этого периода. Роман “Подземные реки текут в море” видного прозаика, драматурга и известного критика Мехти Гусейна (1909-1965) также строится на убедительном изображении жизни художественных образов того же времени. Вместе с тем, самым значительным литературным событием 1960–90-х годов стал приход в творческий мир “60-десятников”. Именно после их прихода литература по своему духу и своей сути действительно превратилась в реальную духовную силу, способную вести борьбу против тоталитарного военного режима. С таких позиций она принимала активное участие в подготовке сегодняшней национальной независимости и демократического движения. “60-десятники” акцентировали свое внимание главным образом на человеке, его духовном мире. Не случайно, литература именовалась “человековедением” в самом высоком смысле этого слова. Именно “60-десятники” вновь включили тему “человека” в литературу того периода как новую тему, новую проблему. Тем самым они выдвинули на передний план те вопросы, которые до них или не привлекали внимания, или намеренно замалчивались. В центре их художественного интереса находился прежде всего духовно-психологический мир, глубина, “нутро” личности, индивидуума, самых простых, рядовых членов общества. В их повестях и рассказах время, духовность воспринимались не как “общественная система и строй”, а превращались в предмет художественного анализа и критерий нравственности и морального состояния человека. Мышление и представления героев их произведений совершенно не соответствовали такому принятому в литературе понятию и догме, как “советский человек”. Самыми популярными героями литературы “60-десятников” были необычные люди, правдоискатели, в некоторых случаях яростно воспринимающие чудачества, не нашедшие своего места в жизни, поэтому иногда бесцельно скитающиеся, но, несмотря на это, восторгающиеся настоящими людьми и искренними человеческими чувствами. В написанных на историческую тему романах и повестях они часто обращались к истории государственности, богатейшему прошлому народа, вынужденного в условиях нахождения в тисках социализма отдалиться от своих национальных корней, государственных традиций, находили место мечты о свободе и независимости.

    “Азербайджан” Литературно-художественный журнал. Орган Союза Писателей Азербайджана. Издается с 1923 г. под различными названиями. С 1953 г. выходит в свет под данным названием. В журнале публикуются новые произведения писателей, а также переводы всемирной литературы. На страницах журнала печатаются литературно-критические, публицистические и другие материалы. В различные годы редакторами журнала были Симург (Таги Шахбази), Р.Ахундов, М.Кулиев, Х.Назарли, М.Алекперли, М.Ибрагимов, Мамед Ариф, Мехди Гусейн, Абульгасан, Расул Рза, А.Велиев, Ахмед Джамиль, Г.Мусаев (Илькин), Дж.Мамедов, И.Шихлы, А.Айлисли, Джабир Новруз, Ю.Самедоглу. В настоящее время главным редактором является И.Касумзаде.

    В прозе Г.Аббасзаде (1922), поэзии и драматургии Наби Хазри (1924), Бахтияра Вагабзаде (1925), Наримана Гасанзаде (1931), в художественной публицистике Гидаята Оруджева (1944) преобладают поучительные страницы народной истории, и на этом фоне – изображение лирико-психологической жизни азербайджанского народа. Ценными образцами Азербайджанской литературы являются также всегда отличающаяся своей актуальностью поэзия Габиля (1926–2007) и его поэма “Насими”, произведения Адыля Бабаева, Ислама Сафарли, Гусейна Арифа, Касума Касумзаде, Зейнала Халила, Алиаги Кюрчайлы.

    Заявившее о себе в литературе движение за свободу слова и мышления, свободу политических мировоззрений, плюрализм, национальную независимость, движение во имя справедливости и нашедшее свое продолжение в литературе 1970–90-х годов., с приобретением политического суверенитета, государственной независимости Азербайджана, добилось осуществления своих целей.

    В конце 20 в., на постсоветском этапе продолжается традиция создания национальной литературы на русском языке. В числе мастеров слова, пишущих на русском языке, – Имран Касумов, Максуд Ибрагимбеков, Рустам Ибрагимбеков, Чингиз Абдуллаев, Чингиз Гусейнов, Владимир Кафаров, Натик Расулзаде, Алла Ахундова и другие.

    Среди тех, кто подготовил художественный фундамент для нового этапа Азербайджанской литературы и принимал активное участие в этом процессе выделились поэты – Фикрет Садых (1930), Али Керим (1931–69), Халил Рза (1932–94), Джабир Новруз (1933–2002), Мамед Араз (1933–2004), Фамиль Мехти (1934–2002), Тофик Байрам (1934–91), Гусейн Кюрдоглу (1934–2003), Ильяс Таптыг (1934), Фикрет Годжа (1935), Муса Ягуб (1937), Вагиф Самедоглу (1939), Ариф Абдуллазаде (1940-2002), Алекпер Салахзаде (1941), Иса Исмаилзаде (1941–97), Чингиз Алиоглу (1944), Сабир Рустамханлы (1946), Рамиз Ровшан (1946), Нусрет Кесеменли (1946-2001), Залимхан Ягуб (1950) и другие.

    В поэзии 1960-х годов одной из ведущих сил новой поэтической традиции стал Фикрет Годжа. В изданных им в эти годы сборниках “Чайка”, “Всем обязан”, “Бессонные ночи” и других чувствуется биение сердца поэта, страстно желающего разрушить идеологические рамки.

    Акрам Айлисли (1937) является одним из первых писателей, которому в 60-е годы удалось осуществить поиски нового образа национальной прозы. В его повести “Моя поющая тетя” (!), в произведениях “Леса побережья Куры”, “Сказка хрустальной пепельницы” дается реалистическое изображение жизни.

    Многие рассказы талантливого представителя новой Азербайджанской прозы Анара (1938), такие как “Белая гавань”, “Шестой этаж пятиэтажного дома”, “Номер отеля”, “Без вас” и другие значительные произведения занимают особое место в истории национальной литературы. Анар известен как видный драматург и киносценарист. Написанные на историческую тему сценарии “Деде Коркуд”, “Аккорды долгой жизни”, драмы “Летние дни города”, “Тахмина и Заур” являются высокохудожественными образцами, обогатившими Азербайджанскую литературу.

    Эльчин (1943), творчество которого отличается многогранностью, также принадлежит к этому литературному поколению. Благодаря своим произведениям – повестям “История одной встречи”, “Как курица осталась живой”, “Знаменосец”, рассказам “Первая любовь Балададаша”, “Туман над Шушой”, “Карабах шикестеси”, “Сары гелин”, романам “Махмуд и Марьям”, “Белый верблюд”, “Смертный приговор”, пьесам “Мой муж сумасшедший”, “Мой любимый безумец” Эльчин вошел в число самых видных представителей современной Азербайджанской литературы. Будучи одновременно продуктивным литературоведом и критиком, он является автором ценных книг и монографий – “Критика и проза”, “Критика и проблемы нашей литературы”, “Классики и современники”, “Поле притяжения”.

    Среди имевших успех произведений писателей, пришедших в литературу в 60-е годы, следует упомянуть романы “День казни” Ю.Самедоглу (1935–98) и “Переселение” Мовлуда Сулейманлы (1943).

    Литература Независимой Азербайджанской Республики. После обретения Азербайджаном государственной независимости и вступления в качестве полноправного члена в ряды сообщества мировых государств в центре внимания Азербайджанской литературы продолжают оставаться такие проблемы, требующие своего развития уже в новых условиях, условиях глобализации, как возврат оккупированных страной-агрессором – Арменией азербайджанских земель, создание условий развитого общества, воспитание молодого поколения в патриотическом духе, пропаганда дружбы и культурных связей с народами ближних и дальних стран, общечеловеческие идеи гуманизма и общественной справедливости. Писатели, чье художественное сознание освободилось от всяких идеологических запретов и в этом смысле не имело причин для противостояния, развитие литературы более всего связывали с его теоретико-эстетическим совершенствованием. С этой точки зрения в Азербайджанской литературе послевоенных лет наблюдаются  постмодернистские тенденции. Наряду с этим основная тенденция развития Азербайджанской литературы базируется на воспевании и торжестве идеи азербайджанизма. Большую роль в оживлении текущего литературного процесса конца 20–начала 21 веков, в привлечении к творчеству новых талантливых авторов сыграло специальное постановление правительства о финансировании из государственного бюджета таких литературных органов, как журналы “Азербайджан”, “Литературный Азербайджан”, “Улдуз”, “Гобустан” и газеты “Эдебиййат газети”.

    Восстановление государственного суверенитета Азербайджана позволило по новым критериям подойти к оценке классического наследия. По личной инициативе и под непосредственным руководством общенационального лидера Гейдара Алиева проведенные широкомасштабные церемонии празднования 500-летия М.Физули, 1300-летнего юбилея эпоса “Китаби-Деде Коркуд” с участием ряда глав государств мира на этих мероприятиях, превратились в яркое культурное торжество литературы, всей культуры независимого Азербайджана. 500-летие Физули широко отмечалось не только в Азербайджане, но и в Турции, Иране, Ираке, России, Узбекистане, Китае и других странах. Эти мероприятия дали мощный толчок развитию литературоведческой науки в Азербайджане. Вышли в свет научно-критический текст “Китаби-Деде Коркуд”, массовые издания, новые монографические исследования, посвященные этой монументальной огузнаме. Были опубликованы произведения Физули в шести томах, новая серия фундаментальных исследований о жизни и творчестве поэта. Большая заслуга в этом деле принадлежит ученым Национальной Академии Наук Азербайджана, в том числе Института литературы им.Низами.

    Надежной гарантией развития Азербайджанской литературы и литературоведения является распоряжение Президента Ильхама Алиева от 12 января 2004 года о массовом издании книг на азербайджанском языке латинской графикой, об издании Азербайджанской Национальной Энциклопедии и проведении в связи с этим широкомасштабных мероприятий.

    Современная литература Южного Азербайджана. В первой четверти 19 в., после разделения земель Азербайджана между Россией и Ираном, в литературном процессе прошедших схожий путь литературно-культурного развития Севера и Юга начинают наблюдаться отличительные особенности. В связи с тем, что на протяжении долгих десятилетий в Южном Азербайджане отсутствовало образование и письменность на азербайджанском языке, естественно, что и развитие литературы, в отличие от Северного Азербайджана, заметно отставало. Только в периоды народно-освободительного движения в приобретшем на короткий срок свободу Южном Азербайджане культурно-литературная жизнь начинает быстро развиваться, затем развитие вновь приостанавливается на продолжительный срок. Один из таких кратковременных этапов пробуждения проходил под руководством Шейха Мухаммеда Хиябани в 1918–20-е годы, другой – в 1945–46 годах под руководством Сеид Джафара Пишавари. В отмеченные годы издаются книги, учебники на родном языке, в национальной прессе широко печатаются литературные материалы, написанные преимущественно в патриотическом духе. Начавшая свое творчество в середине 1940-х годов прошлого века талантливая молодежь после победы исламской революции (1979) получила возможность публиковать свои произведения на страницах издаваемого на азербайджанском языке журнала “Варлыг”. Среди мастеров слова Южного Азербайджана следует упомянуть имена таких писателей и поэтов, как Хаммал, Керими, Нитги, Бирия, Шейда, Сонмез, Саханд, Сахир, Охтай, Салаван, Фарзана. Журналу “Варлыг”, который основал видный ученый и общественный деятель Азербайджана Джавад Хеййат, принадлежит исключительная роль в развитии современной литературы Южного Азербайджана.

    Среди многочисленных представителей литературы Южного Азербайджана особое место занимает Мухаммедгусейн Шахрияр (1905–88). Получивший среднее и высшее образование на фарси и приступивший с молодых лет к художественному творчеству под влиянием произведений Низами Гянджеви, Хафиза Шираза, С.А.Ширвани Шахрияр известен как один из крупнейших представителей современной Иранской и Азербайджанской поэзии. Шахрияр уделяет много места насущным проблемам мира, отдавая предпочтение в своем творчестве социальной лирике. Самым крупным его произведением на азербайджанском языке является поэма “Гейдарбабая салам”, состоящая из двух частей. На это произведение поступили десятки откликов как из Южного, Северного Азербайджана, так и из Турции. В настоящее время происходит постоянное развитие литературного процесса в Южном Азербайджане. Такие мастера слова, как Балаш Азероглу, Али Туде, Медина Гюльгюн, Хокума Бюллури, Сохраб Таир, продолжившие свое творчество в Северном Азербайджане, обогатили азербайджанскую литературу обеих частей своими ценными образцами.

    Литературно-теоретическая эстетическая мысль Азербайджана располагает древней историей, богатыми традициями и наследием (смотри статью “Литературоведение”).

    Современная Азербайджанская литература не была идеально однородной и не обладала единой идейно-эстетической основой. В условиях господствующего в литературно-общественной среде Азербайджана плюрализма и свободы взглядов можно встретить представителей самых различных литературных течений и группировок. Однако , желанием и целью большинства из них является развитие Азербайджанской государственности, благоденствие всего прогрессивного человечества совместно с азербайджанским народом. Постановления состоявшегося в 2004 г. 11 съезда Союза Писателей Азербайджана лишний раз подтвердили это духовное единодушие.

    Лит.: Щ а ъ ы й е в Ъ . ХХ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1955; А р а с л ы Щ. ХВЫЫ- ХВЫЫЫ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1956; Б е р т е л с Й . Е . Бюйцк Азярбайан шаири Низами. Б., 1958; Азярбайъан ядябиййаты тарихи. 3 ъилддя. Б., 1960–1961; Гулузадя М. Фцзулинин лирикасы. Б., 1965; Д а д а ш з а д я М.А. Ясярляри. 3 ъилддя. Б., 1967–1970; М и р Ъ я л а л , Щ ц с е й н о в Ф . ХХ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1973; А з а д я Р. Азярбайъан епик шеиринин инкишаф йоллары (ХЫЫ–ХВЫ ясрляр). Б., 1975; Г а с ы м з а д я Ф. ХЫХ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1975; К ю ч я р л и Ф. Азярбайъан ядябиййаты. 2 ъилддя. Б., 1981; М я м м я д Ъ я ф я р. Низаминин фикир дцнйасы. Б., 1982; Н я б и й е в Б. Роман вя мцасир гящряман. Б., 1987; Щ я б и б б я й л и И. Ъялил Мяммядгулузадя: мцщити вя мцасирляри. Б., 1996; С я ф я р л и Я ., Й у с и ф л и Х. Гядим вя орта ясрляр Азярbайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1998; Е л ч и н. Ядябиййатымызын йарадыъылыг проблемляри. Б., 1999; К я р и м л и Т . Низами вя тарих. Б., 2002; Г а р а й е в Й. ХЫХ–ХХ ясрляр Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 2003; Г а с ы м л ы М. Озан ашыг сяняти. Б., 2003; Азярбайъан ядябиййаты тарихи. 6 ъилддя. Б., 2004. Ъ. 1. ; М и р Ъ я л а л. Азярбайъанда ядяби мяктябляр. Б., 2004.

                                                                                                     Бекир Набиев, Теймур Керимли

    11.4. ЛИТЕРАТУРА

                                                               ЛИТЕРАТУРА

    Фольклор. У истоков азербайджанской литературы стоит богатый и глубоко содержательный фольклор. История фольклора, понимаемого как устное поэтическое творчество народа, восходит к периоду появления на территории Азербайджана первых поселений людей. И сегодня в фольклоре и классической литературе проявляются следы художественно-мифологических мировоззрений. Азербайджанская мифология не носит такой системный и цельный характер, как древнеиндийская и древнегреческая мифологии. Но в азербайджанском фольклоре можно обнаружить следы мифологии. Больше всего проявляются элементы космогонических, сезонных, а также этногенетических мифов. В этих мифических элементах, являющихся продуктом художественного мышления на первых этапах формирования человека, отображается хаос в космосе, путаница в мироздании, появление вселенной из этой беспорядочности, а также отражаются аналогичные отношения в человеческом обществе. В мифическом мировоззрении космос в человеческом обществе, то есть большинством людей свод законов, охватывает основной порядок общества – процессы гармонии между семьей, бытом, человеком и природой. Отдельные элементы мифологического мировоззрения до сих пор сохранились в проклятиях, прославлениях, преданиях, театральных играх, трудовых песнях. Ведущим мотивом большинства азербайджанских мифов является древнетюркское мифологическое мышление. Его можно обнаружить как в мифах, посвященных созданию вселенной, то есть космогонических, так в мифах, посвященных появлению этноса, то есть этногенетических, а также в мифах, посвященных сезонным процессам, то есть календарных. Появление мифологии и сохранение указанных мифов в фольклоре неразрывно связано с представлениями первобытного человека о природе и природных процессах. Желание первобытного человека воздействовать на природные процессы посредством слов, действий и игр привело к созданию и исполнению ритмичных текстов и появлению потребности их исполнения. К их числу можно отнести такие календарные песни и сопровождающие их танцы, как “Кеса-Кеса”, “Году-году”, “Новруз”, “Хыдыр Наби” и другие.

    Одной из особенностей азербайджанского фольклора является его общность с фольклором других тюркских народов. Совпадение большинства текстов устного народного творчества этих народов свидетельствует о том, что все они создавались в едином этногеографическом пространстве. Среди дастанов, образующих общетюркский фольклор, особое место занимает серия “Огузнаме”. А в таких дастанах, как “Переселение”, “Эргенекон”, “Шу”, “Возвращение”, нашли свое всестороннее  художественноифологическое отражение важнейшие проблемы прото-тюрков. В кратком виде они были даны в произведении жившего и творившего в где то 9 в. тюркского ученого Махмуда Кашгари “Дивану лугат ат-тюрк” (“Диван тюркских языков”). Эти дастаны до сих пор сохранили в себе художественно-мифологическое мировоззрение периода великого переселения народов. В истории развития устной народной литературы можно выделить несколько этапов. Среди фольклорных образцов, которые сохранили следы художественного мышления родоплеменного строя, превалируют анимистические и тотемистические мировоззрения, связанные с заговорами, проклятиями, прославлениями и т.п. В последующие периоды появляются уже такие эпические фольклорные жанры, как эпос, дастан, сказки, легенды, предания.

    Азербайджанский фольклор отличается богатством жанров. На протяжении всей истории такие жанры эпического фольклора, как сказки и дастаны и выражающие народную мудрость поговорки и пословицы, всегда оказывали сильное влияние на фольклор и классическую литературу соседних народов. А жизнь и быт народа нашли свое художественно-эмоциональное отражение в таком лирическом жанре, как баяты. Своеобразная поэзия древнетюркских народов главным образом создавалась на основе слогового принципа. Несмотря на то, что число слогов варьируется в зависимости от стихотворных форм, длинные эпические произведения и дастаны создавались семисложником. Каждое полустишие одного из богатейших жанров азербайджанского фольклора, баяты, также состоит из 7 слогов.

    Фольклорные жанры подразделяются на такие две группы, как архаические и современные. Среди архаических фольклорных жанров основное место занимают заговоры, колдовство, клятвы, молитвы, приветствия, гадания и проклятия. На протяжении всего периода формирования фольклора эти жанры постоянно пополнялись новыми образцами.

    Выделяются трудовые песни и обрядовый фольклор, связанные с какими-либо процессами или событиями. В свою очередь обрядовый фольклор охватывает сезонные обряды, обряды, связанные с различными природными явлениями, бытовые обряды, а также свадебные и похоронные.

    Одним из богатейших жанров азербайджанского фольклора – баяты. Баяты позволяют в основном выразить лирико-философские чувства человека в краткой поэтической форме. Среди образцов этой поэтической формы можно выделить колыбельные песни, траурные причитания, песни чобана, пахарей, заклинания, назлама и т.д. Кроме этого, к данной поэтической форме относятся также такие образцы, как баяты-баглама, баяты-деишмя, баяты-загадки.

    Одними из широко распространенных фольклорных жанров лирического фольклора являются и народные песни – поэтические тексты различной формы, положенные на определенный музыкальный мотив. Такие народные песни, как “Ай лоло”, “Аман нене”, “Сона бюльбюлляр”, “Сусян сюнбюль” и другие, до сих пор остаются в репертуарах певцов. По способу исполнения среди народных песен выделяются соло, хоровые песни и песни-дуэты.

    С хронологической точки зрения особое внимание обращают на себя легенды как один из жанров эпического фольклора. Основным признаком, отличающим легенды от других эпических жанров, является наличие фантастического элемента и движения событий. В отличие от волшебных сказок, которые также обладают данным признаком, в легендах сюжет не носит завершенный характер и является лишь описанием какого-либо отдельного эпизода. В зависимости от описанного объекта и смысла легенды в азербайджанском фольклоре подразделяются на космогонические, зоонимические, топонимические, этнографические, религиозные, исторические, героические и другие. К самым древним образцам легенд относятся те, которые рассказывают о происхождении вселенной, мира и неба. Были широко распространены также мифы о птицах и животных. Есть легенды, которые рассказывают об удодах, голубях, змеях, медведях, волках и других птицах и животных. Топонимические легенды – это те легенды, которые рассказывают о различных географических объектах.

    Один из видов эпического жанра в фольклоре – предания – рассказывают нам о различных событиях прошлого или о поучительном опыте различных личностей, живших в прошлом. Сюжетная линия преданий относительно узка, а количество участников ограничено. Предания подразделяются на этимологические, толковые и повествующие об исторических личностях.

    Сказки, после легенд и преданий, являются наиболее распространенным видом эпического фольклора. Они подразделяются на три большие группы: 1) волшебные; 2) о животном мире; 3) бытовые. Основным жанровым признаком данного вида фольклора является завершенность сюжета, а также использование казуистики, то есть причинно- следственных связей. Волшебные сказки, составляющие по численности большинство, обладают такими элементами, как нереальность, фантастичность, а также наличием в ходе развития событий сильной условности. Сюжет сказок в основном строится на борьбе добра и зла, и в конечном итоге обязательно побеждает добро. Образы, участвующие в сказках, схематически можно разделить на 2 группы: помощники положительного и помощники отрицательного героев. Ввиду того, что положительный герой вызывает сочувствие рассказывающего сказку и слушающего, то для их победы используются различного рода способы и пути.

    Пословицы и поговорки Пословицы и поговорки, являющиеся обобщающим продуктом многовекового опыта народа, были широко распространены в тюркском мире, а иногда являлись даже своего рода моральным кодексом. Первые образцы этого жанра нашли свое место в таких классических письменных памятниках, как “Дивану лугат аттюрк”, “Китаби Деде Коркуд”. Одним из ценных памятников азербайджанского фольклора являются специальные сборники пословиц – “Огузнаме”, показывающие мудрость огузских племен.

    К кратким образцам эпического фольклора относятся также анекдоты. Последние характеризуются острой иронией, тонким юмором и мудростью. В азербайджанском фольклоре преимущество составляют анекдоты, связанные с именами Молла Насреддина и Бахлул Дананда. Поэтическая особенность анекдотов состоит в том, что они дают меткий и убедительный ответ и имеют неожиданный финал.

    Одним из фольклорных жанров, целью которого является воспитание нового поколения, а также развитие у детей способности быстро думать, являются загадки. Они строятся на перечислении различных признаков какого-то предмета или события и на основе узнавания данного предмета или события посредством ассоциаций. Основной целью создания загадок является развитие мировоззрения у детей, усиление навыков ассоциативно мыслить и в конечном итоге – воспитание многосторонне развитой личности.

    Драматические жанры азербайджанского фольклора представлены народными играми и сценическими представлениями. Типичным примером такого рода драм является драма “Кесакеса”. Широко распространенные после принятия ислама траурные мистерии по гибели святых, тоже относятся к народным драмам.

    Значительная группа образцов азербайджанского фольклора была создана специально для детей. Они представлены лирическими, эпическими и драматическими типами. К лирическим относятся колыбельные, причитания, ласки, детские песни; к эпическим – загадки, скороговорки, шутки, детские сказки; к драматическим – детские игры и представления.

    В истории развития азербайджанского фольклора особое место занимают средние века. В 16–18 вв., когда жанр дастана особенно широко развился, появились такие крупные мастера слова, как Гурбани, Туфарганлы Аббас, Сары Ашуг, Хястя Гасым. В этот период были созданы такие любовные дастаны, как: “Гурбани”, “Ашуг-Гариб-Шахсенем”, “Асли-Керем”, “Аббас-Гюльгяз”, “Шах Исмаил-Гюльзар”, “Тахир-Зохра”, “Алыхан-Пери”, “Арзу- Гамбар”, а также героический эпос “Кероглы”. В отличие от любовных дастанов, “Кероглу” состоит из различных частей и продолжает традицию “Китаби Деде-Коркуда”, поэтому его называют эпосом. И хотя в основе сюжета “Кероглу” лежит конкретное историческое событие 16–17 вв., произошедшее на территории Турции и Азербайджана, –восстание джелалидов, во времена дальнейшего формирования этого литературного памятника в него были добавлены дополнительные сюжеты, иногда и мифические мотивы. Сюжет “Кероглу”, оказавший большое влияние на туркменский, узбекский, таджикский, армянский и грузинский фольклоры, способствовал созданию аналогичных дастанов.

    Ввиду того, что образцы фольклора являются преимущественно анонимными, то есть без автора, ашыгская литература, авторы которой известны, занимает особое место в азербайджанском фольклоре. Самых крупных представителей ашыгского искусства часто именуют как “устад ашыг”. Среди первых устад ашыгов азербайджанского фольклора называется Гурбани. Определенные сведения о нем можно почерпнуть из истории Сефевидов и дастана “Гурбани”. Известный в источниках также под именем “Дирили Гурбани” он родился в селении Дири, которое ныне располагается на территории Джебраильского района. Затем, по определенным причинам ашыг был сослан в Южный Азербайджан и, попав в Тебриз во дворец Шаха Исмаила, добился его расположения и жил некоторое время во дворце.

    Баяты Состоят из четырех строк, каждая строка – из 7 слогов. Система рифмов в основном – в виде а-а-б-а. Исторически в тюркскоязычной поэзии отдавали предпочтение джинасу (омонимы), что подтверждается множеством примеров, где используется джинас. Одной из форм баяты является та, в которой рифмуются только первые две строки. Такого рода баяты часто под названием хойрата встречаются в Керкукском фольклоре. Обычно в баяты первая и вторая строчка играют роль подготовки для перехода к основной мысли.

    Устад ашыг Туфарганлы Аббас жил и творил в период правления Шаха Аббаса I (1587–1629), но был не в ладах с дворцом. То, что творческая фантазия народных мастеров сильнее дворцовых служащих, нашло отражение в дастане “Аббас-Гюльгяз”.

    Творивший в 17 в. Сары Ашыг был более известен как автор баяты. Из источников 17 в. нам становится известно, что он влюбился в девушку по имени Яхшы, но эта любовь закончилась трагически.

    Одним из талантливых мастеров 17 в. был Хястя Гасым. Этот устад ашыг очень известен своими шедеврами – мудрыми гошма, посвященными различным сферам жизни человека и общества.

    Традиции ашыгского искусства в конце 18 – начале 19 вв. продолжились в Южном Азербайджане. Здесь в этот период сформировался как устад ашыг Ашыг Валех – герой дастана “Валех-Зярнигяр”.

    Традиции трехсотлетнего ашыгского искусства Азербайджана послужили толчком к появлению в 19 в. такого крупного мастера, как Ашыг Алескер (1821–1926). В творчестве Ашыга Алескера лирические и нравственно-дидактические мотивы были органически объединены. Этот народный творец оказал сильное влияние как на дальнейшее ашыгское искусство, так и на развитие стихосложения.

    Азербайджанское устное народное творчество, в частности ашыгское, оказало сильное влияние и на литературу соседних народов. Так, например, ряд грузинских и армянских поэтов творили на тюркском языке. Армянский поэт 18 в. Саят Нова большинство своих стихов написал на тюркском (азербайджанском) языке.

    Изменения в общественно-политическом образе жизни, начало промышленно-технической эпохи позволили  спасти от исчезновения образцы мифологии и народного фольклора: они были собраны и записаны. Однако даже имеющиеся сегодня образцы народного фольклора все равно не передают всего богатства устного народного творчества.

    Первые образцы азербайджанского фольклора дошли до нас в письменном виде благодаря “Истории” Геродота (5 в. до н.э.). В ней были упомянуты такие мифы, как “Астиаг”, “Томирис” и другие, являющиеся результатом народного творчества, в которых объяснялись причины падения древнего азербайджанского государства – Мидии и ее захват Ираном. С современной точки зрения это не только исторический, но и литературный памятник, в котором Геродот весьма художественно использовал легенды, позволившие ему создать впечатляющие психологические сцены. С этой точки зрения наиболее интересной является легенда “Томирис”. Мидийская правительница Томирис, победившая иранского правителя, который вторгся в Мидию с целью захвата страны, опустила его отрубленную ею голову в бурдюк с кровью, сказав “пускай напьется…”.

    В легенде “Астиаг” мифологический оттенок еще сильнее. Основные события здесь строились на основе сновидений и предопределения судьбы. Беспомощность человека перед судьбой, начертанной ему высшими силами, показана на примере трагедии Астиага. Аналогичные мотивы были широко распространены в литературе многих стран древнего мира, в частности, в античной греческой литературе.

    Ашыгская литература Ашыгская литература является составной частью искусства ашыгов. Богатый по смысловому содержанию, разнообразный по формам, он тесно связан с мелодией саза. Основными жанрами ашыгской литературы являются баяты, герайлы, гошма, мухаммас, тяджнис, дастан и т.д. Она в основном создавалась и передавалась в устной форме. Оказала сильное влияние на письменную литературу, многие поэты писали свои произведения в духе ашыгского творчества.

    Самым большим и древним дошедшим до нас письменным памятником азербайджанского фольклора является эпос “Китаби Деде-Коркуд”. Хотя отдельные образы и мотивы данного эпоса оказали большое влияние на азербайджанский фольклор и классическую литературу, в целом в устном народном творчестве они не сохранились. Поэтому дастаны “Китаби Деде-Коркуд” исследуются также и как образцы письменной литературы.

    Древняя литература. Самым древним образцом азербайджанской письменной литературы является книга “Авеста”, появившаяся в 6 в. до н.э., авторство которой приписывается Зороастру. Тут, помимо монотеистических взглядов азербайджанского народа, нашли свое худо жественное отражение представления на тему борьбы добра и зла. Произведение было написано в форме обращений главы добрых сил Зороастра к богу АхуреМазде (Хормузде). В самой лучшей с художественной точки зрения части “Гаты”, были отражены философско-нравственные мысли Зороастра о человеке и обществе, природе и индивидууме. В первоначальном виде “Авеста” до нас не дошла. Это произведение было сожжено Александром Македонским в 4 в. до н.э., и после этого отдельные фрагменты, сохранившиеся в памяти у зороастрийских жрецов, были собраны в один сборник и переведены на пехлевийский язык. В “Авесте” представлены основные положения мифологических мировоззрений азербайджанского народа. В частности, в ней приведены мифологические мотивы о сотворении вселенной, появлении первого человека, “золотого периода” человечества, первого греха человека и гнева бога, ниспославший на людей беспокойства, болезни, беды, являющиеся элементами, широко распространенными у многих народов мира.

    Монография Х.Г.Короглы “Взаимосвязи эпоса народов Средней Азии, Ирана и Азербайджана”. Москва, “Наука”, 1983.

    Дастаны Деде Коркуда, уходящие корнями в мифологическое мировоззрение, были в 11 в. собраны в сборнике “Китаби Деде-Коркуд”, а те копии, которыми мы расI.N.Iaeiaoполагаем, являются переписанными в 16 в. рукописями. По мнению одного из первых ученых, кто приступил к изучению данного памятника, немецкого востоковеда Генриха Фридриха Дица, некоторые представленные в рукописях мифологические сюжеты, к примеру сюжет о Тяпягозе, дали пищу аналогичным сюжетам в литературе древней Греции. Если сравнивать образ Тяпягоза в “Китаби Деде-Коркуде” и образ Полифема в Гомеровской “Одиссее”, то первый намного древнее. До сегодняшнего дня известны 2 рукописи “Китаби Деде-Коркуда”. Одна из них была увезена из Стамбула немецким востоковедом Г.Ф. Дицем в Германию и там подарена Дрезденской библиотеке. Она состояла из одного предисловия и 12 песен (отдельные эпизоды в дастане именуются песнями), а другая, найденная в 50-х годах 20 в. в Ватикане, состоит из предисловия и 6 песен.

    По традиции авторство дастанов приписывается Деде Коркуду. Историки 14 в. Айбек ад-Давадари и Фазлуллах Рашидаддин писали, что Деде Коркуд жил во времена пророка Мухаммеда и был послан к нему тюрками в качестве посла. В предисловии к “Китаби” как раз и пишется, что он жил во времена пророка Мухаммеда. Основной сюжет дастанов был отражен в 12 песнях.

    В ряде песен дастанов Деде Коркуда можно заметить следы мифологического мировоззрения. К примеру, в песне “Дели Домрул” наличествуют остатки традиции об умирающем и заново рождающемся боге, что можно связать с религиями того периода, эти дастаны были записаны. Образ Азраила здесь, как и во многих песнях, был приспособлен к общему духу произведения. Именно благодаря мотиву смерти-воскрешения данная песнь перекликается с древними шумерскими, вавилонскими и египетскими мифами.

    Хотя в “Китаби Деде-Коркуде”, как и во многих средневековых дастанах, рассказы и стихи чередуются, используемые тут стихи имеют мало общего с поэтическими законами средневековья. Некоторые исследователи полагают, что “Китаби Деде-Коркуд”, как и некоторые древние тюркские дастаны, был полностью создан в стихах, но поскольку в памяти остались только основные мотивы, во время его переписки стихи были восстановлены в прозе (в дрезденском экземпляре стихи выделены красными чернилами).

    Основную суть песен Деде Коркуда составляют: необходимость защиты родины и народа, борьба не на жизнь, а на смерть представителей добрых сил древних огузов с темными силами –иноземными захватчиками, не потерявшие своей значимости и сегодня большое количество нравственно-дидактических взглядов. В 1950-х годах под идеологическим давлением советского тоталитарного режима “Деде Коркуд” как памятник народного творчества, разжигающий межнациональную рознь, был запрещен и реабилитирован только в 1960-е годы.

                 Титульная страница дрезденского экземпляра эпоса “Китаби-Деде Коркуд”.  

    Как и литература многих народов мира, литература Азербайджана изучается по как уже это двум принципам. Первый из них – это территориальный, второй – этничес кий. На основе территориального принципа литературно-культурные памятники этнических групп, которые проживали на территории Азербайджана на протяжении всей истории и участвовали в формировании этногенеза азербайджанского народа, относятся к памятникам азербайджанской литературы. А с точки зрения этнического принципа к ней относятся мифология и фольклор тюркских народов, в том числе азербайджанские. В создании письменных памятников периода с 4 в. до н.э. по 13 в. н.э. азербайджанский народ также принимал участие.

    Образцами азербайджанской письменной литературы, в общетюркском контексте, после “Авесты” являются пословицы на тюркском языке, приведенные в 328 г. до н.э. в китайских источниках, и надписи на камне, представляющие собой пример общетюркской литературы и относящиеся к 6–8 вв. Хотя эти образцы и несут характер эпитафий-анналов правителей, их художественное достоинство тоже велико, так как они формируют представление о развитии тюркского литературного языка и формировании системы образов того времени. Изучению поэтических особенностей данных образцов были посвящены специальные исследования, проведенные в Европе, а также в России, Турции и Азербайджане. Литературными памятниками азербайджанского народа, которые считаются и общетюркскими, являются также переводы и подлинники поэтических произведений, записанных в 8–11 вв. на Дальнем Востоке.  То же самое можно сказать и о записанных в 11 в. в Восточном Туркестане “Гутадгу билик” Баласагунлу Юсиф Хас Хаджиба, “Дивану лугат-ит-тюрк” Махмуда Кашгари, “Дивани-хикмет” Ахмеда Ясави, “Атабатуль-хягайыг” Ахмета Югняки. Среди них особое место и значение принадлежит “Гутадгу билик”, который именуется также “Тюркским Шахнаме”. В данном произведении, написанном как ответ на эпос “Шахнаме” иранского поэта Фирдоуси, мотивы героизма уступили свое место неотъемлемым чертам тюркского менталитета, таким как мудрость, миролюбие и дидактика. В произведении, написанном, как и “Шахнаме” Фирдовси, размером мутагариб, основанном согласно тюркским литературным традициям, на долготе слогов, были также использованы 11- сложные размеры четверостиший. Поэт посредством символических образом, показывает оптимальные пути управления государством и призывает правителей к справедливости, к заботе о народе, обеспечению безопасности страны. В произведении, написанном высоким поэтическим литературным языком, можно встретить также описание красивых природных пейзажей.

    “Сказание о разграблении дома Салур Газана”. Иллюстрация на “Китаби-Деде Коркуд”. Художник М. Абдуллаев.

    Произведение Махмуда Кашгари имеет большое значение, так как им было записано и таким образом сохранено большое количество образцов тюркской мифологии и фольклора. К примеру, в элегии, посвященной смерти тюркского правителя Алп Ар Тонги, жившего в 7–6 вв. до н.э., отображаются все особенности тюркского художественного мышления. В то же время тут есть лирические отрывки, отражающие искренние любовные чувства, а также поэтические описания природы. Так как легенды и предания о происхождении названий тюркских племен и родов представляют большой интерес, они также могут быть рассмотрены в качестве литературных источников.

    По своему выгодному географическому положению Азербайджан, находящийся в точке пересечения торгово-экономических связей многих стран, одновременно на протяжении многих столетий является местом объединения различных культур и литератур.

    Не случайным является тот факт, что страна, выделяющаяся своими фольклорными традициями, с конца 10–начала 11 вв., стала в сфере письменной литературы занимать ведущие места на Ближнем и Среднем Востоке, а благодаря своим оригинальным идейно-эстетическим особенностям начила влиять на другие литературы. Расцвет искусства в Азербайджане в 11-12 вв. был связан с деятельностью талантливых личностей, которые сформировались в период сложных социально-экономических и культурных условий. Поэтическая школа опиралась на традиции богатой многовековой азербайджанской устной литературы, исламской литературы Ближнего и Среднего Востока и даже античной литературы. Существовавшая в то время албанская письменность, возникшая на территории Азербайджана в 5 в., также является одним из источников классической письменной литературы. Написанный албанским поэтом Давдаком плач на смерть албанского правителя Джаваншира, по многим признакам очень похожа на плач по случаю смерти тюркского правителя Алп Ар Тонги.

    Из проживавших в центрах Арабского халифата Медине и Мекке в 7–8 вв. азербайджанских поэтов можно выделить таких, как Абу Мухаммед Башшар оглу, Муса Шахават и Исмаил Ясар. Их стихи отличались от арабской поэзии того периода своим критическим духом, оригинальными творческими особенностями. Традиция писать на азербайджанском языке среди азербайджанских писателей существо-вала до 11–12 вв. Такие деятели, как Хатиб Тебризи, Масуд Намдар оглу создали и обогатили литературу Азербайджана образцами именно на данном языке. Видный филолог своего времени Хатиб Тебризи имел заслуги и в сфере литературоведения. Его труд “Шархул-Хамасэ”(“Комментарии к “аль-Хамасэ”) уже около тысячи лет пользуется популярностью среди востоковедов и литературоведов.

    Деде Коркуд Создатель и художественный образ самого древнего дастана азербайджанских тюрков “Китаби Деде-Коркуд”. Предполагается, что он жил во времена пророка Мухаммеда, в 7 в. Деде Коркуд “был огузским мудрецом. Что он говорил, то и должно было быть. Сообщал различные новости об отсутствующих. Вдохновлял душу Хаг Таала. Он решал проблемы огузского племени. По любому делу нужно было рассказать все Коркуду, без этого не делалось дело. Что бы ни приказал, все принималось”. Деде Коркуд решал проблемы огузов, давал имена богатырям и придавал красоту пирам. Деде Коркуд является синтезом реальности с художественной фантазией.

    В произведениях азербайджанских поэтов, писавших в дали от родины на арабском языке в контексте исламской культуры, можно проследить тоску по своей отчизне. Азербайджанская поэтическая школа, бывшая своего рода событием и направлением среди литератур Ближнего Востока, стала проявлять отличительные признаки впервые именно в арабоязычной литературе. Это – красочное описание природы, критическое отношение к общественной жизни, справедливые взгляды на правовые проблемы женщин, глубокий демократизм, уважение к личности человека, решительность в позиции гуманизма и т.д.

    С 11 в. с творчеством, Гатрана Тебризи (1012-1088) связано начало использования в поэтической школе Азербайджана другого языка – языка дари и вступление ее в новую эпоху развития. Несмотря на то, что дошедший до нас “Диван” Гатрана состоит просто из касыд, посвященных правителям своего времени, использованные во введениях чудесные описания природы сыграли важную роль в последующем развитии Азербайджанской поэтической школы. Гатран Тебризи как поэт-лирик своими рубаи и газелями сыграл важную роль в развитии азербайджанской литературы и усовершенствовании ее поэтических особенностей.

    Вхождение Азербайджана в 1054 г. в состав созданного огузскими тюрками государства Сельджукидов не только дало толчок развитию науки, литературы и искусства, но и позволило завершить формирование тюркскоязычного азербайджанского народа. В произведениях крупнейшего поэта 11 в. в Азербайджана Гатрана Тебризи оставили глубокий след тюркско-азербайджанского духа, много слов и реалий, свойственных азербайджанскому языку. В лексиконе у Гатрана Табризи часто можно встретить такие тюркские слова, как “чувал”, “чинаг”, “бекмез”, “таг”, “юн”, “аяг” и т.д. Часто, когда поэт не мог найти в арабском и персидском языках соответствующей рифмы, он вынужден был обращаться к родному языку. Без преувеличения можно сказать, что поэзия Гатрана Тебризи – это язык поэта, который думал на азербайджанском (тюркском) языке, а писал на персидском, что было свойственно всей азербайджанской персоязычной литературе. Это признает также известный иранский поэт и ученый, живший в одно время с Гатраном Тебризи и знавший его лично, Насир Хосров, который утверждает в своем труде “Сяйахатнаме” (“Книга путешествий”), что Гатран сам плохо знает персидский.

    В 12 в. основательно формируется азербайджанская поэтическая школа, давшая в этот период таких корифеев, как Низами Гянджеви, Хагани Ширвани, которые повлияли на литературу не только Ближнего и Среднего Востока, но и всего мира. В отличие от персоязычной Хорасанской литературной школы, которая использовала в большинстве архаические слова, что затрудняло выражать сложные философские воззрения, представители азербайджанской персоязычной литературы в своих поэтических произведениях, используя арабские слова и выражения, еще более обогатили его и подняли на новую ступень развития. Тем самым стало намного удобнее выражать тонкие поэтические намерения и глубокие философские мысли. Под меценатством Азербайджанских Государств 12 в. Атабеков и Ширваншахов в дворцовой литературной среде сформировались такие поэты, как Абульула Гянджеви (1096–1159), Мехсети Гянджеви (1089–1183), Хагани Ширвани (1126–99), Фелеки Ширвани (1126–60), Муджиреддин Бейлагани (?–1190), Иззядин Ширвани (?-?), чьи произведения до сих пор сохранили свою художественно-эстетическую значимость. Они посвящали шахам панегирики, но не ограничивались ролью наблюдателя, а разоблачали гнет и несправедливость в обществе, за что в итоге терпели невзгоды. Большая часть поэтов этого времени пережила трагедии и так или иначе была наказана за свои стихи гуманистического направления. Возникшие в это время такие особые поэтические жанры, как шикаятнаме и хябсийя, свидетельствуют о переносимых ими мучениях и страданиях. Без сомнения, высокопоставленные дворцовые служители были основной причиной лишений и страданий поэтов. Угроза ареста Абульула, арест Хагани и Фелеки были характерным явлением для дворцов того времени, а по свидетельству тезкире, такой же страх в свое время испытала и Мехсети Гянджеви. Представители поэзии, которые появились во дворцах, чтобы убедить своих правителей в невиновности поэтов, создали особый жанр – гясямнаме, состоящий от начала до конца из клятв.

    При чтении “хябсиййя”(“Тюремные стихи”) Хагани открывается сущность средневековой феодальной среды, направленной против свободы человека, поэт словно обращаясь в будущее, призывает к тому, чтобы люди извлекали уроки из прошлого, не допускали пробуждения звериных инстинктов. Молодые поэты, которые не выдерживали ослепительного блеска дворцовой роскоши, с годами приходили к пониманию поверхностности и временности всего этого, а осознание того, что вечными ценностями являются гуманизм и любовь, сильно влияло на их творчество, оно резко качественно менялось, усиливалась общественно-философская значимость их произведений.

    Представителям азербайджанской поэтической школы 13 в. были свойственны профессионализм, умение максимально использовать поэтические возможности слова и закрепившаяся в качестве поэтической единицы многозначимость мысли. Помимо этого, была сильна и склонность к народному творчеству, фольклорным образам, словам и выражениям живого народного языка, афоризмам.

    Творчество Афзаладдина Хагани Ширвани – одного из крупнейших поэтов своего времени, отличалось глубиной образов и научностью. Будучи знатоком большинства наук исламского Востока, он преподносил их посредством сладкого, доставляющего удовольствие пленительного поэтического языка. Хагани одним тонким намеком мог выразить мысль, которая вмещала в себя целое произведение. В своих произведениях он иногда использовал эзопов язык и широко пользовался поэтическими символами. Поэме “Тохфетул-Ирахан” (“Дар двух Иранов”; 1156,) считающиеся первым в Азербайджанской литературе эпистолярным двустишием. Хагани посредством ряда символов и намеков сумел раскрыть и показать глубокие противоречия между собой и окружающей средой. Творчеству Хагани так же, как и творчеству Низами, свойственна склонность к диалектическому развитию. Эти поэты всегда смотрят на природу и общество с точки зрения развития и совершенствования. В этом аспекте особенно творчество Низами составляет в общей мировой литературе целую эпоху. Хагани Ширвани, не выдержав давящей среды дворца в Шемахе, совершил паломничество в Мекку и, после этого решив больше никогда не возвращаться во дворец, остался в Тебризе и там же скончался. Могила поэта находится там в “Мавзолее поэтов” на Сурхабском кладбище.

    В произведениях Хагани основное место занимают философские раздумья о вселенной, мире, человеке, обществе, жизни и смерти. Некоторые его взгляды по этому поводу до сих пор не утратили актуальности и сохраняют свое воспитательное значение. На произведение Хагани “Миратус-сяфа” (“Зеркало прозрачности”), именуемое еще как “касыдой шинийя” ввиду того что все рифмы в нем оканчиваются на букву “ш”, множество крупных поэтов Востока написали подражание. В философско-дидактическом произведении поэта “Руины Медаина”, помимо раздумий поэта о бренности жизни и вероломстве мира, образно пропагандируются мысли о том, что люди должны друг к другу относиться дружелюбно, справедливо, заботливо, с уважением друг к другу.

    В азербайджанской литературе Хагани известен также, как один из крупных лирических поэтов. В его газелях и рубаи были заложены основы самых лучших традиций азербайджанской школы поэзии. Одна из особенностей азербайджанской поэтической школы, которая проявлялась в творчестве Хагани, это глубокая любовь к тюркизму. Впоследствии данное свойство достигло своей вершины в творчестве Низами.

    Среди представителей азербайджанской школы поэзии 12 в. был поэт-философ, Шихабеддин Сухраверди (1154–92) родом из Южного Азербайджана. Создавший на основе философии эманации древнегреческого философа Платона философию “ишрагийе” и представивший ее в художественном виде Шихабеддин Сухраверди, известный в истории литературно-философской мысли под именем Шейх Ишраг, подготовил почву для появления своих последователей. Из-за пропаганды в своих произведениях победы человеческого разума, гуманизма, идей общественной справедливости поэт и философ, проживший всего 38 лет, вызывал недовольство реакционного духовенства и был по их фетве казнен. Его различные научно-литературные трактаты, в особенности труд под названием “Памятники света”, до сих пор пользуются большим влиянием на исламском Востоке.

    Поэтесса 12 в. Мехсети Гянджеви считается вторым на Востоке устадом (мастером) в жанре рубаи после Омара Хайяма. Но, в отличие от Хайяма, в полустишиях и бейтах, посвященных красоте, уму и способностям конкретного человека наблюдается отражение азербайджанско-тюркской литературно-культурной и общественной среды. Данный факт подтверждают рубаи, посвященные Султану Санджару во время пребывания Мехсети у него во дворце. Доказательством популярности жизни и биографии Мехсети Гянджеви является созданный о ней в народе дастан “Амир Ахмед и Мехсети”.

    “Хамсе”

    В классической литературе Ближнего и Среднего Востока сборник из 5 произведений. Первый образец “Хамсе” был создан Низами Гянджеви (1141-1209). Впоследствии индийский поэт Амир Хосров Дехлеви (1253-1325), узбекский поэт Алишер Навои (1441- 1501) и другие поэты создали “Хамсе” на основе близких к Низами сюжетов. Поэмы, входящие в “Хамсе”, могут быть написаны либо одним стихосложным размером, либо различным. Создание “Хамсе” в среднее века считалось своего рода экзаменом на профессионализм.

    В этот же период вдали от дворцов создается другое направление азербайджанской литературы, которое постепенно оказывает все большее влияние на литературно-культурную среду. Такие мастера слова, как Гивами Мутарризи (?-1190), Низами Гянджеви (1141-1209), составляли демократическое крыло литературы своего времени. Для них литература, поэзия были не средством существования, а средством выражения идейно-художественных мыслей под влиянием патриотических и гуманистических чувств, исходящих из глубины сердец, средством облегчения человеческой жизни и быта, средством пропаганды человеческого счастья. Низами Гянджеви своими бессмертными поэмами (“Сокровищница тайн”, “Хосров и Ширин”, “Лейли и Меджнун”, “Семь красавиц”, “Искендернаме”) привнес в мировую литературу новое дыхание, новый поэтический голос. Поэт посредством своего литературно-философского гения прекрасно понимает это и делает пророческие предсказания по поводу бессмертия своего творчества. Наследие Низами всегда служило источником вдохновения для поэтов – как на Востоке, так и на Западе было написано свыше 500 подражаний на его произведения.

    Азербайджанский поэт Низами, известный всему миру, как “гянджинский гений”, является всемирным, поскольку, судя по наследию, ему удалось мастерски синтезировать ценности Востока и Запада, античные литературно-культурные ценности. Творчество Низами по сути можно расценивать, как новый этап классического периода, так как именно посредством возвышенных гуманистических мыслей поэта происходит пробуждение от средневековой мистики, мы становимся свидетелями логического, рационального способа отношения к смыслу и значимости человека, предметов, событий и жизни общества. Человек родился для того, чтобы быть счастливым, и этот божественный промысел никакие злые силы изменить не сумеют. В этом и состоит основная идея творчества Низами. Та же идея чуть позже обнаруживается в творчестве представителей европейского Ренессанса.

    Каким бы крупным мыслителем или даже гением не был Низами, он был сыном своего времени. И к предположениям, согласно которым Низами якобы совершил открытия в области астрономии, физики, медицины, опередив свое время на сотни лет, следует относиться с осторожностью. Гений Низами – в серьезности его творчества, в вечных гуманистических идеях и мыслях, и оригинальных бессмертных образах, никогда не теряющих своей значимости.

    Бессмертие творчества Низами еще и в том, что он затронул проблемы психологии человека и показал пути их решения. Возможно, роль литературы в истории человечества и развитии культуры стоит искать именно в этом. Если бы азербайджанское устное народное творчество и письменная литература, во главе которой стоит такой гений, как Низами, не вели этико-дидактическую пропаганду на протяжении столетий, то во насилия и гнета, бесправия и несправедливости всемирном масштабе было бы больше, все современные достижения цивилизации остались бы только мечтой. Последовавшая вслед за достижением вершины творчества Низами глобальная катастрофа – монгольское нашествие не уничтожило в кострах наследие великого поэта, которое порою своим способом мышления намного опережает нынешнее время.

    Одной из причин, позволяющих считать творчество Низами бессмертным, является художественное решение общественных проблем. Поэт считает, что во главе общества должен находиться умный, просвещенный правитель, обеспечивающий гармоничные отношения между людьми в обществе. Ввиду того, что правитель – это личность, стоящая во главе общественной среды, здоровье данной среды во многом зависит от его личных качеств. Основная проблема, заложенная поэтом во всех произведениях, состоит в том, что властелин должен выполнять взятые перед богом обязательства и никогда не отклоняться от пути борьбы за счастье подчиненных ему людей. И только в этом случае будут обеспечены гармоничные отношения в обществе и реализована цель бога, поставленная им при создании человека.

    “Султан Санджар и старуха”. Миниатюра на рукопись “Хамсэ” 1539–43 гг. Художник Султан Мухаммед. Британский музей. Лондон.

    Как и многие поэты своего времени, Низами, начав свое творчество с лирических стихов – касыд, рубаи и газелей, в короткие сроки создал свой “Диван” и стал известным. До конца своей жизни он писал лирические стихи, и в них в лаконичной форме выражал то, что ему не удавалось выразить в крупных поэмах. Это различного рода насущные и философские проблемы. Во всех поэмах, начиная с первой – своей поэмы “Сокровищница тайн” (1174) и до последней “Искендернаме” (1203), поэт постоянно затрагивал актуальные вопросы своего времени, вечные вопросы человечества. Это составляет концепцию бессмертного творчества Низами. Впоследствии пять поэм Низами были объединены в “Хамсе” (“Пятерица”), и под таким названием они стали известны в литературах Ближнего и Среднего Востока. Многие последователи Низами пытались создать “Хамсе”, как у бессмертного поэта, но мало кому удалось сделать это.

    Первая поэма Низами “Сокровищница тайн”, в отличие от остальных поэм “Хамсе”, не обладает единой сюжетной линией. Но в ней профессионально использовано освещение различных проблем посредством отдельных рассказов и повествований. Для этого поэт обращался к различным источникам своего времени, в том числе и к народному фольклору, и ему удалось показать все это на высоком художественном уровне. Поэма состоит из традиционной вводной части и 20 рассказов. Своей первой поэмой Низами фактически заложил основу новой эпической традиции и новой литературной школы. Иранский поэт Санаи использовал такую форму до Низами, но будучи предшественником Низами по форме, его произведения несли чисто классовый характер, в них не были затронуты те проблемы человечества, которые освещал Низами.

    Поэма Низами “Хосров и Ширин” является первой в числе поэм с романтическим сюжетом. Хотя сюжет произведения и построен вокруг биографии представителя династии Сасанидов, ни у кого не вызывает сомнения тот факт, что он представлял события, личности и проблемы своей среды. Низами не создает историко-легендарное произведение, как это делал его предшественник иранский поэт Фирдовси, а определяет жанр свой поэмы, как “хявяснаме” и посвящает его воспеванию любви. Не случайным является тот факт, что из жизни Хосрова Пярвиза внимание акцентируется на тех моментах, которые связаны с азербайджанской царицей Ширин, которая иногда становится чуть ли не главной героиней произведения. Низами, в отличие от предшественников, создавал гимны временным рвению и страсти, он создал гимн любви, которая возвышает человека на божественный уровень, делает его духовно богаче и умнее.

    Низами, отображая, согласно основам романтического произведения, динамическое развитие характера героя, в конце поэмы показывает, какие поразительные изменения произошли в главном герое под влиянием любви, способствуя превращению его в идеального человека. Поэт связывает трагедию Хосрова с другим историческим событии ем, с письмом, написанным пророком Мухаммедом Хосрову с приглашением приобщиться к исламской религии, с отказом от шаха, уничтожившего данный документ. Данный сюжет был дополнением к эпилогу поэмы.                                                                                               

    Фархад – один из монументальных образов поэмы впоследствии вдохновил многих последователей Низами и стал одним из главных героев целого ряда поэм.

    Описание и воспевание божественной, чистой любви, увековечивающей имя человека, возвышающей его, нашло своё отображение в третьем произведении эпопеи “Хамсэ” – “Лейли и Меджнун” (1188). В этом произведении, написанном по просьбе ширваншаха Ахситана, Низами своим волшебным мастерством добился создания бессмертной легенды о любви. В литературах Среднего и Ближнего Востока он считается первым художником, посвятившим этой теме поэму. Главный герой поэмы “Лейли и Меджнун” – прозванный в отвергавшем идею человеческой свободы обществе “меджнуном” (безумцем). Гейс и Лейли, превратились в символ человеческого желания свободно любить и радоваться. Произведение с совершенно новой точки зрения подходит и к одному из основных вопросов общества – вопросу о свободе женщины. Поэт выступает против нездоровых предрассудков, препятствующих свободе и развитию личности и общества, выдвигает и обосновывает мысль о рациональной свободе человека. Трагическим окончанием поэмы Низами обвиняет общественную среду, окружающую человека, страшные обычаи, дикие инстинкты, господ ствующие в ней, противопоставляя им естественную девственную природу, мир диких зверей. Поэт показывает, что чистые и первозданные животные, на которых неспособна повлиять общественная среда, всё же лучше понимают величие и недосягаемость Меджнуна и поэтому окружают его. И во вступительной части этой поэмы Низами дал художественное отражение ряда недостатков и безобразий, происходящих в человеческом обществе.

    Последние поэмы Низами “Семь красавиц” (1197) и “Искендернамэ” являются логическим результатом научных изысканий, наблюдений, проведённых поэтом в библиотеках. Тематику обоих произведений поэт определял сам лично и на пути художественного переосмысления общественного идеала воспользовался одним из философско-поэтических средств. Несмотря на то, что оба произведения были посвящены исторической тематике, Низами использовал историю в качестве фона, а в остальных случаях отождествлял реальную историю со своим эстетическим идеалом. С этой точки зрения поэмы по своей значимости могут рассматриваться логическим продолжением друг друга. А выдвинутая поэтом-гуманистом Низами основная идея заключается в поисках человеческого счастья и путей его достижения. Ввиду того, что в средние века основные обязательства за это выпадали на долю правителей, а не общества, то и требования, выдвигаемые в философских и художественных произведениях, предъявлялись именно к ним. В частности, Низами образом Искендера (Александра Македонского) показал возможно-сти человеческой деятельности на пути к достижению благосостояния и гармоничного развития просветительского и справедливого общества. С этой точки зрения образы правителей, созданные Низами, претерпевают на протяжении столетий своё эволюци онное развитие, все более соответствуя требованиям и желаниям общества. Описанные в произведениях правители от Хосрова (“Хосров и Ширин”), Бахрам Гура (“Семь красавиц”), Искендера (“Искендернамэ”) вплоть до “Игбалнамэ” (во второй части “Искендернамэ”) являются не просто правителями, они возвеличиваются до уровня пророков, отстаивая справедливость во всём культурном мире, а не только на своей родине – в Греции.

     

    Монография Г.Ю.Алиева “Темы и сюжеты Низами в литературах народов Востока”. Москва, “Наука”, 1985.

    Величие творчества Низами, его эстетических идеалов, давшее в последующие столетия мощный толчок развитию азербайджанской литературы, а также принципы гуманизма и демократии, заложенные этим гением, способствовали распространению гуманистических тенденций не только в литературе Азербайджана, Ближнего и Среднего Востоке, но и в ряде литератур Запада.

    Средневековая литература. С 13 в. стало стремительно расти число поэтов и мастеров слова, пишущих на родном языке. С этого времени древнейший период азербайджанской литературы завершается и начинается период средневековья.

    Такие поэты-лирики, как Иззеддин Гасаноглу и Шейх Сефиеддин Ардабили, подобно поэтам соседних народов, вместо эпических и лирических полотен, навеянных суфийско-мистическими идеями, предпочитают создавать образцы светской поэзии, близкой к реальной жизни. Написанные Гасаноглу три газели на тюркском и одна– на персидском языках, и небольшой диван Шейха Сефи дают полное представление о литературе на родном языке данного периода – Азербайджанском. Ощущаемые в газелях Гасаноглу в определенной степени суфийско-мистические идеи и образы свидетельствуют не о росте данного направления, а о тенденции к уменьшению. Сохранившиеся поэтические образцы характеризуют поэта как сильного художника с богатым творческим опытом.

    Зульфугар Ширвани (1190–1304), известный как поэт-полиглот, по собственному признанию, создавал лирические стихи на шести языках. Однако до нас дошел лишь написанный на персидском языке “Диван” поэта. Основу стихов этого дивана, изданного в Англии, составляет любовная лирика. Верный традициям азербайджанской поэтической школы поэт отдавал предпочтение воспеванию светской любви, реальной красоты. Художественный уровень дошедших до нас отдельных полустиший и бейтов, вошедших в диван, который был написан Зульфугаром Ширвани на азербайджанском языке, позволяет нам говорить о том, что поэт создал на родном языке прекрасные произведения.

    В образцах эпической поэзии 13 в. – поэме анонимного автора “Дастани-Ахмед Харами” и “Гиссеи-Юсиф” Гул Алини, объектом художественного изображения стали высочайшие гуманистические ценности исламской религии. Авторы призывают читателей к соблюдению основ шариата – добру, справедливости, гуманности, честности, совести, вере, пытаются удержать людей от совершения неподобающих человеку отрицательных поступков. В поэме “Дастани-Ахмед Харами”, написанной размером хезадж в форме месневи, подвергается критике самая отвратительная черта человеческого характера – злоба и ненависть, от которых страдает прежде всего сам человек, испытывающий подобные чувства. Данному факту в литературе придается соответствующее художественное подтверждение. В отличие от средневековых европейских рыцарских романов, основной целью здесь является не приукрашивание событий, а стремление в более убедительной форме донести до читателя поставленную в сюжете поэмы нравственную идею.

    В произведении “Гиссеи-Юсиф”, основанном на суре Корана “Юсуф”, пропагандируются такие человеческие качества, как честность и искренность, раскрыва ется их благоприятное воздействие на человека. Основу же сюжета, как и в мидийской легенде об “Астиаге”, составляет мотив сновидений. Несмотря на то, что фабулу поэмы составляет событие из суры Корана, в нее вошло много новых историй и преданий из разных источников и толкований, что способствовало завершенности сюжета. Другое достоинство поэмы заключается в том, что она, в отличие от других эпических произведений этого времени, была написана не арузом и не в форме месневи, а двенадцатисложником. Такая форма еще более приближает поэму к тюркской национально-художественной мысли, к созданной два века назад в Восточном Туркестане поэме “Кутадгу-билик”. В процессе написания поэмы автор наряду с мотивами и преданиями из Корана широко использовал и фантастические мотивы азербайджанского фольклора.

    Поэт Южного Азербайджана Хюмам Тебризи (1238-1312) был выдающимся общественно-политическим деятелем и одним из талантливейших поэтов своего времени. Известны его поэма на фарси “Дехнаме” (“10 писем”), “Диван”. В своем творчестве он часто обращался к искусству своего предшественника Низами Гянджеви, положительно отзывался о нем. Как и у Низами Гянджеви, главным направлением творчества Хюмама Тебризи было воспевание основных составляющих тюркского национального менталитета, гуманизма и человеческой красоты.

    Среди большого числа прозаических и поэтических произведений яркого представителя суфийского направления азербайджанской литературы Шейха Махмуда Шабустари (1287–1320) особого внимания заслуживает поэма “Гюльшани-раз”. В произведении, написанном в форме философских вопросов и ответов, поэт-мыслитеть предпринимает попытку благодаря своим знаниям ответить на многие научно-общественные проблемы, волнующие прогрессивную здравомыслящую интеллигенцию, передовых научных деятелей.

    В 14 в. такие азербайджанские поэты, как Сули Фагих и Мустафа Зарир также создали произведения на родном языке на тему “Юсиф и Зулейха” по мотивам Корана. К числу прекрасных образцов эпической поэзии на родном языке следует отнести и поэму другого мастера того же столетия Юсифа Маддаха “Варга и Гюльша”. Все эти произведения оказали определенное влияние на дальнейшее развитие эпической поэзии. Оценивая общий путь развития литературы данного периода, следует рассматривать 13–18 вв. как единый литературный процесс. Несмотря на то, что в этот промежуток времени качество литературы на родном языке постепенно улучшается, а в количественном отношении даже превосходит персоязычную поэзию, тем не менее некоторые мастера слова продолжают творить на персидском языке. Писавшие на этом языке известные азербайджанские поэты и мыслители – Насреддин Туси (1201–1274), Овхади Марагаи (1274–1338), Ариф Ардебили (1311–?), пытались создавать свои сочинения, опираясь преимущественно на традиции Низами. Поэма Арифа Ардебили “Фархаднаме” была написана под влиянием дастана “Хосров и Ширин” Низами. У Насреддина Туси – автора такого фундаментального нравственно-дидактического произведения, как “Ахлаги-Насири”, наряду с научно-философским наследием есть и литературно-художественные произведения. Поэмы Овхади Марагаи “Джами-Джам” (“Кубок Джамшида”), “Дехнаме” (10 писем”) стоят в ряду лучших образцов азербайджанской эпической поэзии. Затронутые в этих произведениях многие философские и гуманитарные проблемы до сих пор не утратили своей актуальности различных обществах. Однако застой, отчаяние, возникшие после Низами в общественной жизни по определенным объективным причинам, оказали влияние на творческую психологию многих литераторов, в том числе и Арифа Ардебили. Отсутствие законченных, монументальных произведений и образов уровня Низами можно объяснить еще и отсталостью в общественно-культурной жизни.

    В поэме “Мехр и Муштери” Ассара Табризи (1325-1390), написанной на персидском языке, большая и бескорыстная дружба двух молодых людей рассматривается через призму чистых, возвышенных чувств поэм Низами “Хосров и Ширин”, “Лейли и Меджнун”. В очень сложном по своему замыслу произведении опять-таки отсутствует свойственная Низами поэтическая цельность, четкость и завершенность. Сам поэт во введении к поэме высоко оценивает искусство Низами и признает его непревзойденность.

    Самое крупное произведение Овхади Марагаи “Джами-Джам” скорее носит энциклопедический характер и дает художественное представление о широко распространенных в литературных кругах того времени многих гуманистических воззрениях. В этой поэме словно в зеркальном отражении кубка легендарного правителя Джамшида, сообщающего обо всем, что происходит в мире, предстает перед читателем множество особенностей жизни человека и общества, природных событий. Как и в предшествующие столетия, в этот период азербайджанская литература развивается главным образом в светском контексте, являясь органической составной частью общественной и политической жизни. Именно этот факт способствовал тому, что английский востоковед Эдуард Браун охарактеризовал творчество поэта и правителя 14 в. Гази Бурханеддина, как первый образец светской поэзии тюркской литературе. Придворный историк Астрабади в летописи “Базм ва разм” (“Пиршество и сражение”), посвященной жизни и деятельности Гази Бурханеддина, в поэтической форме описывает сложную и кровавую борьбу, которую вел этот великий человек для воплощения своих гуманистических идеалов. В “Диване” Гази Бурханеддина азербайджанский литературный язык, который начал свое формирование в творчестве Гасаноглу и Шейха Сафи, достигает высокого уровня, возникает множество новых поэтических образов и выражений. В творчестве Гази Бурханеддина впервые используется исконно тюркский поэтический жанр – “туйуг”. Позднее этот жанр переходит в творчество Насими, а при его посредничестве – и в “Диван” великого узбекского поэта Алишера Навои.

    Сформировавшиеся в литературе и общественно-политической мысли того периода гуманистические принципы достигают своей вершины в творчестве Сеида Имадеддина Насими. Обращает на себя внимание тот факт, что благодаря произведениям этого великого поэта был совершен большой скачок не только в азербайджанской литературе, но и в литературах народов Ближнего и Среднего Востока на пути к светскости, гуманизму и демократизму. После своего предшественника – Низами Гянджеви Имадеддин Насими снискал в азербайджанской литературе известность пламенного пропагандиста, глашатая идей гуманизма, человеколюбия. Народ, не успевший еще опомниться после многолетних страданий от набегов монголов и их грабежей, столкнулся с нашествием известного как самого жестокого завоевателя Востока периода средневековья Амира Теймура, что вызвало в умах людей волну протеста против насилия и тирании. Творчество Насими было образцом именно такого гуманистического протеста, противостояния гнету, насилию, образцом борьбы за человеческие права. И хотя используемый автором хуруфизм играет роль одного из внешних средств, произведения Насими отличаются своим глубоко гуманистическим содержанием, богатством чувств любви и уважения к человеку. В отличие от других хуруфитов, пишущих свои произведения на особом зашифрованном языке, в частности, вождя Фазлуллаха Наими, Насими преследовал цель на родном языке довести до простого человека свой протест против гнета и насилия, пробудить в нем ненависть к нечеловеческим действиям, поступкам, усилить волну протеста. Идея поэта об обожествлении совершенного человека подразумевала, прежде всего простых людей, осознающих свои права, очищенных от общественных безобразий и диких инстинктов, ощущающих себя личностью.

    Не только творчество Насими, но и ставшая легендой и преданиями жизнь поэта стала образцом для подражания для многих поколений, поучительным уроком храбрости, мужества, отваги, приверженности своим идеям, неустрашимости перед смертью. Чудовищная кара, к которой реакционное духовенство приговорило поэта за его свободолюбивые произведения – с живого содрали кожу, впоследствии послужила причиной создания мученического образа этого великого мастера.

    15 в. для азербайджанской литературы как в хронологическом, так и в творческом аспектах является переходным этапом от вершин Гази-Насими до Хатаи-Физули. Создание на территории страны в этот период независимых государств Каракоюнлу и Аккоюнлу способствовало и определенному оживлению литературной жизни, развитию поэтических тем и образов на родном языке. Литературную панораму данного столетия определяло творчество таких мастеров слова, как Халили, Хамиди, Кишвари, Хагиги, Сюрири, писавших в основном на родном языке, а также Шах Касум Анвар, Бадр Ширвани, писавших преимущественно на фарси. Среди названных поэтов особо следует отметить имя правителя Каракоюнлу Джаханшаха Хагиги (1435–67). Подобно своему предшественнику Гази Бурханаддину, он, улучив момент среди кровавых событий, сменив меч на перо, создал прекрасный диван. И судьба его также трагична, как у Гази Бурханеддина – был убит в жестоком бою родственными тюрками Аккоюнлу.

    Выдающийся музыкальный теоретик того времени, уроженец одного из самых крупных в Азербайджане культурных центров средневековья – города Мараги Хаджи Абдульгадир являлся также автором прекрасных стихов на родном языке.

    Видный поэт 15 в. Халили наряду с лирическими произведениями написал поэму “Фиргатнаме”. В силу общественно-политических перипетий поэты этого периода чаще всего жили и творили в более спокойной Турции, во дворцах османских султанов. Много мастеров слова, проживавших в Тебризе, после победы Султана Селима над Шахом Исмаилом в Чалдыранской битве (1514) было увезено в османский дворец  где они  снискали себе уважение и  почет.

    Азербайджанский поэт 15 в. Бадр Ширвани, писавший в основном на фарси, сам признавался, что им написаны и прекрасные стихи на азербайджанском языке. Известны и написанные Бадром на смешанном тюркском и фарси двуязычные стихи – мулеммы. В этих произведениях автор проявил себя хорошим знатоком азербайджанского языка и устного народного творчества.

    К числу выдающихся представителей азербайджанской литературы 15–16 вв. относится и Хамиди, родившийся в 1407 г. в столице Сефевидских правителей – Исфагане, а 50-х годах 15 в. эмигрировавший в Турцию, проживший и творивший 20 лет при дворце Султана Мехмеда Фатеха. Он – автор дивана лирических стихов и исторического произведения “Таварихи-али-Осман” (“История османской династии”), книги,посвященной гаданию “Джами-сухангуй” (“Говорящие пиалы”) и автобиографической “Хасбихалнаме” (“История моей жизни”).

    Одним из крупных представителей Азербайджанской литературы 15 в. является Нематуллах Кишвари. И хотя Кишвари писал свои лирические стихи в основном под влиянием Навои, ему удалось продемонстрировать оригинальный стиль, характерный для азербайджанской поэтической школы. Кишвари занимает уникальное положение в азербайджанской литературе, особенно в области поэтического языка, создания оригинальных поэтических образов. Находясь во дворце правителя Аккоюнлу, Султана Якуба, он познакомился с “царем” поэтов Хабиби.

    Если в поэзии Кишвари еще чувствовалось влияние литературной школы Навои, то у жившего и творившего в конце 15–начале 16 вв. Хабиби азербайджанская литература уже как национальное культурное событие проявляется во всех своих особенностях. Творчество таких поэтов этого периода, как Хабиби, Шахи, Сурури послужило плодородной основой для формирования поэзии Хатаи и Физули. Великий Физули сам вдохновился стихами Хабиби и, воспользовавшись его же художественно-изобразительными средствами, написал на его газель тахмис.

    Азербайджанский литературный язык, находившийся до 15 в. по ряду своих признаков в тесной связи с литературными языками других тюркских народов, приобретает отличительные особенности и, начиная с 16 в., продолжает развивать свои традиции уже как самостоятельный литературный язык. В этом смысле особенно выделяется развитие национальной поэзии Багдадского литературного общества 16 в. В “Гюльшани-Шуара” (“Цветник поэтов”) – тезкиристе 16 в. Ахди Багдади, в тезкире библиографа Шаха Аббаса Садых бека Садига “Маджмаулхавас” (“Собрание избранных”) упоминаются имена достигших своего расцвета некоторых поэтов Багдадского литературного общество того периода, большое влияние которых на форми рование гения Физули нельзя отрицать. Рухи, Шахи, Туфейли, Хазани, Зехни, Элми, Калаи, Сахаби, Бидари создали поэму “Лейли и Меджнун” до Физули. Среди мастеров слова, написавших поэму “Лейли и Меджнун”, следует упомянуть и творившего в первой половине 16 в. при дворце Сефевидов Шахгулу бека, Сусени бека, Пери Пейкара, Хагири Табризи, создавшего поэму “Лейли и Меджнун” в 1525 г., т.е. за 10 лет до Физули. Творчество этих писателей не сохранилось в полном объеме, до нас дошли лишь отдельные отрывки в тезкире.

    Шах Исмаил Хатаи (1487–1524) является основоположником династии правителей, сыгравших исключительную роль в общественно-политической истории Азербайджана. Продолжив и развив поэтические традиции своих предшественников Гази Бурханеддина и Мирзы Джаханшаха Хагиги, Хатаи – поэт-правитель, создав за короткий период времени могущественное Азербайджанское государство, расширив его, а также сыграв исключительную роль в развитии национальной литературы,  непосредственно подготовил почву для восхождения Физули. Большое литературное наследие Хатаи составляют как разнообразные лирические жанры, так и поэмы-месневи. Хатаи предпочитал писать свои произведения простым народным языком, созданные им в народной поэтической форме гошма, герайлы, варсаги, баяты, стали образцами классической поэзии. Написанная же поэтом поэма “Дехнаме” (“10 писем”) является первым произведением на данной формы на азербайджанском языке. В поэме отправленные Ашугом 10 писем Мешуге, описаны посредством лирико-эпической техкийе. Газели, содержащиеся в тексте, очень точно воспроизводят настроение героев.

     “Диван” Физули. 1569–72. Институт рукописей им. М. Физули. Баку.

    Дидактическая поэма Хатаи “Насихатнаме” (“Книга назиданий”) адресована молодому поколению. Политическая деятельность поэта, его жизнь и творчество привлекли большое внимание востоковедов не только Азербайджана, но и всего мира.

    Поэмы Федаи (16 в.) “Бахтиярнаме” и Месихи (16–17 вв.) “Верга и Гюльша” также являются образцами азербайджанской эпической поэзии этого периода.

    Великим представителем азербайджанской литературы 12–16 вв. после Низами является Мухаммед Физули (1494–1556). Его творчество часто сравнивают с Барокко в западной культуре, настолько здесь мелкие поэтические детали находились на своем месте, ничего лишнего, ничего чуждого, даже самые незаметные вооруженному глазу поэтические детали, взаимно дополняя друг друга, создают “монолитный” художественный организм. Волшебное мастерство поэта сравнимо с искусством Шекспира, Петрарки, Пушкина.

    Наблюдаемая в творчестве Низами глобализация находит свое отражение в бессмертных произведениях Физули, созданных им на трех ведущих языках единой исламской культуры – арабском, персидском и тюркском. “Диваны” написаны им на всех трех языках, философский трактат “Матлеул-етигад” – на арабском. По количеству преобладают “Диваны”, написанные на фарси, а по значимости – на тюркском. Созданные поэтом на родном языке касыды выполнены на уровне лучших жемчужин данного жанра средневековой литературы, а эго поэма на азербайджанском языке “Лейли и Меджнун” (1536) является одним из уникальных образцов этого жанра. Правда, и до Физули этой теме посвящали свои произведения великий Низами на фарси, Навои, Замири и Хагири – на тюркском языке. Однако ни в одной из этих поэм не наблюдается интерпретация любви, данная Физули, т.е. только ему удалось создать совершенно отличное от всех других произведение. И хотя в начале произведения говорится о том, что оно посвящено божественной любви, на протяжении всей поэмы поэтом создана целая галерея живых человеческих образов со всеми присущими им противоречиями.

    Газель Классическая восточная стихотворная форма. Состоит из 5-9, иногда и более бейтов. Первый бейт называется матла, последний – магта. В последнем бейте дается тахаллус (литературный псевдоним) автора. Чаще всего лирического содержания. Лучшие образцы газелей азербайджанской литературы созданы Низами, Насими, Физули, С.А.Ширвани, А.Вахидом.

    Исключительна роль Физули в дальнейшем развитии азербайджанского литературного языка и превращения его в поэтический язык самого высокого уровня. Оказавший большое влияние и на развитие языка прозы поэт в своем бессмертном произведении “Шикайетнаме” (“Книга жалоб”) преподнес и этой области литературы свой достойный дар. Основной текст самого крупного произведения поэта “Хадигатус-суада” (“Сад счастливых”), посвященного мучениям имамов, написан прозой, но, следуя требованиям контекста, Физули использовал и поэтические отрывки.

    Физули является одним из наиболее любимых и почитаемых мастеров слова не только Азербайджана, но и целого географически-этнического пространства, объединяющего огузских тюрков. Произведения Физули до сих пор популярны в Ираке, Турции, Татарстане, Узбекистане, Туркмении и других странах.

    16–17 вв. известны в азербайджанской литературе как период формирования средневековых дастанов, посвященных любви и героизму. В это время еще более совершенствуются народные поэтические формы – гошма, герайлы, варсаги, баяты.

    В 17–18 вв. азербайджанская литература под влиянием устного народного творчества, главным образом ашыгских произведений, еще более приблизилась к реальной жизни, народному языку, в азербайджанской поэзии формируется фундамент для перехода к реализму. И хотя в поэзии этого периода еще сильны традиции Физули в творчестве таких мастеров слова, как Саиб Табризи, Говси Табризи, Мухаммед Амани, наблюдаются попытки освободиться от их притягательности. Произведения сформировавшихся в Ширванской литературной среде 18 в. поэтов Ага Месих Ширвани, Шакира, Нишата и Мехджура посвящены преимущественно конкретным актуальным проблемам эпохи. В них находят свое художественное воплощение тяжелый быт простого народа, его чаяния. Такие поэты, как Молла Вели Видади (1707-1808), особенно Молла Панах Вагиф (1717–97), своими произведениями, написанными простым, живым языком, еще более приблизили поэзию к народу. В поэме Видади “Мюсибатнаме”(“Книга трагедии”) на высоком поэтическо-образном уровне описаны многие исторические события и личности эпохи. В этот период искусство поэзии становится массовым и еще более популярным. Ускоряется процесс приближения и приобщения масс к эстетическим ценностям. Исключительную роль в этом смысле сыграло, главным образом творчество Вагифа. Созданием простых, реалистических, прекрасных светских образов он совершил большой скачок от классическо-романтического типа искусства к реалистическому и определил направление дальнейшего развития литературы. Являясь также выдающимся политическим деятелем своего времени, Вагиф длительное время определял внешнюю политику Карабахского ханства. 18 в. в Азербайджанской литературе является рубежом между двумя литературными этапами – концом средних веков и началом нового периода.

    Литература 19 века. После важного события, произошедшего в 1-ой четверти 19 в., в исторической судьбе азербайджанского народа – вхождения Северного Азербайджана в состав Российской империи – как во всей культуре, так и в литературе усиливаются западные тенденции. Результатом такого воздействия становится выдвижение на передний план национальных и реалистическо-светских мотивов. Гасым бек Закир (1784–1857) – представитель критическо-реалистической сатиры, сформировавшийся непосредственно под влиянием творчества Моллы Панаха Вагифа в карабахской литературной среде, в течение длительного времени определяет направление поэтического развития. Между тем как в творчестве самого Закира, так и в произведениях его современников продолжают использоваться традиции Физули, но уже на новом уровне. Самыми известными представителями этого направления в Южном Азербайджане были Сеид Абульгасым Набати (1812–73), а в Северном Азербайджане – Сеид Азим Ширвани (1835–88) и Хуршуд бану Натаван (1830–97). Сеид Азим был известен в Азербайджане еще и как крупный просветитель, большую часть своих произведений он посвятил обучению и воспитанию молодого поколения. Написанные же им в духе Касим бека Закира сатиры характеризуются разоблачением целого ряда общественных пороков, отрицательных человеческих образов.

    В азербайджанской литературе 19 в., как и у большинства народов мира, наблюдается интенсивное развитие, непреодолимое стремление к гуманистическим идеалам, просветительству. Особенно это ощущается после присоединения северной части Азербайджана к России, и несмотря на реакционную, колониальную суть этого историческо-го процесса в целом, при сравнении с литературно-культурным развитием Южного Азербайджана здесь наблюдается определённый прогресс.

    В этот период М.Ф.Ахундзаде, опиравшийся в своем творчестве на опыт Аббаскули ага Бакиханова (1794–1847), Мирза Шафи Вазеха (1792–1852), Исмаил бека Куткашенского (1801–78), хорошо знавших и использовавших передовые гуманистические воззрения русских и западных востоковедов и поэтов, способствовал еще более тесному сближению азербайджанской литературы с Россией и Западом, тем самым приобщив ее к числу современных литератур мира.

    А.Бакиханову – крупному общественному деятелю, учёному и поэту удалось органически объединить в азербайджанской литературе западнические идеи с традиционным восточным искусством. Его художественные и научные произведения, посвящённые азербайджанской действительности, еще при жизни были изданы на русском и немецком языках, европейская печать положительно отзывалась о них. А немецкий востоковед Фридрих Боденштедт увез тетрадь стихов своего учителя Мирзы Шафи в Европу, перевёл их на немецкий язык и опубликовал. Приобретшие большую популярность и за короткий срок переведенные на большинство европейских языков “Песни” Ф.Боденштедт присвоил их авторству себе, отняв его у Мирзы Шафи. Рассказ И.Куткашенского “Рашид-бек и Саадат-ханум”, считавшийся одним из первых успешных образцов новой азербайджанской реалистической прозы, увидел свет в Варшаве на французском языке.

    Просветительско-реалистические взгляды Мирзы Фатали Ахундзаде, сыграв исключительную роль в дальнейшем развитии искусства слова, оказали большое влияние на появление в азербайджанской литературе жанров современной западной литературы : драмы, романа, рассказа, новеллы, повести, поэмы и др. Шесть драматических произведений, изданных им в 1850–55 гг., способствовали формированию литературной школы в литературах Ближнего и Среднего Востока. Характерные для азербайджанской литературы особенности – этическое начало, гуманизм, справедливость, мотивы искренности и правдивости, получившие свое дальнейшее развитие в творчестве Ахундзаде, завещаны будущим поколениям. М.Ф.Ахундзаде выступал не только как литератор, но и как учёный, философ, общественный деятель, а целью своего творчества он считал служение счастливому существованию своего народа. М.Ф.Ахундзаде, высоко оценивавший роль искусства и литературы в просвещении своего народа, в приобщении к современным литературно-культурным и научным ценностям, первым на Востоке создал произведения в драматическом жанре. Его шесть комедий, объединённых под общим названием “Тамсилат” [“Хекаяти-Молла Ибрахимхалил кимйагяр” (“Молла Ибрагим-Халил-алхимик”), “Хекаяти-Мусйо Жордан хакими-набатат ва Дервиш Мастали шах джакукуни машхур” (“Повесть о месьё Жордане – ученом-ботанике и дервише Мастали-шахе –знаменитом колдуне”), “Хекаяти-хырс гулдурбасан” (“Медведь – победитель разбойника”), “Саргюзашти-вазири-хани-Ленкоран” (“Приключения визиря Ленкоранского ханства”), “Саргюзаштли-марди-хасис” (“Гаджи Кара”), “Мурафия векилляринин хекаяти” (“Рассказы судебных адвокатов”)] были изданы в Тифлисе в 1859 г. М.Ф.Ахундзаде не выступал в качестве апологета русского царизма, по мере необходимости в скрытой форме остро критиковал языком Эзопа колониальную политику Российской империи. Его прозаические произведения “Письма Кемал-уд-довля” (1865), “Алданмыш кевакиб” (“Обманутые звезды”) (1857) раскрывали не только недостатки исторического прошлого и государственной структуры Ирана, но и пороки политического устройства , общественной среды на родине самого литератора.

    Молланасреддиновцы Объединившиеся вокруг учрежденного и редактируемого Дж.Мамедкулизаде журнала “Молла Насреддин” (1906–31), близкие по творческим принципам поэты, писатели, журналисты и художники – О.Ф.Неманзаде, М.А.Сабир, А.Ахвердиев, А.Назми, А.Гамкюсар, М.С.Ордубади, М.Моджуз, А.Азимзаде и другие – являлись активными и известными молланасреддиновцами. По методу творчества молланасреддиновцы были критическими реалистами. Их основной темой и мишенью критики были общественно-политические, идеологические проблемы эпохи, фанатизм, невежество, правовая незащищенность женщин, недостатки в быту и извращения в мышлении и пр. Молланасреддиновцы обогатили азербайджанскую литературу с точки зрения жанра, стиля и языка.  

    Литературно-эстетическое направление, определенное М.Ф. Ахундзаде в азербайджанской культуры второй половины 19 в., способствовало появлению таких просветителей-реалистов, как С.А.Ширвани (1835–88), Н.Везиров (1854–1926), А.Ахвердов (1870–1933), что содействовало культурно-литературному возрождению не только Азербайджана, но и соседних народов. В частности, издаваемая на родном языке учёным-естествоведом Г.Зардаби (1837–1907) газета “Экинчи” (1875–77) стала первой на мусульманском Востоке газетой, которая стимулировала бурное развитие литературно-культурной жизни. Нашедшие здесь свое отражение общественно-литературные исследования и дискуссии, содействовали еще большему укреплению и развитию гуманистических традиций азербайджанской литературы.

     

    Титульный лист первого издания произведения М. А. Сабира “Хопхопнамэ”. 1912.

    В 19 в. наряду с просветительско-реалистическими тенденциями в азербайджанской литературе также развивалась религиозно-дидактическая поэзия. Ее основными представителями были Раджи, Дилсуз, Дахиль и другие поэты-элегисты, творящие в Южном Азербайджане. Но под влиянием прогрессивного литературного процесса, происходящего в Северном Азербайджане, литераторы Южного Азербайджана также испытывали тенденции к созданию произведений светского характера. Произведения Мухаммед Багира Халхали (1829–1900) “Салабия” (“Книга о лисе”, 1893), Абдуррагима Талыбова “Китаб юклю эшшак” (“Осел, нагруженный книгами”, 1888), Зейналабдина Марагаи (1838–1910) “Ибрагим бейин сейахетнамэси” (“Путешествие Ибрагим бека”, 1892) являются совершенными образцами реалистическо-светской литературы.

    Фийузатовцы Объединившиеся вокруг издаваемого под редакцией А.Гусейнзаде на средства Г.З.Тагиева журнала “Фийузат” (1906–07) писатели и журналисты основным методом своего творчества считали романтический. Они сыграли большую роль в сохранении национально-культурного наследия, в развитии литературно-художественного мышления, общественного сознания, национального самовыражения, нравственно-этических ценностей. Самыми известными представителями были А.Гусейнзаде, М.Хади, Г.Джавид, А.Сиххат, А.Шаиг, Дж.Джаббарлы, А.Джавад и другие.

    Одно из направлений в литературе 19 в., более других тяготеющее к восточному виду творчества, формировалось на литературных меджлисах (“собраниях”). Литератур ный меджлис в Губе “Гюлистан” возглавлял Аббаскули ага Бакиханов Гудси, “Ан джу манишуара” в Ордубаде – Гаджи ага Фагир Ордубади, “Фовджул фусаха” (“Собрание из ящно говорящих”) в Лянкяране – Мирза Исмаил Гасир, “Бейтус Сафа” (“Дом Сафы”) в Шамахе – Сеид Азим Ширвани, “Маджма уш-шуара” (“Собрание поэтов”) в Баку – Мухаммед ага Джурми, в Гяндже, а затем в Тифлисе “Дивани-хикмет” – Мирза Шафи Вазех, поэтический меджлис “Меджлиси-унс”(“Собрание дру зей”), проводивщийся в Шуше, возглавляла Хуршуд бану Натаван, а “Меджлис-фарамушан” (“Меджлис забытых”) возглавлял Мир Мохсун Навваб. Между поэтическими меджлисами существовала тесная связь. В целом литература 19 столетия подготовила мощный фундамент для перехода к литературе 20 в., которую принято считать новой, более высокой ступенью азербайджанской художественной мысли.

    Литература 20 века. Первые десятилетия 20 в. в литературно-культурной жизни Азербайджана, как и у большинства народов Российской империи, представляют собой особый этап. В этот период на основе европейских и русских образцов такие видные представители реалистической и романтической литературы, как М.А.Сабир (1862–1911), Дж.Мамедкулизаде (1869–1932), А.Сиххат (1874–1918), М.Хади (1880-1920), А.Шаиг (1881–1959), Г.Джавид (1884–1944), своим творчеством подняли азербайджанскую литературу до уровня самых лучших образцов мировой литературно-культурной мысли. В 1906 г. под редакцией великого литератора и общественного деятеля Дж.Мамедкулизаде в Тифлисе начинает издаваться журнал “Молла Насреддин”. Журнал сыграл огромную роль в литературно-культурной и общественно-политической жизни на протяжении 25 лет. Почти одновременно, в 1906–07 гг., начал издаваться и другой журнал “Фийузат” под редакцией видного публициста, философа и общественного деятеля А.Гусейнзаде (1864–1940). Журнал вышел всего в 35 номерах. Оба журнала служили целям просвещения и развития нации.

    Среди литераторов этого периода особая заслуга в развитии литературно-общественной мысли в Азербайджане принадлежит Дж.Мамедкулизаде, М.А.Сабиру автору “Хопхопнаме”. Их реалистические сатирические произведения, направленные против мракобесия, фанатизма, предрассудков, невежества, до сих пор не утратили своего значения и актуальности.

     

    Группа азербайджанских писателей. Баку. 1929. В первом ряду, слева: Джалил Мамедкулизаде, Гусейн Джавид, Абдурагим бек Ахвердиев, Джабар Эфендизаде, Сулейман Сани Ахундов, Ибрагим Эминбейли, Гаджи Керим Санылы. Во втором ряду, слева: Халил Ибрагим, Джафар Джабарлы, Сеид Гусейн, Сулейман Рустам, Микаил Мушфиг, Абдулла Шаиг, Ахмед Джавад, Мамед Рагим.

     Просветительская драматургия, получившая свое развитие благодаря следо ванию традициям М.Ф.Ахундзаде, обогатилась комедиями и трагедией “Мусибети-Фахреддин” (“Горе Фахреддина”, 1894) Наджаф бека Везирова, комедиями и трагедиями “Дагылан тифаг” (“Разоренное гнездо”, 1896), “Бахтсиз джаван” (“Несчастный юноша”, 1900), “Ага Мухаммед шах Гаджар” (1907) Абдуррагим бека Ахвердиева, пьесами “Наданлыг” (“Невежество”, 1894), “Шамдан бек” (1895), “Надир-шах” (1899) Нариман Нариманова (1870–1925), “Олюляр” (“Мертвецы”, 1909), “Анамын китаби” (“Книга моей матери”, 1920) Дж.Мамедкулизаде, написанными еще в 19 в. А бессмертные произведения на романтическо-историческую тему в области драматургии –“Ана”, “Марал”, “Шейх Санан”, “Шейда”, “Учурум”(“Пропасть”), “Иблис”(“Сатана”) создал (1910–18) Гусейн Джавид.

    В области художественной публицистики следует отметить имена Н.Нариманова, М.Э.Расулзаде, А.Агаева, А.Топчибашева, М.Шахтахтинского, Омара Фаига, Гусейн Минасазова, Эйнали Султанова.

    Знаменательным событием в истории Азербайджана начала 20 в. стало образование первой в исламском и тюркском мире республики – Азербайджанской Де мок ратической Республики (1918–20). И хотя она просуществовала всего 23 месяца, этот период был отмечен появлением специфической литературной продукции. Наряду с общепризнанными мастерами слова – Дж.Мамедкулизаде, А.Шаигом, А.Ахвердиевым, У.Гаджибековым в это время стали появляться интересные произведения и молодых авторов, таких как Юсифа Везира Чеменземенли, Сеида Гусейна, Самеда Мансура, Дж.Джаббарлы, А.Джавада, Уммигюльсум. В этих произведениях горячо воспевались государственная независимость Азербайджана, победа турецкой армии, пришедшей в нашу страну с освободительной миссией, храбрость азербайджанских воинов, трехцветный национальный флаг. Ахмед Джавад (1892–1937), который отличился особой активностью в этой области, написал текст государственного гимна Азербайджанской Демократической Республики. Это произведение, музыку на которое написал великий У.Гаджибеков, и сегодня является государственным гимном независимой Азербайджанской Республики. 

    Литература советского периода. Большевистская Россия не могла оставаться равнодушной к появлению на исторической арене, на южных границах красной империи, по соседству с такими мусульманскими странами, как Иран и Турция, независимого азербайджанского государства. По этой причине первое демократическое правительство Азербайджана, не выдержав ударов, нанесенных ей оккупационной 11 Красной Армией, распалось. В стране установилась советская власть. Часть творческой интеллигенции Азербайджана этого времени верила в то, что процесс художественного развития будет продолжен. С первых месяцев существования Азербайджанских советов во главе с выдающимся литератором и общественным деятелем Н.Наримановым она, поверив в фальшивые, заоблачные и утопические обещания большевиков, приняла эту веру за истину. Дж.Мамедкулизаде и Г.Джавид в свое время увидели истинную реальность, находящуюся за кулисами “пролетарской диктатуры” и “коммунистического рая”, поняли ее реакционную антиазербайджанскую суть. В отличие от них, в настроении нового поколения литераторов – молодых “комсомольских” поэтов с их политико-идеологическими директивами – ощущалась гармония. “Старый мир до основания разрушить”, построить “новый мир” на развалинах стало не только официальной идеологией общества, но и учением для молодых писателей. Начальный этап творчества С.Рустама, С.Вургуна, М.Мушвига, М.Рагима, О.Сарывелли, Р.Рзы, чуть позднее М.Дильбази, Н.Рафибейли, А.Джалила, З.Халила и других формировался под влиянием именно этого учения. Темы, к которым они неоднократно обращались, были очень актуальными, намеренно делались публицистическими, на уровне грубой революционности, митинговой демократии. Дошло до того, что каждого, кто проявлял интерес к опыту мировых литератур, обвиняли в космополитизме, а в случае проявления интереса к национальным традициям – в национализме.

     М. Турсунзаде, С. Вургун, М. Шолохов. 1954.

    Национальный язык, национальный алфавит, национальная память подверглись длительному и насильственному преследованию. В истории развития азербайджанской литературы произошло архитоталитарное событие невиданных размеров – она всецело под чинилась политико-идеологическим директивам, “нормам” решений коммунистичес кой партии. Тех, кто пренебрегал этими запретами, преследовались и подвергались репрессии.

     Репрессии 1930-х годов начались с первых месяцев советской власти. Их первой жертвой стал расстрелянный армянскими дашнаками в Гянджинской тюрьме Фиридун бек Кочарли (1863–1920) – директор Казахской мусульманской семинарии, выдающийся ученый и литературный критик, автор многотомной истории азербайджанской литературы, видный просветитель. В эти годы среди тех, кто подвергался огульным преследованиям, также было много рабочих и крестьян. Однакобольше всех от большевистско-дашнакских преследований пострадала интеллигенция. И причина этого была понятна. Сталинисты хотели уничтожить образованных сыновей азербайджанского народа, сгноив их в ссылках, на каторге, пытались препятствовать процессу национальной самоидентификации, оторвать их от своих духовных корней, превратив в слепых исполнителей коммунистических преступлений. Ученые, хорошо знавшие и исследовавшие историю, философию, язык, алфавит, культуру, психологию, менталитет своего народа и пропагандировавшие их среди своих соотечественников, писатели, поэты, драматурги своими художественными произведениями, написанными на родном языке и в народном духе, препятствовавшие ослаблению национального мышления, вся творческая интеллигенция в целом более всего опасались чиновников, спускавших “сверху” жесткие и беспощадные “особые” указания, а потому и жестоко обращавшихся с ними.

    В те ужасные годы среди подвергшихся репрессиям ученых находились очень известные представители азербайджанской литературы и искусства, литературоведения и языкознания – драматург Г.Джавид, поэт М.Мушвиг, литературный критик С.Гусейн, поэт А.Джавад, литератор и ученый Ю.В.Чеменземенли, профессор филологии, ученый-полиглот Б.Чобанзаде – ректор Бакинского Государственного Университета, писатель Т.Ш.Симург, писатели и поэты Кантемир, Санылы, Музниб, литературовед Салман Мумтаз, основатель первой в Баку Восточной консерватории Хадиджа ханум Гаибова, ученый-теолог, кази Баку Мир Мухаммед Кязим Ага, ученый-фольклорист Ханафи Зейналлы, критики Али Назим, Мустафа Кулиев, Мамедкязым Алекперли, Атабаба Мусаханлы, Эмин Абид, актеры Аббас Мирза Шарифзаде, Ульви Раджаб и другие. За исключением Ю.В.Чеменземинли и Г.Джавида, умерших в ссылке, вся творческая интеллигенция была расстреляна. Был расстрелян первый переводчик Корана кази Баку, 83-летний Мир Мухаммед Кязим Ага, 29-летний М.Мушвиг. Микаил Мушвиг (1908-1937) в сложных и противоречивых условиях общественного строя обогатил национальную поэзию своими бессмертными произведениями. Опубликованные им за короткую жизнь произведения оставили неизгладимый след в литературе. Пылкие чувства и ощущения, романтическое настроение, противостоящие своему времени, напевный и игривый язык – это те особенности творчества Мушвига, которые обеспечили его мастерству художественную ценность и долголетие.

    В связи с глобальными событиями и общественными потрясениями в регионе в первые десятилетия 20 в. и, особенно после свержения АДР, а также в результате репрессий 30-х годов многие представители творческой интеллигенции, неоднократно подвергавшиеся политическим преследованиям, последнюю возможность остаться в живых и продолжить литературную деятель-ность видели в эмиграции. Все те, кому было запрещено возвращаться на родину из-за того, что во время войны против фашизма они оказались в немецких лагерях и нашедших в связи с этим убежище за границей, те, кто покинул родину из-за преследований со стороны шахского режима, а также их потомки проживают сегодня в различных уголках Азии, Африки, Европы, Америки и даже Австралии.

    Эмигрантскую интеллигенцию объединяет одна особенность – в тех странах, где она проживала, тщательно оберегались азербайджанская национальная литература, культурный менталитет. Эта часть интеллигенции достойно представляла и пропагандировала идеалы азербайджанизма, старалась постоянно держать в центре внимания правящих кругов и общественности этих стран положение литераторов советского Азербайджана. Азербайджанская эмиграция располагает весьма обширным литературным, научно-филологическим, публицистическим наследием.

     

    Группа азербайджанских писателей и литературоведов. Баку. 1959. В первом ряду, слева: Мамед Рагим, Нигяр Рафибейли, неизвестный, Мехти Гусейн, Гамид Араслы, Расул Рза, Ильяс Эфендиев. Во втором ряду: Ибрагим Кебирли, Сулейман Рагимов, Алекпер Зиятай, Бахтияр Вагабзаде, Абульгасан, Мамед Джафар Джафаров, Ислам Ибрагимов, Талят Эюбов, Джабир Новруз.

    Среди ее авторов – Алибек Гусейнзаде, Ахмедбек Агаоглу, Мухаммед Эмин Расулзаде, Мирза Бала Мухаммедзаде, Алимардан бек Топчубашов, Джейхун Гаджибейли, Самед Агаоглу, Ахмед Джафароглу, Абдулвахаб Юрдсэвэр, Алмаз Ильдырым, Банин (Уммюльбану), Наги Шейхзаманли, Мамед Садых Аран, Гусейн Джамал Янар, Теймур Атешли, Муса Зайам, Ибрагим Арслан, Али Азертекин и десятки других. После восстановления Азербайджаном своей государственной независимости в Баку отдельными изданиями были опубликованы роман Уммюльбану “Кавказские дни”, сборник стихов “Черный дастан” А.Ильдырыма, “Сиясэти-фурусет” А.Гусейнзаде, монография М.Э.Расулзаде “Азербайджанский поэт Низами”, рассказы Дж.Гаджибейли, публицистика М.Б.Мухаммедзаде.

    Продолжавшаяся в советском государстве зависимость литературы от жестких директив, нарушение свободы слова, подчинение литературы государственной политике – эти и другие негативные обстоятельства стали причиной того, что на протяжении многих лет в литературно-культурной жизни царили определенная подавленность, депрессия, застой. Одной из основных особенностей азербайджанской литературы советского периода было планомерное управление ею со стороны идеологических органов, директивное руководство литературной деятельностью. Среди них следует упомянуть самые основные – постановление ЦК РКП(б) “О политике партии в области художественной литературы” (1925), “О новом формировании литературно-художественных организаций” (1932), постановление ЦК ВКП(б)”О журналах “Звезда” и “Ленинград”, постановление ЦК КП Азербайджана “О состоянии азербайджанской советской литературы и мероприятиях по ее улучшению” (1948), резолюцию ЦК КП “О литературно-художественной критике” (1972) и целый ряд других политических директив. В этом смысле особо выделился состоявшийся в 1934 году Первый Всесоюзный съезд советских писателей, который определил метод социалистического реализма основным методом творчества, что вынудило творческую интеллигенцию созидать в рамках строго определенной модели. А после критики в адрес журналов “Звезда” и “Ленинград”, которые якобы представляли советский образ жизни и существующие общественные порядки в ложном свете, в азербайджанской литературе, как и в остальных литературах народов СССР, стали появляться художественные произведения, созданные по принципу “бесконфликтности”. Однако появление в данный период на литературной арене таких одаренных писателей, как Дж.Джаббарлы, М.Мушвиг, С.Вургун, О.Сарывелли, Р.Рза,С.Рустам, использова вших эзопов язык с целью противостояния идеологическому давлению, само по себе свидетельствовало об абсолютной зависимости литературы от общественно-политических условий. Это подтверждают некоторые поэтические произведения начавшего когда-то свою деятельность под влиянием идеологии объединения “Гызыл галемляр” (“Золотые перья”) комсомольского поэта Сулеймана Рустама. В их числе –написанный в духе истинного патриотизма цикл “Восточные стихи”, стихотворение “Мать и почтальон”, газели, воспевающие чистую, искреннюю любовь. Несмотря на то, что в официальных кругах тех лет жанр газели считался устаревшим, народной любовью пользовались именно утонченные, глубокомысленные газели известного поэта Алиага Вахида (1895–1965).

    К числу известных мастеров слова, повлиявших на развитие в азербайджанской литературе данного периода жанра романа, главным образом исторического, относится М.С.Ордубади (1872–1950). Его исторический роман “Меч и перо”, посвященный Азербайджанскому государству Атабеков и жившему в то время великому поэту Низами Гянджеви, а также роман “Тавриз туманный” об освободительном движении в Южном Азербайджане до сих пор не утратили свою историко-эстетическую значимость. В прозе того же периода особая заслуга принадлежит также Ю.В.Чеменземенли (1887–1943) – автору романов “Среди двух огней” (“В крови”), “Девичий родник”, Сулейману Рагимову (1900–1983) – автору эпопеи “Шамо” и романа “Сачлы”, Мир Джалалу – автору романа “Открытая книга” и лаконичных рассказов, Абульгасану Алекперзаде (1904–1986) – автору эпопеи “Крепость дружбы” и романа “Подъемы”, Мирзе  Ибрагимову (1911–1993) – автору романов “Наступит день” и “Парвана”.

    Гошма Самая древняя и самая распространенная поэтическая форма поэзии. В основном состоит из 5-6 строф, в каждой строфе 4 строки, в каждой строке – 11 слогов, система рифмовки а-в-а-в, с-с-с-в и т.д. Широко распространена как в ашыгской поэзии, так и в письменной литературе. Разнообразна по содержанию. В последнем бейте дается имя автора или его тахаллус.

    Драматургия советского периода тесно связана с именами Гусейна Джавида, Сулеймана Сани Ахундова, Дж.Джаббарлы, Мирзы Ибрагимова, Самеда Вургуна, Сабита Рахмана, Энвера Мамедханлы, Ильяса Эфендиева, Шихали Курбанова. Гусейн Джавид, обогативший Азербайджанскую литературу как жанром, так и содержанием, является выдающимся драматургом и поэтом. Благодаря его произведениям тематика Азербайджанской литературы значительно расширилась, а в драматургии появились человеческие конфликты, сознательные, чуткие, горячо страстные яркие характеры. Такими произведениями, как “Ана” (“Мать”), “Шейх Санан”, “Сатана” драматург заложил основы жанра стихотворной трагедии в азербайджанской литературе. В советский период творчество литератора значительно обогатилось. Им написаны пьесы “Пророк” (1922), “Топал Теймур” (1925), “Князь” (1929), “Сиявуш” (1933), “Хаййам” (1935)”, Месть сатаны” (1936), поэма “Азер” (1923-1932).

    Джафар Джаббарлы (1899–1934) произведениями “Октай Элоглу”, “Невеста огня”, “Севиль”, “Алмаз” обогатил национальную драматургию постановкой и решением новых проблем, созданием образов.  

    Самед Вургун является самым выдающимся поэтом-драматургом, сформировавшимся в советский период. Основная особенность его стихов и поэм – романтическое восприятие философски осмысленных завораживающей красоты азербайджанской природы, героической истории народа, гуманистических ценностей. Творчество Самеда Вургуна, главным образом его стихотворение “Азербайджан”, эпические поэмы “Айгюн”, “Мугань”, поэтические драмы “Вагиф”, “Человек” оказали сильное влияние на азербайджанскую поэзию прошлого столетия, на народность его языка, благозвучие и образность. Значение драмы “Вагиф” в процессе национального самопознания азербайджанского народа, несмотря на всяческое давление со стороны советского режима, сопоставимо со значением оперы “Кероглу” гениального Узеира Гаджибекова.

    На развитие азербайджанской поэтической мысли советского периода большое влияние оказали написанные свободным размером стихи и поэмы Расула Рзы (1910–81). Поэзия поэта-новатора Р.Рзы отличалась философским лиризмом, живостью мысли и эмоциональностью, оригинальными поэтическими образами. Его стихотворения из философского цикла “Краски” , лирические поэмы “Физули”, “Если бы не было розы” и другие являются лучшими образцами азербайджанской поэзии.

    В обогащении азербайджанской прозы живыми, красочными художественными образами и выразительными изобразительными средствами, а в драматургии – в развитии лирико-психологического стиля велика творческая заслуга Ильяса Эфендиева (1904–96). На спектаклях, поставленных по его пьесам (“Ты всегда со мной”, “Пропавшие дневники”, “Песня осталась в горах”, “В хрустальном дворце Хуршудбану Натаван”, за полувековой период выросло и приобрело опыт целое поколение актеров и режиссеров, превратившееся в “театр Ильяса Эфендиева”. В обогащении Азербайджанской прозы новыми темами и образами несомненна заслуга и Али Велиева, Гылмана Илькина, Гусейна Ибрагимова, Гусейна Аббасзаде, Байрама Байра мова, Джамиля Алибекова, Азизы Джафарзаде, Видади Бабанлы Алевии Бабаевой, Сулеймана Велиева, Азизы Ахмедовой, Афгана Аскерова, Гюльгусейн Гусейноглу, Алибалы Гаджизаде и других.

    Начиная с 1960-х годов, в связи с некоторым потеплением общественно-политической атмосферы, в результате чего идеологические оковы в СССР ослабли, такие молодые талантливые поэты и писатели, как Иса Гусейнов, Мамед Араз, Халил Рза Улутюрк, Джабир Новруз, Сабир Ахмедов, Али Керим, Юсиф Самедоглу, Иси Меликзаде, Анар, Акрам Айлисли, Фикрет Годжа, Вагиф Самедоглу, Эльчин, Сабир Рустамханлы, Алекпер Салахзаде, Фарман Керимзаде, стали создавать произведения, критикующие существовавший общественно-политический строй. Роман начавшего свою художественную деятельность намного раньше перечисленных выше литераторов Исмаила Шихлы (1919–94) “Кура неукротимая” был продукцией уже нового литературного мышления. Естественно, что все эти художники, подобно своим предшественникам, очень часто использовали символы, эзопов язык. Однако этот процесс уже приобрел бесповоротное направление и мог оцениваться как “начало конца”. Переход к литературе 60-х годов начался еще в 40–50-е годы с участием пришедших в литературу представителей нового поколения, и этот процесс продолжался и далее. Среди них многие произведения Р.Рзы и особенно ставший знаменитым цикл стихов под общим названием “Краски” и “Если бы не было розы”, а также про-изведения “Желтый теленок”, “Пьяный Искандер”, “Я земля” считаются первыми образцами этого периода. Роман “Подземные реки текут в море” видного прозаика, драматурга и известного критика Мехти Гусейна (1909-1965) также строится на убедительном изображении жизни художественных образов того же времени. Вместе с тем, самым значительным литературным событием 1960–90-х годов стал приход в творческий мир “60-десятников”. Именно после их прихода литература по своему духу и своей сути действительно превратилась в реальную духовную силу, способную вести борьбу против тоталитарного военного режима. С таких позиций она принимала активное участие в подготовке сегодняшней национальной независимости и демократического движения. “60-десятники” акцентировали свое внимание главным образом на человеке, его духовном мире. Не случайно, литература именовалась “человековедением” в самом высоком смысле этого слова. Именно “60-десятники” вновь включили тему “человека” в литературу того периода как новую тему, новую проблему. Тем самым они выдвинули на передний план те вопросы, которые до них или не привлекали внимания, или намеренно замалчивались. В центре их художественного интереса находился прежде всего духовно-психологический мир, глубина, “нутро” личности, индивидуума, самых простых, рядовых членов общества. В их повестях и рассказах время, духовность воспринимались не как “общественная система и строй”, а превращались в предмет художественного анализа и критерий нравственности и морального состояния человека. Мышление и представления героев их произведений совершенно не соответствовали такому принятому в литературе понятию и догме, как “советский человек”. Самыми популярными героями литературы “60-десятников” были необычные люди, правдоискатели, в некоторых случаях яростно воспринимающие чудачества, не нашедшие своего места в жизни, поэтому иногда бесцельно скитающиеся, но, несмотря на это, восторгающиеся настоящими людьми и искренними человеческими чувствами. В написанных на историческую тему романах и повестях они часто обращались к истории государственности, богатейшему прошлому народа, вынужденного в условиях нахождения в тисках социализма отдалиться от своих национальных корней, государственных традиций, находили место мечты о свободе и независимости.

    “Азербайджан” Литературно-художественный журнал. Орган Союза Писателей Азербайджана. Издается с 1923 г. под различными названиями. С 1953 г. выходит в свет под данным названием. В журнале публикуются новые произведения писателей, а также переводы всемирной литературы. На страницах журнала печатаются литературно-критические, публицистические и другие материалы. В различные годы редакторами журнала были Симург (Таги Шахбази), Р.Ахундов, М.Кулиев, Х.Назарли, М.Алекперли, М.Ибрагимов, Мамед Ариф, Мехди Гусейн, Абульгасан, Расул Рза, А.Велиев, Ахмед Джамиль, Г.Мусаев (Илькин), Дж.Мамедов, И.Шихлы, А.Айлисли, Джабир Новруз, Ю.Самедоглу. В настоящее время главным редактором является И.Касумзаде.

    В прозе Г.Аббасзаде (1922), поэзии и драматургии Наби Хазри (1924), Бахтияра Вагабзаде (1925), Наримана Гасанзаде (1931), в художественной публицистике Гидаята Оруджева (1944) преобладают поучительные страницы народной истории, и на этом фоне – изображение лирико-психологической жизни азербайджанского народа. Ценными образцами Азербайджанской литературы являются также всегда отличающаяся своей актуальностью поэзия Габиля (1926–2007) и его поэма “Насими”, произведения Адыля Бабаева, Ислама Сафарли, Гусейна Арифа, Касума Касумзаде, Зейнала Халила, Алиаги Кюрчайлы.

    Заявившее о себе в литературе движение за свободу слова и мышления, свободу политических мировоззрений, плюрализм, национальную независимость, движение во имя справедливости и нашедшее свое продолжение в литературе 1970–90-х годов., с приобретением политического суверенитета, государственной независимости Азербайджана, добилось осуществления своих целей.

    В конце 20 в., на постсоветском этапе продолжается традиция создания национальной литературы на русском языке. В числе мастеров слова, пишущих на русском языке, – Имран Касумов, Максуд Ибрагимбеков, Рустам Ибрагимбеков, Чингиз Абдуллаев, Чингиз Гусейнов, Владимир Кафаров, Натик Расулзаде, Алла Ахундова и другие.

    Среди тех, кто подготовил художественный фундамент для нового этапа Азербайджанской литературы и принимал активное участие в этом процессе выделились поэты – Фикрет Садых (1930), Али Керим (1931–69), Халил Рза (1932–94), Джабир Новруз (1933–2002), Мамед Араз (1933–2004), Фамиль Мехти (1934–2002), Тофик Байрам (1934–91), Гусейн Кюрдоглу (1934–2003), Ильяс Таптыг (1934), Фикрет Годжа (1935), Муса Ягуб (1937), Вагиф Самедоглу (1939), Ариф Абдуллазаде (1940-2002), Алекпер Салахзаде (1941), Иса Исмаилзаде (1941–97), Чингиз Алиоглу (1944), Сабир Рустамханлы (1946), Рамиз Ровшан (1946), Нусрет Кесеменли (1946-2001), Залимхан Ягуб (1950) и другие.

    В поэзии 1960-х годов одной из ведущих сил новой поэтической традиции стал Фикрет Годжа. В изданных им в эти годы сборниках “Чайка”, “Всем обязан”, “Бессонные ночи” и других чувствуется биение сердца поэта, страстно желающего разрушить идеологические рамки.

    Акрам Айлисли (1937) является одним из первых писателей, которому в 60-е годы удалось осуществить поиски нового образа национальной прозы. В его повести “Моя поющая тетя” (!), в произведениях “Леса побережья Куры”, “Сказка хрустальной пепельницы” дается реалистическое изображение жизни.

    Многие рассказы талантливого представителя новой Азербайджанской прозы Анара (1938), такие как “Белая гавань”, “Шестой этаж пятиэтажного дома”, “Номер отеля”, “Без вас” и другие значительные произведения занимают особое место в истории национальной литературы. Анар известен как видный драматург и киносценарист. Написанные на историческую тему сценарии “Деде Коркуд”, “Аккорды долгой жизни”, драмы “Летние дни города”, “Тахмина и Заур” являются высокохудожественными образцами, обогатившими Азербайджанскую литературу.

    Эльчин (1943), творчество которого отличается многогранностью, также принадлежит к этому литературному поколению. Благодаря своим произведениям – повестям “История одной встречи”, “Как курица осталась живой”, “Знаменосец”, рассказам “Первая любовь Балададаша”, “Туман над Шушой”, “Карабах шикестеси”, “Сары гелин”, романам “Махмуд и Марьям”, “Белый верблюд”, “Смертный приговор”, пьесам “Мой муж сумасшедший”, “Мой любимый безумец” Эльчин вошел в число самых видных представителей современной Азербайджанской литературы. Будучи одновременно продуктивным литературоведом и критиком, он является автором ценных книг и монографий – “Критика и проза”, “Критика и проблемы нашей литературы”, “Классики и современники”, “Поле притяжения”.

    Среди имевших успех произведений писателей, пришедших в литературу в 60-е годы, следует упомянуть романы “День казни” Ю.Самедоглу (1935–98) и “Переселение” Мовлуда Сулейманлы (1943).

    Литература Независимой Азербайджанской Республики. После обретения Азербайджаном государственной независимости и вступления в качестве полноправного члена в ряды сообщества мировых государств в центре внимания Азербайджанской литературы продолжают оставаться такие проблемы, требующие своего развития уже в новых условиях, условиях глобализации, как возврат оккупированных страной-агрессором – Арменией азербайджанских земель, создание условий развитого общества, воспитание молодого поколения в патриотическом духе, пропаганда дружбы и культурных связей с народами ближних и дальних стран, общечеловеческие идеи гуманизма и общественной справедливости. Писатели, чье художественное сознание освободилось от всяких идеологических запретов и в этом смысле не имело причин для противостояния, развитие литературы более всего связывали с его теоретико-эстетическим совершенствованием. С этой точки зрения в Азербайджанской литературе послевоенных лет наблюдаются  постмодернистские тенденции. Наряду с этим основная тенденция развития Азербайджанской литературы базируется на воспевании и торжестве идеи азербайджанизма. Большую роль в оживлении текущего литературного процесса конца 20–начала 21 веков, в привлечении к творчеству новых талантливых авторов сыграло специальное постановление правительства о финансировании из государственного бюджета таких литературных органов, как журналы “Азербайджан”, “Литературный Азербайджан”, “Улдуз”, “Гобустан” и газеты “Эдебиййат газети”.

    Восстановление государственного суверенитета Азербайджана позволило по новым критериям подойти к оценке классического наследия. По личной инициативе и под непосредственным руководством общенационального лидера Гейдара Алиева проведенные широкомасштабные церемонии празднования 500-летия М.Физули, 1300-летнего юбилея эпоса “Китаби-Деде Коркуд” с участием ряда глав государств мира на этих мероприятиях, превратились в яркое культурное торжество литературы, всей культуры независимого Азербайджана. 500-летие Физули широко отмечалось не только в Азербайджане, но и в Турции, Иране, Ираке, России, Узбекистане, Китае и других странах. Эти мероприятия дали мощный толчок развитию литературоведческой науки в Азербайджане. Вышли в свет научно-критический текст “Китаби-Деде Коркуд”, массовые издания, новые монографические исследования, посвященные этой монументальной огузнаме. Были опубликованы произведения Физули в шести томах, новая серия фундаментальных исследований о жизни и творчестве поэта. Большая заслуга в этом деле принадлежит ученым Национальной Академии Наук Азербайджана, в том числе Института литературы им.Низами.

    Надежной гарантией развития Азербайджанской литературы и литературоведения является распоряжение Президента Ильхама Алиева от 12 января 2004 года о массовом издании книг на азербайджанском языке латинской графикой, об издании Азербайджанской Национальной Энциклопедии и проведении в связи с этим широкомасштабных мероприятий.

    Современная литература Южного Азербайджана. В первой четверти 19 в., после разделения земель Азербайджана между Россией и Ираном, в литературном процессе прошедших схожий путь литературно-культурного развития Севера и Юга начинают наблюдаться отличительные особенности. В связи с тем, что на протяжении долгих десятилетий в Южном Азербайджане отсутствовало образование и письменность на азербайджанском языке, естественно, что и развитие литературы, в отличие от Северного Азербайджана, заметно отставало. Только в периоды народно-освободительного движения в приобретшем на короткий срок свободу Южном Азербайджане культурно-литературная жизнь начинает быстро развиваться, затем развитие вновь приостанавливается на продолжительный срок. Один из таких кратковременных этапов пробуждения проходил под руководством Шейха Мухаммеда Хиябани в 1918–20-е годы, другой – в 1945–46 годах под руководством Сеид Джафара Пишавари. В отмеченные годы издаются книги, учебники на родном языке, в национальной прессе широко печатаются литературные материалы, написанные преимущественно в патриотическом духе. Начавшая свое творчество в середине 1940-х годов прошлого века талантливая молодежь после победы исламской революции (1979) получила возможность публиковать свои произведения на страницах издаваемого на азербайджанском языке журнала “Варлыг”. Среди мастеров слова Южного Азербайджана следует упомянуть имена таких писателей и поэтов, как Хаммал, Керими, Нитги, Бирия, Шейда, Сонмез, Саханд, Сахир, Охтай, Салаван, Фарзана. Журналу “Варлыг”, который основал видный ученый и общественный деятель Азербайджана Джавад Хеййат, принадлежит исключительная роль в развитии современной литературы Южного Азербайджана.

    Среди многочисленных представителей литературы Южного Азербайджана особое место занимает Мухаммедгусейн Шахрияр (1905–88). Получивший среднее и высшее образование на фарси и приступивший с молодых лет к художественному творчеству под влиянием произведений Низами Гянджеви, Хафиза Шираза, С.А.Ширвани Шахрияр известен как один из крупнейших представителей современной Иранской и Азербайджанской поэзии. Шахрияр уделяет много места насущным проблемам мира, отдавая предпочтение в своем творчестве социальной лирике. Самым крупным его произведением на азербайджанском языке является поэма “Гейдарбабая салам”, состоящая из двух частей. На это произведение поступили десятки откликов как из Южного, Северного Азербайджана, так и из Турции. В настоящее время происходит постоянное развитие литературного процесса в Южном Азербайджане. Такие мастера слова, как Балаш Азероглу, Али Туде, Медина Гюльгюн, Хокума Бюллури, Сохраб Таир, продолжившие свое творчество в Северном Азербайджане, обогатили азербайджанскую литературу обеих частей своими ценными образцами.

    Литературно-теоретическая эстетическая мысль Азербайджана располагает древней историей, богатыми традициями и наследием (смотри статью “Литературоведение”).

    Современная Азербайджанская литература не была идеально однородной и не обладала единой идейно-эстетической основой. В условиях господствующего в литературно-общественной среде Азербайджана плюрализма и свободы взглядов можно встретить представителей самых различных литературных течений и группировок. Однако , желанием и целью большинства из них является развитие Азербайджанской государственности, благоденствие всего прогрессивного человечества совместно с азербайджанским народом. Постановления состоявшегося в 2004 г. 11 съезда Союза Писателей Азербайджана лишний раз подтвердили это духовное единодушие.

    Лит.: Щ а ъ ы й е в Ъ . ХХ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1955; А р а с л ы Щ. ХВЫЫ- ХВЫЫЫ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1956; Б е р т е л с Й . Е . Бюйцк Азярбайан шаири Низами. Б., 1958; Азярбайъан ядябиййаты тарихи. 3 ъилддя. Б., 1960–1961; Гулузадя М. Фцзулинин лирикасы. Б., 1965; Д а д а ш з а д я М.А. Ясярляри. 3 ъилддя. Б., 1967–1970; М и р Ъ я л а л , Щ ц с е й н о в Ф . ХХ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1973; А з а д я Р. Азярбайъан епик шеиринин инкишаф йоллары (ХЫЫ–ХВЫ ясрляр). Б., 1975; Г а с ы м з а д я Ф. ХЫХ яср Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1975; К ю ч я р л и Ф. Азярбайъан ядябиййаты. 2 ъилддя. Б., 1981; М я м м я д Ъ я ф я р. Низаминин фикир дцнйасы. Б., 1982; Н я б и й е в Б. Роман вя мцасир гящряман. Б., 1987; Щ я б и б б я й л и И. Ъялил Мяммядгулузадя: мцщити вя мцасирляри. Б., 1996; С я ф я р л и Я ., Й у с и ф л и Х. Гядим вя орта ясрляр Азярbайъан ядябиййаты тарихи. Б., 1998; Е л ч и н. Ядябиййатымызын йарадыъылыг проблемляри. Б., 1999; К я р и м л и Т . Низами вя тарих. Б., 2002; Г а р а й е в Й. ХЫХ–ХХ ясрляр Азярбайъан ядябиййаты тарихи. Б., 2003; Г а с ы м л ы М. Озан ашыг сяняти. Б., 2003; Азярбайъан ядябиййаты тарихи. 6 ъилддя. Б., 2004. Ъ. 1. ; М и р Ъ я л а л. Азярбайъанда ядяби мяктябляр. Б., 2004.

                                                                                                     Бекир Набиев, Теймур Керимли